Блюмбик теряется в лесу
Это случилось осенью.
Алиса поехала с классом в лес — собирать гербарий. Учительница сказала: «Не отходите далеко. Через час собираемся у автобуса». Блюмбик, как всегда, был в кармане. Дзынь — в другом.
В лесу было красиво. Листья шуршали под ногами, пахло грибами и прелой листвой. Блюмбик выглядывал из кармана и вертел головой — ему нравилось.
— Блюм, — сказал он.
— Дзынь, — ответил Дзынь.
Алиса собирала жёлтые листья. Она наклонялась, поднимала самый красивый, клала в пакет. Блюмбик смотрел. Ему тоже хотелось собрать листик.
— Можно я выйду? — спросил он.
— Только быстро, — сказала Алиса. — И недалеко.
Блюмбик выпрыгнул из кармана на мягкую моховую кочку. Дзынь — за ним. Они побежали по листьям, шурша и подпрыгивая. Блюмбик нашёл маленький красный листок — как огонёк. Дзынь — жёлтый, как солнышко.
— Блюм! — радостно сказал Блюмбик.
Он хотел показать листок Алисе, но… Алисы не было.
Он оглянулся. Вокруг были деревья. Много деревьев. Одинаковых. Серых, высоких, с голыми ветками. Алиса исчезла.
— Блюм? — позвал Блюмбик.
Тишина. Только ветер шуршал листьями.
— Блюм? — громче.
Никого.
Блюмбик понял: он потерялся. Он убежал слишком далеко. А Алиса пошла в другую сторону.
Его антенна опустилась.
— Дзынь? — спросил Дзынь. Он тоже понял. Ему было страшно.
— Не бойся, — сказал Блюмбик. — Мы найдём дорогу.
Он сказал это твёрдо, хотя сам боялся. Боялся так сильно, что даже его маленькое сердечко стало биться быстрее.
Они пошли в ту сторону, откуда пришли. Или не оттуда? Блюмбик не помнил. Деревья были везде одинаковые. Тропинок не было. Только листья, мох и корни.
— Блюм, — тихо сказал Блюмбик. Это значило: «Я не знаю, куда идти».
Дзынь заплакал. У него не было слёз, но он издавал такой жалобный звук, что у Блюмбика сжалось сердце.
— Мы найдём, — повторил Блюмбик. — Обязательно.
Они шли долго. Блюмбик старался запоминать деревья: вот то с кривым суком, вот то с дуплом, вот то, под которым рос гриб. Но деревья всё не кончались. Лес был большим. Слишком большим для маленького мятно-бирюзового зверька.
Солнце стало садиться. Стало темно и холодно. Дзынь дрожал.
— Давай спрячемся, — сказал Блюмбик. — Под корнями. Переждём ночь.
Они залезли под большой корень старой сосны. Там было сухо и немного теплее. Блюмбик обнял Дзыня, чтобы согреть.
— Я боюсь, — прошептал Дзынь. Впервые он сказал не «дзынь», а настоящее слово. От страха.
— Не бойся, — сказал Блюмбик. — Алиса нас найдёт. Она всегда находит.
— А если нет?
— Найдёт. Я верю.
Они сидели под корнем и слушали лес. Ночь была тёмной, только звёзды светили сквозь ветки. Блюмбик вспомнил ту звёздную ночь, когда он прижимался антенной к Алисиному виску, а она слушала пение звёзд.
— Дзынь, — сказал он. — Давай слушать звёзды.
— Как?
— Закрой глаза и слушай. Они поют.
Дзынь закрыл глаза. Блюмбик прижался антенной к его антенне. И они услышали. Тонкое, далёкое, нежное — звёздная песня. Она была про то, что даже в самой тёмной ночи есть свет. Даже когда ты один — ты не один.
— Блюм, — сказал Блюмбик. — Мы не пропадём.
Он не знал, правда ли это. Но он хотел верить.
А утром они услышали голос. Далёкий, испуганный, родной.
— Блюмбик! Дзынь! Где вы?
— Это Алиса! — закричал Блюмбик. — Мы здесь! Здесь!
Он выскочил из-под корня и побежал на голос. Дзынь за ним. Они бежали по листьям, через кочки, мимо грибов и пней.
— Алиса! — кричал Блюмбик. — Алиса!
И вдруг она появилась из-за дерева. Заплаканная, с красными глазами, в куртке, порванной о сучок. В руках у неё был пакет с листьями — она не бросила его даже ночью.
— Блюмбик! — закричала она и упала на колени.
Блюмбик прыгнул к ней на ладони. Дзынь — следом. Они обнимались, плакали (у Блюмбика всё-таки появились слёзы — маленькие, прохладные, как капли дождя) и не могли наговориться.
— Я искала вас всю ночь, — говорила Алиса. — Я не спала. Я звала и звала.
— Мы слышали звёзды, — сказал Блюмбик. — Они помогли нам не бояться.
Алиса поцеловала их в мокрые антенны и спрятала в карман — самый тёплый, самый надёжный.
— Больше я вас никуда не отпущу, — сказала она. — Никогда.
— Блюм, — сказал Блюмбик.
— Дзынь, — сказал Дзынь.
Они выбрались из леса через час. Учительница уже хотела вызывать милицию, но Алиса сказала, что просто заблудилась. Про Блюмбика она не рассказала никому. Это был их секрет.
Дома Маркиз обнюхал их долго и внимательно. Потом лизнул обоих — сначала Блюмбика, потом Дзыня.
— Мр-р-р, — сказал он. Это значило: «Живые. Хорошо».
Алиса напоила их горячим молоком, укутала в платок и посадила на батарею — греться.
— Никогда больше не теряйтесь, — сказала она.
— Обещаем, — сказал Блюмбик.
Они не знали, смогут ли сдержать обещание. Но очень хотели.
В тот вечер Алиса записала в блокноте:
«Сегодня Блюмбик и Дзынь потерялись в лесу. Я искала их всю ночь. Я боялась, что никогда не найду. Но нашла. Потому что любовь — лучший компас. Она всегда указывает дорогу домой».
Она закрыла блокнот, поцеловала обоих в антенны и прошептала:
— Спокойной ночи. Вы дома.
— Блюм, — сказал Блюмбик.
— Дзынь, — сказал Дзынь.
И во сне им снился лес. Но не страшный, а добрый. Деревья расступались перед ними и показывали дорогу. Звёзды спустились с неба и светили им как фонарики. А впереди ждала Алиса с пакетом жёлтых листьев.
— Я здесь, — сказала она. — Я всегда здесь.
---
Конец.
P.S. Блюмбик и Дзынь просили передать: «Блюм! Дзынь!» Это значит: «Никогда не уходи далеко без Алисы. Лес — это не игрушки. Даже такой красивый».