Шли 90ые, в Приморье позакрывали заводы, шахты. Непонятно было, где работать и чем заниматься. Владивосток стоял в пробках, убитые дороги, огромные очереди на автобусы. Чёрными пятнами по всему городу были раскиданы уличные рынки, наркоманские гостинки, вонючие остановки со 100 метровыми очередями на автобус и обклеенные ободранными объявлениями. Повсюду царили грязь-слякоть и нищета.
Мы были далеко от Москвы, с её современными 3D кинотеатрами, гигантскими концертными площадками, «макдональдсами», «цумами» и прочими благами цивилизации.
Столица изредка вспоминала про нас в новостях, например, когда мэра Черепкова выносили штурмом из мэрии.
Безопасность – это отдельная проблема. Тяжело было жить в городе, в котором нельзя спокойно прогуляться даже по набережной, когда наступает темнота. Меня, школьника, иногда выхватывали по пути домой ребята из группировки «малыш». Ну а дальше беседы в стиле «сколько денег на кармане» и «удели пацанам на зону».
Мы не были уверены, что будет дальше и нужны ли мы Москве… И лишь из-за двух вещей многие в 90х-00х не уехали из Владивостока. Это море, которое омывает город со всех сторон, как будто бы оберегая его своими прозрачными водами и красотой. Город страдал и плакал, а море, словно успокаивало его…
Вторая причина – это японские машины. На них можно было неплохо зарабатывать! Пока жители запада ездили на жигулях и волгах, мы примеряли на себя роскошные велюровые салоны 3х литровых пароходов, вроде Цедрика или Крауна. Мы смело штурмовали на заднем приводе неочищенные сопки Владивостока, слушали из японских кассетников Мумий- Тролля и Панфилова. Сидели в затонированных вкруг салонах, отгородившись от внешнего мира.
Мы жили в экономически отсталом городе, но ездили на самых лучших автомобилях в мире. Мы, русские, как всегда, выдержали всё. Прошли через нищету, братков 90х, чтобы остаться жить в этой стране. И даже продолжили её любить, местами…
Близится к середине 2026й, недавно я проезжал мимо обзорной площадки… В старой убитой Королле сидела молодая парочка: они грустно смотрели вдаль, на море...
Им предстоит долгая жизнь, уже не совсем в той России, в которой родился я. Она другая, но не менее сложная.