Дворник как дефицит: почему регионы ищут работников для ЖКХ в Африке и Азии

Про­фес­сия двор­ни­ка в Рос­сии ста­ла од­ной из са­мых де­фи­цит­ных. Даже зар­пла­ты выше сред­ней не га­ран­ти­ру­ют при­то­ка же­ла­ю­щих ра­бо­тать с ло­па­той и мет­лой. В Орен­бур­ге уже при­сту­пи­ли к ра­бо­те пер­вые двор­ни­ки из Се­не­га­ла, вла­сти ждут при­бы­тия но­вых ино­стран­ных со­труд­ни­ков. Та­тар­стан, по дан­ным СМИ, рас­ши­ря­ет при­вле­че­ние ра­бот­ни­ков из Ин­дии и Мьян­мы, а в Си­би­ри на фоне под­го­тов­ки к зиме об­суж­да­ют ком­му­наль­ных ро­бо­тов. Все это по­ка­зы­ва­ет: кад­ро­вый де­фи­цит в ЖКХ уже нель­зя за­крыть толь­ко объ­яв­ле­ни­я­ми о ва­кан­си­ях.

Ком­му­наль­ный труд без же­ла­ю­щих

Орен­бург стал од­ним из са­мых за­мет­ных при­ме­ров но­во­го под­хо­да. Мэр Аль­берт Юма­ди­лов объ­яс­нял при­гла­ше­ние се­не­галь­ских двор­ни­ков тем, что мест­ные жи­те­ли не про­яв­ля­ют ин­те­ре­са к тя­же­лой ра­бо­те даже при зар­пла­те око­ло 55 ты­сяч руб­лей. При этом, по дан­ным «Ком­мер­сан­та», ад­ми­ни­стра­ция не рас­смат­ри­ва­ла при­вле­че­ние ми­гран­тов из Сред­ней Азии, учи­ты­вая опыт со­сед­них ре­ги­о­нов, где ра­бот­ни­ки быст­ро ухо­ди­ли с ком­му­наль­ных ва­кан­сий в ку­рье­ры или тор­гов­лю.

Та­кой вы­бор по­ка­зы­ва­ет, что ре­ги­о­ны ищут не про­сто ра­бо­чие руки, а бо­лее управ­ля­е­мую мо­дель най­ма — с офи­ци­аль­ным тру­до­устрой­ством, об­ще­жи­ти­ем и язы­ко­вой адап­та­ци­ей.

Ми­гра­ция вме­сто ре­фор­мы

По­ли­то­лог Ар­сен Ша­ях­ме­тов счи­та­ет, что по­яв­ле­ние ра­бот­ни­ков из непри­выч­ных для Рос­сии стран — не эк­зо­ти­ка, а след­ствие си­стем­но­го де­фи­ци­та кад­ров.

«По­яв­ле­ние так на­зы­ва­е­мых “двор­ни­ков-эк­зо­тов” из Се­не­га­ла и Ин­дии в рос­сий­ских ре­ги­о­нах – это пре­жде все­го след­ствие струк­тур­но­го де­фи­ци­та ра­бо­чей силы. Рос­сий­ские ре­ги­о­ны уже несколь­ко лет стал­ки­ва­ют­ся с устой­чи­вой нехват­кой кад­ров в ЖКХ, стро­и­тель­стве, бла­го­устрой­стве, транс­пор­те», — от­ме­ча­ет экс­перт.

По его оцен­ке, тра­ди­ци­он­ные ми­гра­ци­он­ные по­то­ки уже не пол­но­стью за­кры­ва­ют спрос, по­это­му ра­бо­то­да­те­ли на­чи­на­ют ис­кать но­вые рын­ки тру­да. Но это не сни­ма­ет глав­но­го во­про­са: по­че­му ба­зо­вая ком­му­наль­ная ра­бо­та ста­ла на­столь­ко непри­вле­ка­тель­ной для мест­ных жи­те­лей.

Бо­лее жест­ко про­бле­му фор­му­ли­ру­ет по­ли­то­лог Ва­ле­рий Про­хо­ров. Он счи­та­ет, что ре­ги­о­ны долж­ны ду­мать не толь­ко о за­кры­тии ва­кан­сий, но и о по­след­стви­ях но­вой ми­гра­ции для мест­ных со­об­ществ.

«Клю­че­вой во­прос свя­зан с про­бле­ма­ми адап­та­ции. Этот риск уже в пол­ный рост ви­ден на при­ме­ре ми­гра­ции из ближ­не­го за­ру­бе­жья: при сла­бой си­сте­ме ин­те­гра­ции на­кап­ли­ва­ют­ся бы­то­вые и куль­тур­ные про­ти­во­ре­чия», — под­чер­ки­ва­ет Про­хо­ров.

По его мне­нию, для та­ких слу­ча­ев мо­жет быть ра­ци­о­наль­нее не стро­ить дол­гую мо­дель ин­те­гра­ции, а ис­поль­зо­вать по­нят­ный ре­жим вре­мен­ной за­ня­то­сти: при­е­ха­ли, от­ра­бо­та­ли, уеха­ли. Это сни­жа­ет рис­ки кон­флик­тов, но од­но­вре­мен­но пре­вра­ща­ет ком­му­наль­ную сфе­ру в за­ви­си­мую от по­сто­ян­но­го им­пор­та ра­бо­чей силы.