О, великий и ужасный Антон Павлович! Человек, который умел находить драму там, где обычный человек видит просто скуку смертную. Сегодня мы препарируем его шедевр - "Человек в футляре". Приготовьтесь, будет смешно и очень узнаваемо. Надевайте калоши, берите зонт и прячьтесь в пальто с воротником, потому что мы ныряем в мир тотальной паранойи!
Действующие лица и исполнители (или Жертвы эксперимента)
Итак, знакомьтесь, Беликов. Давайте сразу представим его не как учителя греческого языка, а как... как человека-улитку. Если бы улитка закончила филфак, носила очки и панически боялась сквозняков. Если бы существовал спорт по заворачиванию себя в вату, Беликов взял бы золото на всех Олимпиадах. Его девиз по жизни: "Как бы чего не вышло". Не вышло чего угодно: от повышения квартплаты до конца света. Он носил тёмные очки, потому что боялся ослепнуть от ярких красок жизни, и затыкал уши ватой, чтобы не слышать, как где-то смеются дети (вдруг они замышляют революцию?).
Антон Павлович нам живописует: даже в самую жаркую погоду Беликов в пальто на вате, при зонте и в калошах. Часы у него были в футляре из замши, ножичек для разрезания бумаги - тоже в чехольчике. Лицо, кажется, тоже прятал в воротник, ибо даже собственные щеки казались ему подозрительными. Это не человек, а какой-то набор матрёшек, где внутри пустота.
Остальные персонажи - это просто декорации для трагикомедии.
Коваленко (историк или географ, неважно) - полная противоположность. Человек-гроза, человек-свежий ветер. Он ходит без галстука, катается на велосипеде и громко хохочет. Конечно, для Беликова он - террорист номер один.
Варенька Коваленко - сестра историка. Сестра-спасательный круг, сестра-бомба замедленного действия. Красивая, поет "Виют витры", ест борщ и излучает такую жизненную энергию, что Беликова от одного её вида начинало трясти, как желейный десерт в микроволновке.
Сюжет, или Как греческий язык чуть не убил любовь
В городе, где живут одни марионетки (учителя гимназии), все ходят по струнке. Почему? Да потому что Беликов всех застращал! Он не делает ничего плохого, он просто приходит и шепчет: "Вы бы это... поосторожнее. Как бы чего не вышло". И всё! Город парализован. Перестают ставить спектакли, боятся читать книги, громко разговаривать и даже кушать пельмени без разрешения свыше.
У кого-то из его коллег появляется план: женить Беликова! "Он же всё в футляре, бедняга, - думают местные кумушки, - надо вытащить его к свету, обогреть, так сказать, женским теплом. Авось, перестанет портить нам жизнь своим нытьем".
Идея, конечно, абсурдная. Женить человека, который боится громкого смеха, на девушке, которая поёт украинские песни так, что стёкла дрожат. Это как скрестить дикобраза с воздушным шариком. Потенциал для взрыва колоссальный!
И что вы думаете? Беликов, как последний сталкер, начинает ходить к Коваленко. Сидит, киснет, молчит. Ему страшно. Но Варя смотрит на него влюбленными глазами (она, видимо, видела в нем проект для реновации). А Беликов в это время думает: "А вдруг она потребует секса? А вдруг придётся снять калоши? А вдруг там сквозняк из окна? А вдруг она заставит меня есть борщ ложкой, которая без футляра была? Ужас!".
Карикатура и роковой велосипед
А тут грянул гром! Рисуют наши весёлые художники карикатуру: "Влюблённый антропос Беликов и Варенька на велосипеде". Беликов держит её за руку, а под ногами у него лужа. Беликов в шоке. Его чувства, его потенциальная интимная жизнь выставлены на посмешище! Это крушение всех футляров! Он ходит зелёный, бормочет, у него нервный тик.
И вот, встречает он Коваленко и Вареньку на велосипедах. Для нормального человека - картина маслом: солнышко, люди спортом занимаются. Для Беликова - апокалипсис. Женщина на велосипеде! Это же разврат! Это же конец света!
Он приходит к Коваленко делать заявление.
- Что вы себе позволяете? - пищит Беликов. - На велосипедах катаетесь, а это не дозволено циркуляром!
Коваленко (человек простой, без футляра) говорит:
- Да иди ты в баню со своим греческим языком!
На что Беликов выдает гениальную фразу-бомбу:
- Я должен буду доложить господину директору суть нашего разговора! (Читай: настучать, как последний ябеда, в высокие инстанции).
Тут даже терпеливый Коваленко не выдержал. Он схватил этого человека-футляра за воротник и спустил с лестницы. Представьте себе картину: сверху летит сосиска в пальто, снизу поднимается Варенька, которая только что въехала во двор. И видит она, как кувырком катится предмет её обожания, гремя калошами и зонтиком, цепляясь за перила очками.
И тут - кульминация! Беликов падает прямо к её ногам. Встаёт, отряхивается, и...
Он слышит громкий, заливистый хохот Вари: "Ха-ха-ха!"
Для нас это смех. Для Беликова - выстрел из пушки по ушам. Всё. Футляр треснул. Реальность ворвалась и уничтожила его.
Финал, или Апофеоз футляра
Беликов приходит домой, ложится в кровать и больше не встаёт. Он умирает. Не от удара, нет. От обиды, что его, такого правильного, осмелились выставить на посмешище, да ещё и при свидетелях.
И вот тут самое смешное и страшное. Когда Беликова положили в гроб - о, счастье! - его лицо стало добрым, ласковым и даже весёлым. Он наконец-то нашёл идеальный футляр! Тот самый, из которого его уже никто и никогда не достанет. Крышка гроба - вот настоящий дом для человека в футляре. Ни сквозняков, ни женщин на велосипедах, ни дурацких карикатур. Благодать!
Провожая его в последний путь, все учителя гимназии испытывали огромное облегчение и... удовольствие. Прямо как во время отпуска. Шёл дождь, все были в калошах, и это было символично. Город вздохнул с облегчением. Свобода? Как бы не так!
Эпилог, или Мораль сей басни
Прошло совсем немного времени, и жизнь покатилась по-прежнему. Суровая, утомительная, глупая жизнь. Не лучше, не хуже. Беликова похоронили, а "футлярность" осталась. Она перетекла в других. Потому что футляр - он не в пальто и калошах, он в голове.
Так что, друзья, срочно проверяйте себя: не завёлся ли у вас внутренний Беликов? Не боитесь ли вы громко петь? Не прячете ли вы свою ложку в чехол? Не кажется ли вам, что женщины на велосипедах - это верх безнравственности? Если да - бегом к психотерапевту, пока вас не спустили с лестницы ваши собственные фобии!
Вместо послесловия
Антон Павлович, спасибо за диагноз, который актуален до сих пор.
А вам, читатели, спасибо, что дочитали этот бредовый пересказ до конца.
Подписывайтесь на канал! Жмите на колокольчик, пока вас не заставили носить калоши круглый год!
А то знаете этих классиков... Как бы чего не вышло.