Сегодня, 26 апреля 2026 года, 40 лет с момента крупнейшей техногенной катастрофы XX века - аварии на Чернобыльской атомной электростанции. Несмотря на крайне ограниченное количество непосредственно пострадавших в момент аварии лиц и еще меньшее число заболевших отстрой лучевой болезнью, количество прямо и косвенно вовлеченных в ликвидацию ее последствий измеряется сотнями тысяч. Правильность действий экстренных служб, политического руководства страны и советского правительства до сих пор оспариваются, а часть решений подвергается критике.
Катастрофа на Чернобыльской АЭС произошла в ночь на 26 апреля 1986 года, сопровождалась разрушением реактора и значительными выбросами радиоактивных веществ, загрязнением больших территорий, причем не только Союза ССР, но и европейских стран.
С момента получения сообщения об аварийной ситуации всеми мероприятиями по установлению причин, правового, социального, гигиенического, экономического, технического, экологического, медицинского характера руководил союзный центр - в Москве была создана Правительственная комиссия. Союзный центр и профинансировал весь основной объем работ.
В Москву уже к исходу первых суток были доставлены подавляющее большинство сотрудников станции и пожарных с подозрением на развитие острой лучевой болезни и (или) местных лучевых поражений.
Сортировку пострадавших на месте в Припяти осуществляли под руководством Георгия Дмитриевича Селидовкина, диагностику и лечение в Москве - в клинике Института биофизики МЗ СССР, которая на время лечения пострадавших была масштабирована на весь основной коечный фонд Клинической больницы 6 3-го ГУ при Минздраве СССР. Возглавляла ее член-корреспондент АМН СССР Ангелина Константиновна Гуськова.
Что касается причин аварии, то в этом единства нет до сих пор, хотя заключение Правкомиссии не является секретным. Дальнейшие действия специалистов и властей в том числе в МАГАТЭ и НКДАР при ООН не однократно были признаны обоснованными и адекватными.
Так, было признано, что эвакуация (полная) города Припяти и ряда других населенных пунктов из зоны отчуждения была необходимой и проведена в срок. В то же время осталось за кадром, что здравомыслящие ученые и управленцы, среди которых - академик АМН СССР Л.А.Ильин - воспрепятствовали эвакуации куда более крупных городов, включая Киев, а этот вопрос ставился на полном серьезе.
Тысячи специалистов, привлеченных к ликвидации последствий аварии, а также строителей и военных, подверглись воздействию излучения в малых дозах, не приводящих к развитию детерминистских эффектов.
В то же время, масштабы катастрофы, сложная обстановка в районе станции, а также режим секретности и огромное психологическое давление при тяжелой работе в не вполне комфортных условиях привели к обострению и (или) дебюту ряда соматических или психосоматических, психических заболеваний.
Одновременно в стране фактически изменялся политический строй и экономический уклад, миллионы людей лишились своих накоплений, а позже распался СССР. Имело место тотальное падение жизненного уровня. Именно это (а не мифологизированные тысячи «заболевших от воздействия излучения») лежало в основе мотивации законодательных инициатив по беспрецедентной поддержке ликвидаторов последствий аварии и их семей, которые были приняты и действуют до сих пор.
Вокруг здоровья ликвидаторов (основная часть заболевших лучевой болезнью - около 125 случаев - всегда наблюдались и продолжают наблюдаться все в той же специализированной клинике Института биофизики, теперь уже не существующего в прежнем виде) было и есть огромное количество спекуляций, не имевших и не имеющих никакого отношения к доказательной медицине - от искренних заблуждений до откровенного вранья. Под эти вопросы выделялись существенные бюджеты, были построены медицинские центры, которые с течением времени превратились в обычные больницы, зачастую более низкого уровня, нежели региональные в местах своего расположения.
Тем не менее, в 1986 году и последующие годы огромное количество привлекавшихся к ликвидации аварии и ее последствий специалистов совершили настоящий подвиг - каждый на своем месте - туша пожар, заполняя чашу реактора, возводя саркофаг, решая проблемы эвакуируемого населения, леча пострадавших и т.д. Чернобыльская авария привнесла в жизнь страны и общества единение, что для тех лет было крайне важно.
Кроме того, катастрофа не была только делом Украинской ССР
, на территории которой была построена (отнюдь не только и не столько строителями с Украины) и функционировала станция. Это было общим делом великой страны и советского народа. Вся страна и весь народ участвовали в ликвидации.
Многих из тех, кто работал в те годы, уже нет в живых, но совершенный ими подвиг не может быть забыт и является общим для всех в здравом уме и трезвой памяти, что бы там не вещали политики - однодневки.
Историю нельзя переписать - она у нас общая. И все мы были вместе не только в моменты триумфа - первого спутника на орбите и полета первого космонавта, первого выхода в открытый космос, первого атомного ледокола, но и в моменты трагедий, каковой была катастрофа на Чернобыльской АЭС.
Изображение сгенерировано GigaChat.