Пелопид являлся фиванским государственным и военным деятелем, полководцем времен Беотийской войны. Вместе со своим другом Эпаминондом сыграл важную роль в восстановлении в Фивах демократии и установлении Фиванской гегемонии в Греции. Принимал участие в битве при Левктрах, когда спартанская армия Клеомброта была разбита в сражении, а сам царь погиб в бою. В 364 году до новой эры Пелопид выступил в поход против тирана Александра Ферского. В его войске отсутствовало гражданское ополчение, а при себе он имел триста всадников и небольшой отряд наемников, усиленный семью тысячами фессалийских союзников. В последующей битве при Киноскефалах Пелопид погибнет. На той же холмистой местности в 197 году до новой эры римляне разобьют войско македонского царя Филиппа.
По свидетельству Корнелия Непота: «Пелопид выступил в поход и, едва завидев врага, не замедлил начать сражение. Во время боя Пелопид узнал тирана Александра. Пылая ненавистью, он погнался за ним на коне, но слишком оторвавшись от своих, пал, пронзенный тучей дротиков. Это случилось перед самой победой, когда войско тирана уже подавалось вспять. За эту победу все города Фессалии почтили павшего Пелопида золотыми венками и медными статуями, а его детям подарили обширные земельные участки».
По сообщению Диодора: «Когда Пелопид прибыл в Фессалию и обнаружил, что Александр опередил его, занимая выгодные командные позиции и имея более двадцати тысяч человек, он расположился станом напротив своего врага и, подкрепив свои силы союзными войсками из числа фессалийцев, вступил в бой с противником. И хотя Александр имел преимущество по причине выгодной позиции, Пелопид стремившийся решить битву собственным мужеством, атаковал самого Александра. Правитель с отрядом отборных бойцов отбивался, и последовало упорное сражение, в ходе которого Пелопид, совершая неустрашимые подвиги, усыпая всю землю вокруг себя мертвыми телами, разгромив врага и одержав победу, он все же потерял свою жизнь, страдая от множества ран и героически лишившись жизни. Хотя фиванцы одержали знаменитую победу, они объявили, что потерпели поражение из-за смерти Пелопида. Ибо потеряв в сражении такого замечательного мужа, они справедливо оценили победу меньше, чем славу Пелопида».
По словам Плутарха: «Александр Ферский разорил немалое число фессалийских городов и фессалийцы отправили в Фивы посольство и просили, чтобы фиванцы прислали войско во главе с Пелопидом. Собрав войско, Пелопид тут же двинулся на Александра. Между обоими станами, в месте, называемом Киноскефалами, поднимались высокие, но покатые холмы. И Пелопид и Александр сделали попытку занять их своей пехотой, а конницу, многочисленную и хорошо обученную, Пелопид пустил против конницы врага. Неприятельские всадники были разбиты, их погнали по равнине, но тем временем Александр успел захватить холмы, и когда фессалийские гоплиты, которые появились чуть позже, пошли на приступ высот, отлично укрепленных природою, тиран обрушился на них – и первые ряды пали, а остальные израненные, остановились, не достигнув цели. Тогда Пелопид отозвал конницу назад и бросил ее на сомкнутый строй врагов, а сам тут же схватил щит и побежал к тем, что сражались возле холмов. Пробившись в первые ряды, он вдохнул в каждого столько сил и отваги, что врагам показалось, будто на помощь подоспели новые, иные телом и духом люди.
Две или три атаки неприятель еще отразил, но видя, что и пешие решительно наступают и конники, прекратив преследование, возвращаются, подался и затем стал отходить шаг за шагом. Пелопид, так как ему с высоты холма открывалось все вражеское войско, еще не обратившееся в бегство, но уже объятое страхом и смятением, оглядывался вокруг, ища Александра. Заметив его на правом крыле, где тот выстраивал и ободрял наемников, он не смог усилием рассудка сдержать гнев, но, распаленный этим зрелищем, забыв в порыве ярости и о себе самом и об управлении битвой, вырвался далеко вперед и громким криком принялся вызывать тирана на поединок. Но Александр не принял его вызова, и даже не остался на прежнем месте – он сразу убежал к своим телохранителям и укрылся среди них. Передний ряд наемников был смят Пелопидом в рукопашной схватке, иные получили смертельные раны. Большинство же, держась в отдалении, метали в него копья, пробивая ему доспехи, пока фессалийцы в ужасной тревоге не сбежали с холма к нему на помощь. Но он уже пал. В это время примчались и всадники. Они разметали весь строй врагов и все гнали и гнали их, усеяв округу трупами. Было убито более трех тысяч человек.
Фессалийцы и их союзники решили воздать Пелопиду почести, превосходящие все те, какие принято оказывать человеческой доблести. Они собрались у тела Пелопида и нагромоздили вокруг кучи вражеского оружия, остригли гривы коням и остриглись сами, а потом разошлись по палаткам, и редко кто зажег огонь или прикоснулся к еде – безмолвие и уныние объяли всех в лагере. Когда эта весть разнеслась по городам, навстречу телу Пелопида отправились городские власти, неся в дар усопшему трофеи, венки и золотое вооружение. Не было похорон более блистательных, если не измерять блеск количеством слоновой кости, золота и пурпура».
К сожалению, античные летописцы не оставили никаких сообщений даже о приблизительном местонахождении погребального холма Пелопида. Исходя из противоречивых данных источников, мы сегодня также не можем с вероятной долей уверенности сказать, где именно произошло само погребение – в Фивах или в Фессалии, жители которой настоятельно просили фиванцев оказать им честь похоронить Пелопида на своей территории. Поэтому место упокоения одного из величайших военачальников античных времен вряд ли когда-нибудь будет выявлено археологами.
