Человек – хорошее, сильное слово. Живое. С приходом в этот мир его приветствует слово «родился», а провожает из него - короткое и страшное слово «умер». Всего четыре буквы и тебя нет. Человек умер.
Мамы Тани не стало 21 апреля 2026 года в 00 часов 43 минуты. Ей было 66 лет.
Умирать она точно не планировала – 20-го с собой в больницу набрала кучу своих лекарств, вещей на несколько дней и две зубных щётки. Планировала жить долго.
21-го утром близким позвонили из Карасукской больницы. Всё.
После страшного известия возникает вопрос - что делать? Кому звонить? Но, когда у тебя много родных и близких, всё это решается на раз-два. Собрались, поплакали, обнялись, распределили кто и за что отвечает.
Съездили до Краснозёрского – купили большой венок в форме корзины – «от дочерей», немного продуктов: конфеты, печенье, карачинскую.
Родственники и знакомые занялись организацией поминального обеда в столовой, транспортом и прочим.
День заканчивался мыслями – этого не может быть. Мне вспоминался страшный день, когда не стало сына, до конца хотелось верить, что это чья-то злая шутка, что он жив, что в морге не он…
22 апреля утром выехали в Карасук – больницу, где находилась мама Таня. Дорога была быстрой, в основном, ровной. По этой дороге мчалась скорая, чтобы её спасти. Я давил на газ, словно это я 20-го был водителем скорой. Словно это могло бы её вернуть…
Если дорога до Карасука довольно сносная, то при повороте к больнице участок просто безобразный. Это и неуважение как по отношению к жителям города, так и к больным, которых сюда привозят, так и к тем, кто их навещает.
Попасть в саму больницу оказалось не просто – много дверей с непонятными табличками. Но, главное, – везде есть люди, поэтому довольно скоро мы нашли куда нам было нужно. Забрали вещи, сходили в морг, оформили бумаги. Кстати, в морге оказались весьма понимающие и добрые сотрудники. Впрочем, в больнице тоже отношение персонала было хорошим.
Отъехав от больницы, решили найти мамин телефон. Дочь Лена, она же моя жена, набрала номер: - Мамочка, ну ответь…
- Не надо так говорить, - сказал я, - а то будет как в том кино – ответит…
Не прошло и пяти минут, как с маминого телефона раздался звонок.
Оказалось, телефоны сдаются в сейф. Пришлось вернуться.
Примерно в то время, как мы выезжали из Карасука во второй раз, машина ритуального агентства выехала из Кочек за мамой.
В Чернаках вечером её встречала вся близкая родня.
Татьяна Михайловна Ковинько в последний раз переночевала в своём доме с 22 на 23 апреля. Вместе с тремя дочерями, которых поддерживали мужья.
23 апреля с утра выдался солнечным. Несмотря на то, что прощание было объявлено с 13:00, народ подходил с утра. Напротив дома образовалась стихийная парковка – машины прибывали и прибывали.
Слёзы, прощание у дома, автомобильный кортеж длинной от села до кладбища. Тёплый ветер с запахом чабреца, свежевырытая земля, снова прощание. Вот уже и холмик рядом с могилой мужа Николая, крест, оградка полная цветов, – маме Тане точно бы понравилась. Она очень любила цветы.
Три сестры у могилы матери и отца – зрелище грустное на фоне солнечного дня.
Поминальный обед был в Майском. Всё было организовано очень достойно - родственники и близкие очень постарались.
Мы помогли убрать в столовой, и поехали домой, где мамы уже не было. Все вымотались и устали.
Не выдержало и небо, которое вдруг нахмурилось и дождём хорошенько пролило свои весенние слёзы. Словно наша Мама Таня простилась с нами.
Так закончился день 23-е апреля. Третий последний день мамы Тани.