Как мы с женой за один день убили две электропилы, не смогли одолжить третью, разнесли калитку и в итоге привили грушу к яблоневому пню.
Всем привет мои дорогие подписчики и просто читатели моего канала.
Честно скажу: день 26 апреля я запомню надолго. И дело даже не в том, что наконец-то кончились дожди. Дело в том, что кто-то наверху с утра смотрел на меня, пил чай и приговаривал: «Ну, давай, попробуй. Посмотрим, как ты это вывезешь».
А началось всё с хорошей мысли. У нас на участке девять старых яблонь. Летние сорта, ещё родительские. Половина уже сушняк, половина ещё держится, но урожай — кислятина, которой никто не ест. И мы с женой решили: хватит. Пора их под нож, то есть под пилу. Денёк солнечный, воскресенье, настроение боевое. Я достал свою гордость — электропилу. Родителям её ещё в девяностых годах подарили. Тяжёлая, как «Волга», зато без бензина, от розетки поёт. Для меня это не просто инструмент, это семейная реликвия. Родители тогда так радовались ей, как сейчас новому айфону.
Первая тревожная ласточка
Яблоня перед домом — самая большая . И рядом малинник, четыре сотки, всё переплелось. Чтобы не топтать малину, протянул кабель, влез на лестницу, начал пилить верхние ветки. Спилил две-три — и чувствую: что-то не так. Пила дёрнулась и затихла. Смотрю — цепь порвалась. Даже не соскочила, а именно бах — и в стороны. Запасной, как назло, нет. С детства помню: «Всё должно лежать на своём месте». Но где то место, если последний раз я цепь менял три года назад?
Ладно, думаю, не проблема. У тёщи тоже есть электропила, новый, она недавно хвастался, что купил классную электропилу. Едем к ней. Заодно и мать проведаем, и инструмент возьмём.
Второй удар.
Приехали. Пила лекгая, новенькая, красная. Дала без вопросов. Я вернулся как король. Я включил пилу — жужжит как пчела. Залез опять на лестницу, спилил ещё три здоровые ветки. И тут мотор начинает чихать, дымить и… молчит. Вообще. Мы с женой переглядываемся. Я лезу внутрь. Знаете, что я вижу? Щётки графитовые на ноль. Стерлись в пыль. Новенькая пила, а щётки — как ластик после первого класса.
Жена смотрит на меня с тем выражением, какое бывает, когда ты обещал закончить за день, а даже половины не сделал.
Поездка в соседнюю деревню (впустую).
Но я не сдаюсь. В моём характере есть одна хорошая черта: если начал, то всё — надо добить эту чёртову яблоню. Вспоминаю про крестного. Он человек хозяйственный, у него и гараж с инструментами, и, главное, есть бензопила. Едем в соседнюю деревню, километров семь. Приезжаем, крестный рад, но предупреждает: « не заводил с прошлого года но должна взлететь». Вынес. Красивая, штиль, дорогая когда-то. Начинаем с ним вдвоём дёргать шнур. Раз десять — ноль. Двадцать — молчит. Проверили свечу — норма. Топливо — есть. Воздушный фильтр — чистый. Целый час возились. Крестный уже вспотел, я матерился мысленно. Не завелась. Совсем. Как заколдовали.
Вернулись домой с пустыми руками. Ни пилы, ни результата, ни настроения.
Решение: сдаваться или изворачиваться?
Жена говорит: «Может, это знак?» А я ей: «Знак, что пора покупать новые щётки». У нас, кстати, в деревне теперь свой «Озон» есть — это я так пункт выдачи называю. Залез в телефон, нашел точно такие же щётки, заказал. Но придут только 30 апреля. Три дня ждать. А у меня руки чешутся, и во дворе — позорище: яблоня лысая, ветки торчат, цепь порвана.
Тогда я решил: а дай-ка я эту старую цепь восстановлю. Собрал, соединил, расклепал. Честно, не думал, что получится — но сделал! К пяти вечера у меня опять рабочая цепь на родной, дедовской пиле. Победа.
Третий звонок.
Подключаю. Жужжит. Спиливаю две ветки — и тут… тишина. Абсолютная. Мотор не издаёт ни звука. Даже не дымит. Просто выключился и всё. Как человек, который устал с вами разговаривать. Тут я уже всерьёз оглянулся на небо. Жена сложила руки на груди и говорит: «Серега (ну, допустим, я ), сдайся уже. Может, это дерево — заговорённое, проклятое или там домовой живёт?»
И знаете, я на секунду задумался. У нас в роду всегда говорили: старые плодовые деревья трогать без спроса нельзя. Они землю держат, память хранят. А тут — день сплошного саботажа. Цепь порвалась, щётки сгорели, у крестного пила в ауте, у тёщи — тоже. Моя встала. Три отказа техники за один день. Это не случайность.
Кульминация: калитка и приговор.
Но половина старой яблони уже была спилена. Остались только две новые ветки — молодые, ещё живые. И один полутораметровый столб, который продолжал торчать, как укор моей глупости. Я решил: старую, сухую часть надо допилить ручной ножовкой. Аккуратно, по-тихому. Жена страховала.
Взялся. Пилю, пилю, дерево начинает крениться. Я кричу: «Отойди!» А сам думаю: куда оно упадёт? Оно упало на металлическую калитку. С грохотом, как артиллерийский снаряд. Вырвало три штакетины. И — самое обидное — эти две молодые ветки, которые я хотел оставить, разнесло в щепки. Всё. Дерева больше нет. Только пенёк в полтора метра торчит, как памятник моей гордости.
И тут меня осенило. Я вспомнил, что бабушка всегда говорила: если старую яблоню срубил — надо сразу привить новое. Иначе двор пустеет. И не просто привить, а замириться с судьбой. Взял жену, говорю: «Поехали в соседнюю деревню, за грушей».
Спасение: прививка как извинение
За десять километров. Я знаю там одних людей — у них груши такие, что пальчики оближешь. Сладкие, медовые. Приехали, они меня встретили хорошо: «Бери, сколько надо». Я срезал пять-шесть молодых черенков. С ветки — красивые, с почками.
Вернулся домой уже в сумерках. Взял острый нож, сделал прививку в расщеп на оставшемся пеньке той самой яблони. Замазал садовым варом, обмотал изолентой. Сделал всё как надо. И сказал вслух: «Вот тебе. Будешь теперь давать груши. А если нет — пенёк выкорчую». Но это я так, для смелости.
Итог дня.
День, когда две электропилы отдали богу душу, бензопила отказалась воскресать, а калитка пала смертью храбрых, закончился тихо. Мы сидели с женой на крыльце, пили чай с прошлогодним вареньем и молчали.
— Не жалеешь? — спросила она.
— Жалею, что с лестницы не начал. А так… Дай бог, чтобы ростки пошли.
Я теперь проверяю. Вдруг грушевый листок покажется? Вы не смейтесь. Может, оно и к лучшему, что всё так вышло. Может быть, та яблоня просто решила уйти красиво — с музыкой, поломками и драмой. А мне оставила шанс на новые, сладкие плоды.
И знаете, что я понял? Нельзя воевать со старым деревом. С ним надо наверно договариваться. А если уж взялся за пилу — то пусть у тебя будут новые щётки, запасная цепь и хотя бы одна работающая бензопила у крестного.
И немножечко удачи сверху.