Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Вопрос? = Ответ!

Кто и почему выдал Емельяна Пугачева?

Ну какой русский не слышал о «мужицком царе»? История Емельяна Пугачева — это не просто параграф в учебнике, а настоящая драма, где перемешались отчаяние, амбиции и, как водится, горькое предательство. Когда пламя Крестьянской войны начало затухать, а правительственные войска прижали бунтовщиков к стенке, встал ребром вопрос: как закончить эту кровавую заваруху? И ответ нашелся в самом близком окружении самозванца. Давайте будем честны: предали Пугачева не случайные прохожие и не засланные шпионы Петербурга. Сделали это его же соратники — яицкие казаки. Эти люди с самого начала были костяком восстания, но, когда «запахло жареным» после поражения у Сальниковой ватаги, верность улетучилась, как дым над костром. Имена главных героев (точнее, антигероев) этой сделки известны: Иван Творогов, Федулев и Чумаков. Почему же они так поступили? Ведь еще вчера клялись в верности своему «Петру III»? Ответ прозаичен до боли. Во-первых, страх за собственную шкуру. Казацкая верхушка прекрасно понимала
Оглавление

Ну какой русский не слышал о «мужицком царе»? История Емельяна Пугачева — это не просто параграф в учебнике, а настоящая драма, где перемешались отчаяние, амбиции и, как водится, горькое предательство. Когда пламя Крестьянской войны начало затухать, а правительственные войска прижали бунтовщиков к стенке, встал ребром вопрос: как закончить эту кровавую заваруху? И ответ нашелся в самом близком окружении самозванца.

Свои среди чужих: Кто и почему выдал Емельяна Пугачева?

Давайте будем честны: предали Пугачева не случайные прохожие и не засланные шпионы Петербурга. Сделали это его же соратники — яицкие казаки. Эти люди с самого начала были костяком восстания, но, когда «запахло жареным» после поражения у Сальниковой ватаги, верность улетучилась, как дым над костром. Имена главных героев (точнее, антигероев) этой сделки известны: Иван Творогов, Федулев и Чумаков.

Почему же они так поступили? Ведь еще вчера клялись в верности своему «Петру III»? Ответ прозаичен до боли. Во-первых, страх за собственную шкуру. Казацкая верхушка прекрасно понимала, что Екатерина II не погладит их по головке, и единственный шанс вымолить прощение — это привезти «царя» на блюдечке. Во-вторых, обещание амнистии. Власти во всеуслышание заявляли: выдадите вожака — сохраним жизнь.

Как происходил захват в степях

События разворачивались стремительно. После окончательного разгрома Пугачев с небольшим отрядом уходил в Заволжье, надеясь пробиться к Яику или уйти в Казахстан. Однако верные соратники уже вовсю шептались за его спиной. Глядя на то, как тают силы, Творогов и компания решили, что пора завязывать с этой авантюрой.

8 сентября 1774 года в степи, недалеко от реки Узень, казаки набросились на своего предводителя. Пугачев, конечно, пытался сопротивляться, хватался за оружие, но силы были не равны. Его связали, как обычного разбойника, и повезли в Яицкий городок. Понимаете иронию судьбы? Те, кто возвел его на воображаемый престол, сами же его с него и скинули. Размышляя о том, кто и почему выдал Емельяна Пугачева, поражаешься, насколько быстро вчерашние герои превращаются в прагматичных предателей, едва почувствовав холодную сталь петли на своей шее.

Финал и горькое послевкусие

Дальнейшее известно всем: железная клетка, конвой под руководством самого Суворова (да-да, великий полководец лично сопровождал пленного) и казнь на Болотной площади в Москве. Тема «Кто и почему выдал Емельяна Пугачева?» до сих пор вызывает споры у историков, но суть остается прежней: в большой политике, даже если она «мужицкая», нет места сантиментам.

Казаки, выдавшие Емельяна, надеялись на милость, и, надо сказать, головы им не срубили, хотя и отправили подальше от родных мест. Пугачев же остался в народной памяти персонажем неоднозначным — то ли народным заступником, то ли кровавым разбойником. Но факт остается фактом: его предали свои, решив, что собственная жизнь дороже любой, даже самой красивой легенды о добром царе. А разве в истории бывает как-то иначе? Наверное, это риторический вопрос, на который каждый находит свой ответ.