Веры Павловны скоро не стало, через год, как впервые дала о себе знать Наталья.
К тому времени Жанна работала в городе официанткой, продавцом, раздавала листовки, плясала в костюмах пакета молока, пивной кружки на дегустациях и демонстрациях товаров в магазинах. Она занималась всем, за что платили сразу, не пыталась устроиться по специальности – страшно – опыта совсем нет. Только курсы, это даже не диплом ПТУ.
Алибек без предупреждения пропал из посёлка. Уехал, - делилась с сестрой Полина, зная все местные новости от подружек. Без него Жанне было легче и в то же время очень тревожно и тяжело. Полина вновь взялась за старое, да так, что бабушка Вера, пока была жива, не успевала класть трубку, им звонили и звонили: Полина выбила зуб мальчику; Полина порвала рюкзак девочке; Полина устроила массовый побег с уроков; Полина! Полина! Полина!
Вера Павловна принимала всё на себя, много скрывала от старшей внучки, лишь бы у неё всё наладилось, и нерусский этот отстал от неё. Видя, что он не приходит, внучка уже встречается с нормальным парнем, в городе у неё появился молодой человек со славянским именем и внешностью. Очень скоро стал приезжать вместе с Жанной в посёлок. Парень производил впечатление деятельного (скользкого) человека, но пусть лучше он, чем местный с кошары за посёлком.
Вера Павловна рассказывала Жанне самое важно, что уже не могла держать в себе, где уж совсем не справлялась с Полей. Остальное пыталась тянуть сама, но только сожгла себя, быстро и бесполезно. Полина так ничего и не поняла, когда не стало и бабушки. Она не обронила ни одной слезинки на её похоронах. На Жанну, которая убивалась и не давала вынести гроб бабушки из квартиры, смотрела с презрением - притворяется! Как бабушка притворялась всё время больной.
Городской парень исчез из жизни девушки, как только понял и увидел собственными глазами насколько проблемная девушка Жанна. Она ещё и над сестрой опеку взять собралась.
- Напиши матери, - уговаривал её молодой человек, - на фиг тебе это надо?
- От неё было два письма, - хриплым, выплаканным до самого дня голосом отвечала Жанна. – Я писала ей, что папа умер, бабушка болеет - ответа нет.
- Пусть едет обратно, разрулит тут всё. Ты не должна сидеть в этой дыре! Поехали! - звал он её в город. – В клубе «Лисья нора» требуются официантки. Мне до всей твоей канители с вашей бабкой звонили. Там реальные бабки платят, можно подняться. Давай!
Жанна смотрела на него и поверить не могла, что могла встречаться с таким чучелом. «Бабки, «тёрки», «стрелки» - одни понты у парня в голове. А ещё абсолютное нежелание думать и работать.
- Я не буду корячиться за пятихатку в день!
А она корячилась. Сначала на рынке, потом в супермаркете, а потом смена в кафе. Он не мешал ей, когда она была на работе, не ждал и не провожал после, он появлялся, когда у неё были деньги. Учил Жанну одеваться, следить за собой – на себе показывал, на примере девушек своих друзей. И он научил. Жанна приоделась, даже короткие юбки и платья появились в скромном гардеробе, а то ему стыдно было с такой «зачуханной чувихой» встречаться и среди друзей показаться. Большое счастье, что исчез сам, отвалился, как что-то ненужное, пока Жанна приспосабливалась к очередной новой реальности.
Надтреснуло в ней что-то, захлопнулось окончательно. С сестрой она начала обходиться не просто строго, жестоко. Жанна уже не ругала сестру за плохие оценки и поведение – била. Если требовалось дневником и тетрадью прямо по лицу.
- Ты будешь учиться! Ты будешь хорошо себя вести! – в бешенстве кричала на младшую сестру Жанна. Она не могла управлять этим, взрывалась по любому пустяку. И обиды Полины, оскорбления, хлопания дверями на Жанну больше не действовали.
- Это ты виновата! Что мы остались совсем одни, - кричала на неё Полина в слезах.
- Да? А ты молодец? Тебя все обидели, тебе плохо, а мне нет?! Ты будешь учиться и слушаться меня! Или… - Жанна указывала сестре на дверь.
- Я и сама уйду! Сбегу! Сбегу отсюда! От тебя все несчастья, от тебя все беды в этом доме.
- Ты не уйдёшь, - красными не от слёз, а от ярости глазами смотрела на неё Жанна, - ты уедешь. Прямиком в детский дом или в спецприёмник.
- Дура! Ненавижу! – плакала Поля. – Чтоб ты сдохла!
Жанна собиралась жить дальше, и жить она теперь планировала иначе. Они остались одни – надеяться надо только на себя. Со своим дипломом, напечатанным на принтере, она пошла на почту, в поселковую библиотеку, в школу. Её однокашники получили аттестаты в прошлом году и разъехались учиться, а она опять пошла в школу, чтобы унижаясь, рассказать, как есть, как они живут сейчас. Просить любую работу, потому что ей надо приглядывать за сестрой, надо доучить её, она должна получить нормальный аттестат о полном среднем образовании. Должна получить достойную специальность. Директор с ней соглашалась, поддерживала.
- С Полиной надо построже! – как будто разжигая ещё больше что-то нехорошее в старшей сестре твердили все подряд. От директора школы до соседки бабы Клавы.
- Ты не знаешь, чё она тут вытворяла, Полька ваша, пока ты там в городе... - находила нужный момент соседка, когда Жанне везде отказали, когда руки совсем опускались. И ехать из посёлка надо – в городе есть работа, а тут почти нет. И нельзя! Забрать Полину в город? Снимать квартиру? На что? Кроме пособия по потере отца у них ничего не осталось. А Полину даже на день нельзя оставить без присмотра. Подожжёт квартиру или сразу школу назло сестре и всем живым.
Снова из квартиры на втором этаже крики, вопли, грохот. Всё повторялось как будто по кругу. Там не могут жить спокойно, там одни несчастья.
- Старшая вся в мать, - судачили соседи по подъезду, - такая же горластая.
- И гулящая! То этот нерусский, - потише, оглядываясь, чтобы не услышали, - то с городским каким-то приезжала, - жалко ей девчат, жалко Веру, но разве она не права?
Жанну приняли на работу в детский сад на полставки кассиром.
Книги автора: "Из одной деревни" и "Валька, хватит плодить нищету!" на ЛИТРЕС
- Вообще-то, у нас единицы штатной такой нет, - вела её тёмными коридорами бессменная заведующая детского сада. Жанна ходила в этот детский сад только в старшую группу, она и не знала, что тут есть такие маленькие, мрачные, с продавленными полами под линолеумом помещения. Заведующую и воспитателей она помнила добрыми, мягкими, а тут её ведут и каждым словом напоминают: «скажи спасибо, что взяли». – Но зная положение вашей семьи, - сочувствующе качала головой женщина. – Мама приезжала? Помогает?
Жанна непонятно качала головой.
- Ну идём…
Варвара Фёдоровна представила Жанну другой женщине – бухгалтеру. Она сидела в светлом кабинетике, обложенная бумагами и папками, позади неё шкафы с папками, на которых указаны года. Женщина встала изо стола и оказалась такой низенькой, её и не видно было из-за папок на столе, пока она не вышла к ним навстречу. Платье тугое на ней грудь высоко держит, белоснежное жабо и овальная старомодная брошь по центру под самый подбородок, чтобы голова всегда прямо держалась, а спина ровно. Варвара Фёдоровна быстро представила Жанну и убежала.
- Ну вот, теперь с бездарями возись! – вздохнула женщина в жабо и начала искать, куда посадить девчонку. – Учёту учи. Тебя займут в группах, - кивала женщина на дверь, - а у меня работы для тебя нет.
- Как же нет столько бумаг на столе.
Это совсем не понравилось кабинетной женщине.
- У меня конец месяца…
- Понимаю, надо подбить счета… - и Жанна перечислила, какие счета подбивают в конце месяца, ни в один не попала. Но на неё уже смотрели уже снисходительнее.
— Это бюджетное учреждение. План счетов выучила наизусть – уже хорошо. Садись.
До трёх часов дня Жанна и её начальница не выходила из маленького кабинетика даже на обед. Уходя, новая сотрудница вновь столкнулась с Варварой Фёдоровной. Они вместе шли мощёной камнями дорожкой на выход, по бокам клумбы, беленные бордюры, детские лесенки и беседки. Скупое осенне солнце в тот день было невероятно щедро на тёплые лучи. Жанна прищурилась, а заведующая с осторожностью сказала:
- Ты, Жанна, хватай у Юлии Петровны всё! Учись. Она женщина приезжая, городская, а нам нужен свой человек на этом месте. Сама она не уйдёт, но мы с тобой что-нибудь придумаем, правда ведь? – улыбалась девушке Варвара Фёдоровна. Именно такой помнила её Жанна, когда она заглядывала к ним в группу или сидела на зрительских местах на каждом утреннике. Как будто две разные женщины принимали её на работу и давали нужные советы сейчас. – Повторяй за ней и учись всему!
Полина чуть со стыда не сгорела перед одноклассницами, увидев Жанну у школы. Старшая сестра хотела поделиться новостями с младшей, рассказать, как прошёл первый рабочий день, но Полина сквозь зубы прошипела на неё:
- Ты теперь меня и со школы будешь встречать? Позорить перед всеми?
- Понадобится – буду! А ещё буду каждый день ходить к твоей классной и спрашивать о твоём поведении.
- Да пошла ты!
Полина побежала от неё вперёд. Жанна спокойно шла домой привычной ей дорогой, в начале улицы навстречу ей ехала белая машина, очень похожая на машину Алибека. У Жанны потеплело в груди, сердечко забилось быстрее, она ускорила шаг, вдруг свернёт, не доедет до неё. Машина проехала мими, это не он. Жанна проводила взглядом Жигули, свернула к своей двухэтажке.
***
Она постучалась к сестре, теперь у них, у каждой своя комната. Полина осталась в той, что была у них на двоих, и она закрывалась изнутри, у Жанны дверь еле держалась на петлях ещё с тех пор, как папа был жив, поэтому двери в гостиную не закрывались.
- Уже уроки делаешь? – войдя, Жанна встала у Полины за спиной. Младшая прикрыла рукою и собой тетрадный листок, на котором что-то писала. – А меня на работу взяли. – Жанна устало присела на кровать сестры.
- Мне плевать!
- А мне на тебя нет. Полин, мы вдвоём…
- У меня мама есть.
- Она далеко.
- Ну и что! Она есть! Она приедет и заберёт меня.
- Ты сама уедешь куда пожелаешь, только надо захотеть и хорошо учиться. Полин, не будем ругаться.
- Это ты меня достала!
- Поль, - Жанна подняла ноги и медленно опустила голову на подушку, сегодня она уже не в силах держать её или все удары судьбы. – Давай не будем ругаться. Я Оле написала о тебе.
- О себе ты писала! Ты всем жалуешься, что нас бросила мама.
- А разве нет? Мамы нет. Она нас забыла, отказалась.
- Заткнись и свали уже из моей комнаты!
- Полин, я не хочу ссориться и бить тебя, но я не позволю тебе… - Жанна продолжительно зевнула и закрыла глаза. – Поли-и-ин, Оля обещала помочь, тебе только надо... – опять зевнула и замолчала. Жанна провалилась в сон, а Поля вздохнула с облегчением. Пощёлкав пальцами у неё перед носом - крепко заснула, снова повернулась к столу и продолжила писать. В тишине комнаты было слышно, как ручка царапает бумагу, настолько старалась и торопилась Поля. Закончив, сложила двойной исписанный листок двое и побежала на почту, пока не закрылась.
Проснувшись, Жанна не застала Полину дома. За окнами темно, спросонья Жанне показалось, за окнами глубокая ночь. В панике она проверила всё в квартире, на балконе, выбежала в подъезд, на первый этаж, а там Поля. Спряталась под балконом Клавдии с какой-то девчонкой и курит. Жанна не увидела сигарет, девчонки успели выбросить их и затушить, но запах дыма под бетонной плитой и от них выдал их с потрохами.
Соседей никого нет во дворе, скамейки у подъезда пустые, из открытых форточек (окна и двери на балконы уже не открывали – похолодало) слышны разговоры жильцов, звуки из телевизоров и приёмников, детские голоса. Самая обычная людская возня после тяжёлого дня.
- А ну, иди сюда! – Жанна наклонилась и схватила сестру за ухо. Полина не ожидала. Девочка, которая с нею была попятилась в дальний сырой угол, только белки глаз мигали в полутьме. – Иди!
Жанна выволокла сестру под фонарь у подъезда.
- Сколько времени?! Где ты была?! Что ты там делала?! Я тебе покажу! - не помня себя, старшая сестра хлестала по щекам младшую. Поля стояла не двигаясь, даже не пыталась кричать или убегать. Испугавшись, убежала её подружка, а Поля смотрела на старшую сестру глазами полными слёз и скрежетала зубами, настолько ненавидела её сейчас.
Жанна остановилась, услышав громче прежнего музыкальную заставку новостей на одном из каналов на телевидении (кто-то из соседей вышел на балкон, оставив дверь в квартиру открытой, за ними наблюдали). До неё дошло! Ещё не поздно, похоже, девяти нет.
Поля оттолкнула сестру со всей силы и побежала наверх.
- Полина, стой. Подожди, - догоняла её Жанна. – Я не хотела, прости. Полина!
В квартире стучалась к ней в дверь, била кулаком, угрожая, добавить, скреблась, вымаливая прощения, объясняя, почему налетела на неё на улице. Полина не пустила сестру. Обе сидели на полу подпирая дверь каждая со своей стороны, и ревели от отчаяния.
- Мама, где ты? – как молитву повторяла Жанна, вытирая слёзы. – Мама, помоги!
- Возвращайся скорее! Забери меня от этой стервы! Маааама, где ты? - кусая кулачки, молила и Поля.
Но даже после этой ночи пришёл рассвет. Утром девочки мешая друг другу, толкаясь у ванной собирались, одна в школу, другая - на работу. Разговаривали, Жанна просила Полю зайти за хлебом после уроков, та, как обычно огрызнулась, но согласилась.
- Хорошего дня, Полин! - пожелала ей Жанна, слыша, как она уже обувается в прихожей.
- И тебе... - был ей ответ. А значит, день будет действительно ничего.
Добро пожаловать в мой МАХ с рассказами
продолжение _________________