- Ещё эспрессо!
Голос Алины Викторовны, моего нового начальника, прозвучал как щелчок хлыста в оглушительной тишине ресторана на двадцать пятом этаже бизнес-центра.
Она не в мою смотрела сторону, её взгляд был прикован к меню, словно она выбирала в списке способ моего публичного унижения.
- И принесите девушке счёт за её… вот это вот.
Я сидела напротив и плотнее сжимала под столом лямки своей единственной приличной сумки. Жар подступил к лицу, и я опустила глаза.
Передо мной на белоснежной скатерти стояла крошечная чашка с кофе. Единственное, что я позволила себе заказать в этом дорогом месте.
- Алина Викторовна, я…
- Не надо мямлить, я это не терплю! Вы думали, я позвала вас сюда из милосердия?
Анастасия, запомните раз и навсегда: вы - нищая. Не по состоянию счёта, нет, это поправимо.
Вы нищая по образу мыслей. Этот ваш заказ, - она брезгливо кивнула на мою чашку, - это клеймо.
Вы никогда не получите повышения, не сделаете карьеры, потому что мыслите бедно.
Она сделала паузу. Я смотрела на её ухоженные руки, на дорогой перстень, и думала, что он стоит больше, чем наша с отцом квартира.
- Но я позволю вам работать у меня. Будете выполнять мелкие поручения, приносить кофе, задерживаться, когда я скажу.
Согласны?
Её слова, холодные и острые, впивались в сознание. Я вспомнила отца, его потухший взгляд и пустые бутылки на кухонном столе.
Вспомнила его шёпот вчера вечером: "Продержись, дочка. Хоть ты продержись".
Я медленно подняла голову, встретилась с ней взглядом и чуть заметно качнула подбородком. Пусть думает, что прогнула меня.
Пускай. Посмотрим, кто окажется правым.
***
Я вернулась на своё рабочее место в огромном, залитом светом офисе и чувствовала себя так, словно на мне был прикреплён ценник со скидкой. Коллеги скользили по мне безразличными взглядами и снова погружались в свои мониторы.
Этот просторный офис с его стеклянными перегородками и гудением десятков компьютеров казался мне пиратским кораблём, на палубу которого я попала по принуждению. Здесь пахло особенно.
Воздух был пропитан ароматом дорогого парфюма, озона от кондиционеров и свежесваренного кофе из машины, к которой я боялась подходить.
Дома пахло иначе. Тревожно.
Я закрыла глаза и увидела нашу маленькую кухню. Вот отец сидит за столом, смотрит в одну точку, а перед ним - стакан и початая бутылка.
Когда мамы не стало, он словно рассыпался на части, и я, как ни старалась, не могла собрать его заново.
Он перестал работать, начал часто закладывать за воротник. Деньги таяли на глазах, а вместе с ними - и надежда.
"Ты - моя единственная гордость, Настенька", - сказал он мне, когда я сообщила, что меня взяли в агентство.
Он даже попытался улыбнуться, но его глаза остались прежними, потухшими.
"Ты вытащишь нас. Я знаю".
Я открыла глаза. На мониторе передо мной мигала задача от Алины Викторовны: "Заказать для меня билеты в спа-комплекс “Лучиано”.
Данные во вложении. Сделать до 17:00".
Это не входило в мои обязанности младшего дизайнера. Совсем.
Но я вспомнила кофе на белоснежной скатерти, молча открыла вложение. Цена за одно посещение спа-центра равнялась сумме, которую мы с отцом тратили на еду за две недели.
Я должна была вытащить нас.
Но теперь отчётливо понимала, что сначала мне придётся спуститься на самое дно этого блестящего, пахнущего деньгами колодца.
***
Дни потекли один за другим, сливаясь в серую, вязкую массу. Алина Викторовна, казалось, находила изощрённое удовольствие в своей маленькой игре.
Мои проекты, над которыми я корпела ночами, она разбирала на совещаниях с холодной усмешкой.
"Анастасия, это уровень студенческой работы. Вы вообще понимаете, что такое премиум-сегмент?
Видимо, нет. Переделывайте".
А потом, когда все расходились, она могла небрежно бросить:
"Макет неплох. Добавь в моё портфолио, но подретушируй логотип".
Она перекладывала на меня свои отчёты, заставляла бронировать ей столики в ресторанах, и даже отправляла в химчистку свои шёлковые блузки. Я стала её тенью, её личным ассистентом, её девочкой на побегушках.
Коллектив быстро это заметил. Со мной перестали здороваться у кулера, шептались за спиной.
Однажды в курилке я услышала обрывок фразы от маркетолога Светы:
"…да она бестолочь, сама Алина говорит, держит её из жалости".
Я сглотнула комок в горле и пошла работать дальше. Жалость.
Вот чем я платила за возможность оплачивать счета.
Вечерами офис пустел. Оставались только я и иногда он - Кирилл из отдела продаж.
Высокий, улыбчивый, он всегда находил для меня доброе слово.
- Опять засиделась, Настёна? - спрашивал он, проходя мимо моего стола. - Эта наша мегера опять тебя нагрузила?
- Есть немного...
- Бросай ты это дело. Пойдём, выпьем кофе внизу?
Каждый раз я отказывалась. Мне отчаянно хотелось просто поговорить с кем-то, но Кирилл женат, и не просто женат - его супругой была дочь одного из основателей компании.
А ещё я видела, как начальница смотрит на него масляным взглядом хищной кошки.
Я отчетливо осознавала, что могу оказаться в чужой, опасной игре, где я была всего лишь разменной пешкой, которую скоро сметут с доски.
***
Однажды вечером, когда за окном уже сгустились весенние сумерки, а в офисе горел лишь свет над моим столом и в кабинете Алины, она вышла ко мне.
- Анастасия, зайдите.
Я послушно направилась в её кабинет.
- Завтра в десять утра презентация новой рекламной кампании для "Атланта". Клиент сложный, совет директоров будет в полном составе.
Она указала на стопку бумаг и разрозненных файлов на её рабочем столе.
- Вот наброски, исследования, результаты фокус-группы. К утру мне нужна идеальная презентация.
Слайдов на сорок, не меньше. С инфографикой, анимацией и чтобы комар носа не подточил.
Вы же у нас сообразительная, как я погляжу. Справитесь.
Я чуть не потеряла самообладание, ведь сделать такую работу за одну ночь в одиночку было невозможно.
- Алина Викторовна, но это… это же огромный объём. Я не успею.
- Это приказ. Не справитесь - утром можете писать заявление.
Мне бездари не нужны.
Она обернулась уже в дверях, и на её губах мелькнула тень улыбки.
- Ах да, и закажите нам с Кириллом столик в "Белуге" на два часа ночи. Думаю, к этому времени мы как раз закончим обсуждать квартальные бонусы.
Я осталась одна в её кабинете, перед её компьютером.
Села в её кресло, которое всё ещё хранило тепло и тонкий аромат духов. Я должна была работать, но не могла заставить себя даже прикоснуться к мышке.
Это был какой-то хаос из файлов на рабочем столе, и я пыталась найти хоть какую-то логику.
Хотела переключить раскладку клавиатуры на русский язык, но случайно использовала другую комбинацию, и включила отображение скрытых папок и файлов.
И тут же, рядом с системными файлами, появилась она. Папка с невинным названием "Дача_22".
Я щелкнула по ней мышкой. А внутри… внутри была совсем другая "работа".
***
Ночь прошла как в тумане. Я не помню, как делала эту проклятую презентацию.
На автопилоте компоновала слайды, вставляла графики и подбирала шрифты. А перед глазами стояли другие картинки.
Унизительный обед. Шёпот за спиной.
Потухший взгляд отца. И фотографии из папки "Дача_22".
Часам к семи утра всё было готово. Два файла на рабочем столе.
Один назывался "Презентация_Атлант_ФИНАЛ". Другой - "Проект_Возмездие".
Я сидела и смотрела на них. А потом, с холодным, ясным спокойствием, я переименовала второй файл в "Презентация_Атлант_ФИНАЛ", а первый удалила.
После этого я отправила презентацию на общий сервер, в папку для утреннего совещания, и пошла в кофейню напротив, чтобы дождаться начала представления.
В десять часов ровно я вернулась, держа в руках стаканчик с латте, и встала у стены в самом конце переговорной. Зал был полон.
Весь совет директоров, включая тестя Кирилла. Сам Кирилл сидел рядом с Алиной, бледный и напряжённый.
Алина же, напротив, сияла. Она была в выигрышном положении: презентация готова чужими руками, она свежа и полна сил.
Она окинула меня быстрым, торжествующим взглядом и кивнула айтишнику.
- Начинаем, коллеги. Прошу на экран.
На огромном проекционном экране появился первый слайд. Титульный лист, всё как положено.
Я сделала глоток кофе.
- Рекламная кампания для "Атланта" - это вызов, который мы с гордостью приняли, - начала Алина Викторовна, расхаживая перед экраном и не глядя на него. Она точно импровизировала, и получалось прекрасно. - Мы проанализировали целевую аудиторию, выявили их глубинные потребности…
Она нажала на кликер.
На экране вместо графика роста продаж появилась фотография. Алина и Кирилл, смеющиеся, обнимаются на веранде загородного дома.
В зале повисла тишина.
- …и пришли к выводу, что ключевым инсайтом является… - продолжала она, увлечённая своей речью.
Кто-то в первом ряду тихо ахнул. Алина нахмурилась, не понимая, в чём дело, и нажала на кликер ещё раз.
Следующая фотография. Более откровенная.
Тут до неё дошло, что что-то не так. Медленно обернулась, и её лицо, только что сиявшее уверенностью, стало серым.
Она смотрела на экран, потом на меня.
- Что… что это? - прошептала она.
Но было слишком поздно.
Щелчок. Щелчок.
Ещё щелчок.
В панике она пыталась пролистать слайды, но на экране предательски разворачивалась вся история её тайного романа с сотрудником. Тесть Кирилла медленно встал.
Тишина в комнате стала пронзительной.
***
Никто не проронил ни слова. Тесть Кирилла, мужчина крупный, с тяжёлым взглядом, молча посмотрел на зятя, затем на Алину, и вышел из переговорной.
За ним, как по команде, потянулись остальные члены совета директоров.
Кирилл вжал голову в плечи и, казалось, стал вдвое меньше. Алина осталась стоять одна посреди комнаты, под последним, самым невинным слайдом - они с Кириллом просто пьют вино на закате.
Экран погас, включился свет, и сказка закончилась.
Я допила свой латте, выбросила стаканчик в урну и пошла к выходу. Я никогда так хорошо себя не чувствовала!
Шла мимо своего стола, мимо испуганных лиц коллег, которые теперь смотрели на меня со смесью страха и любопытства.
- Анастасия!
Крикнула Алина за моей спиной хрипло. Я остановилась, но не обернулась.
- Зачем?
- Я хорошо усвоила ваш первый урок: в этом мире нельзя быть нищей помыслами, поэтому я больше не терпила!
Нажала на кнопку вызова лифта.
Я решила для себя, что больше никогда не буду ширмой, ни для кого. Даже если для этого придётся остаться одной против всех.
Это был мой новый первый день.
***
Через две недели мне позвонили с незнакомого номера.
- Анастасия? Добрый день.
Меня зовут Игорь Сергеевич. Я - новый руководитель отдела.
Я молчала, слушая гул машин за окном своей квартиры. Я уже нашла подработку, делала какую-то мелочь для онлайн-магазина, и денег едва хватало на самое необходимое.
- Я видел ваши исходные макеты для "Атланта". Те, что Алина Викторовна завернула, - продолжил он, не дождавшись ответа. - Это очень сильные работы.
И ещё я навёл справки. Узнал, как вы… хм… завершили тот проект.
Он откашлялся.
- Послушайте, я не одобряю ваши методы, но прекрасно понимаю мотив. Алина… наломала много дров.
Компания сейчас меняет курс. Мы ищем людей, которые не боятся принимать решения и брать на себя ответственность.
Людей с характером.
Снова пауза.
- Я предлагаю вам вернуться на должность моего заместителя. Зарплата в три раза выше той, что у вас была.
Подумайте, но не тяните!
Он повесил трубку. Я стояла посреди комнаты и смотрела на телефон.
Из кухни вышел отец. Впервые за много месяцев он был гладко выбрит, в чистой рубашке.
От него пахло не перегаром, а шампунем.
- Кто звонил, дочка?
- По работе, - ответила я и искренне улыбнулась. - Кажется, у нас теперь всё будет хорошо!
Я не знала, воцарятся ли в компании нормальные рабочие отношения.
Не знала, смогу ли работать с человеком, который знает, на что я способна в отчаянии.
Но ясно было одно: я больше никогда не позволю никому загнать себя в угол. Урок был усвоен.
И теперь я была готова сдать экзамен на право быть собой.