Светлана Петровна сидела в приёмной адвоката и нервно теребила ручку своей сумочки. Рядом примостилась её подруга Галина, которая периодически подбадривающе похлопывала её по плечу.
— Не волнуйся так, Светка. Сейчас Аркадий Львович всё решит. Он у нас акула, — шептала Галина, хотя в приёмной кроме них никого не было.
Светлана кивнула и снова уставилась на дверь кабинета. Она пришла сюда после того случая с кофе. Того самого злополучного утра, когда она опаздывала на работу, одновременно отвечала на сообщения в родительском чате, рулила одной рукой и пыталась допить свой большой капучино с карамельным сиропом.
Стаканчик она, как всегда, зажала между коленями — проверенный способ, которым пользовалась уже лет пять. Но тут написала начальница склада: «Светлана Петровна, у нас проблема с поставкой!» Светлана дёрнулась, нажала на тормоз чуть резче обычного, и...
Короче говоря, её новые брюки теперь были безнадёжно испорчены, а на бедре красовался ожог размером с её ладонь. Первой мыслью было: «Ну вот, опять не повезло». Второй: «А почему, собственно, не повезло МНЕ? Это же кофейня виновата!»
Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился Аркадий Львович собственной персоной — невысокий мужчина в костюме-тройке, с проницательным взглядом и лёгкой усмешкой.
— Светлана Петровна? Проходите, — он жестом пригласил её внутрь.
Когда они уселись, адвокат откинулся в кресле и сложил руки домиком.
— Так, давайте по порядку. Вы получили ожог от кофе, который приобрели в кофейне «Бодрое утро», верно?
— Да! — воодушевлённо закивала Светлана. — Представляете, они налили его КИПЯЩИМ! Кто так делает?
Аркадий Львович покашлял.
— Насколько я понимаю, вы везли этот кофе в машине, зажав стаканчик между ног?
— Ну... да. Но это же удобно! Все так делают!
— И при этом вы одновременно управляли автомобилем и переписывались в мессенджере?
Светлана слегка покраснела.
— Рабочая переписка! Я же не могла не ответить начальнице!
Адвокат усмехнулся и достал из ящика стола папку, из которой вытащил какой-то список.
— Знаете, Светлана Петровна, вы не поверите, но ваш случай — классика жанра. Вот смотрите, — он пробежался пальцем по строчкам, — у меня тут целая коллекция подобных историй.
Он начал зачитывать, а Светлана слушала, постепенно округляя глаза.
— Вот, например, гражданка Воронцова. Её сын весь день сидел в наушниках, слушал рэп про гангстеров, а потом решил «качать права» в школе и получил по лицу от одноклассника. Мать подала в суд на музыкальный лейбл. Мол, они пропагандируют агрессию.
— И что? — не выдержала Светлана.
— Проиграла, естественно. Но попытка была забавная, — адвокат перевернул страницу. — А вот гражданин Семёнов. Курил сорок лет по две пачки в день. Когда врачи обнаружили у него рак лёгких, родственники решили засудить табачную компанию. Дескать, на пачках не было достаточно страшных картинок.
Светлана хмыкнула.
— Ну, это вообще абсурд какой-то.
— Погодите, дальше интереснее, — Аркадий Львович явно входил во вкус. — Дочка одной моей клиентки забеременела в шестнадцать лет от капитана школьной баскетбольной команды. Знаете, кого мать винила?
— Кого?
— Школу! За недостаточное половое просвещение. По её словам, если бы учительница биологии более подробно объяснила процесс, дочь бы поняла последствия.
Светлана фыркнула, но тут же спохватилась — а ведь она сама пришла сюда с похожей претензией.
— Или вот ещё шедевр, — адвокат не унимался. — Сосед моего друга устроил вечеринку, нажрался в стельку, сел за руль и въехал в столб. Родственники подали в суд на бар, где он пил. Мол, бармен не должен был наливать ему столько.
— Логично же! — попыталась возразить Светлана.
— Ах да? Тогда слушайте дальше. Один товарищ подцепил гепатит, потому что использовал общий шприц с приятелем. Подал в суд на городскую администрацию — дескать, не организовали пункт обмена игл для наркоманов.
Светлана молчала. Список разрастался, и с каждым новым случаем её уверенность таяла.
— Бабушка обвинила производителя мультфильмов в том, что её внуки стали неуправляемыми. Отец погибшего в драке парня засудил оружейный магазин, хотя драка была на кулаках, а нож купил сам сын. Мать террориста, которого скрутили пассажиры самолёта, обвинила авиакомпанию в жестоком обращении с её «мальчиком».
Адвокат отложил список и посмотрел на Светлану.
— Понимаете, к чему я веду? Мы живём в удивительное время. Время, когда никто не хочет отвечать за свои поступки. Всегда есть кто-то виноватый: государство, компания, сосед, погода, расположение звёзд...
Светлана сглотнула.
— То есть... вы не будете вести моё дело?
— Я? — Аркадий Львович расхохотался. — Светлана Петровна, я возьму ваше дело и, скорее всего, даже выиграю! У меня прекрасная статистика по абсурдным искам. Но вопрос в другом: а вы сами-то в это верите?
Повисла пауза. Светлана вспомнила тот момент в машине. Как она сама зажала стаканчик коленями. Как сама отвлеклась на телефон. Как сама дёрнула руль.
— Знаете что, — она поднялась с кресла, — кажется, я передумала.
Адвокат приподнял бровь.
— Серьёзно?
— Да. Это же я сама виновата, правда? Я держала кипяток между ног, переписывалась за рулём и не смотрела на дорогу. Какая к чёрту кофейня?
Аркадий Львович улыбнулся и протянул ей руку.
— Вы знаете, Светлана Петровна, вы первая за три месяца, кто это признал. Приятно иметь дело с адекватным человеком.