Продолжу публикацию скандальных Дневников режиссера Андрея Тарковского. Сегодня от него достанется другу молодости Андрону Кончаловскому, театру на Таганке, поэту Евтушенко и даже фантасту Ивану Ефремову. Поехали.
7 сентября 1970 года.
«Мне кажется, что Артура Макарова я раскусил. Очень слабый человек. То есть до такой степени, что предает себя. Крайняя степень униженности».
Артур Макаров (1931–1995) — киносценарист. В 1968 году по его сценарию было поставлено два кинофильма: «Новые приключения неуловимых» и «Один шанс из тысячи». В последнем соавтором выступал Андрей Тарковский. Следовательно, по совместной работе Артур и Андрей были хорошо знакомы. Интересно, что в статье о Макарове в Википедии они с Тарковским названы друзьями (по состоянию на 2026 год). Странно.
Но, судя по всему, Макаров имел давние связи с криминальным миром, откуда и черпал идеи для своих книг, рассказов и сценариев. Закончилось всё это печально — убийством в октябре 1995 года. Убийцу не нашли.
12 января 1974
Был на премьере Саши Мишарина и Вейцлера в театре Вахтангова. Пьеса поставлена Е. Симоновым. Не понравилось. Пьеса не пьеса, а статья («смелая») в «Комсомольской правде». Ужасно наигрывают Ульянов, Гриценко. В общем, ни к какому искусству это не имеет никакого отношения. Саша начал, насколько я помню, эту пьесу для заработка…
Вышел раскланиваться он, выглядев ужасно: толстый, опухший от пьянства, с красными глазами, и хромал. Зрелище было ужасное. Но все они довольны.
Александр Николаевич Мишарин (1939–2008) — драматург.
Вместе с Тарковским написали 2,5 сценария: «Солярис», «Зеркало» и недописанный (или почти написанный) про Достоевского. Кстати, драматург сыграет в эпизоде «Соляриса» ученого. Роль была даже с текстом.
23 декабря 1974 года
Мишарин запил и пьет уже третий день. Это в ситуации, при которой мы должны сдавать 30-го сценарий. Работать с ним я больше не буду. Себе дороже.
Всё же они работали над «Достоевским» позднее, чем была сделана эта запись. А по сценарию Александра Николаевича снимут «Усатого няня» и «Коней на переправе не меняют».
1974
«Случайно прочел в „Новом мире“ „Казанский университет“ Евтушенко. Какая бездарь! Оторопь берет. Мещанский авангард. В свое время Северянин был в тысячу раз талантливее. А что от него осталось? „Ананасы в шампанском“? И презрительные улыбки. Жалкий какой-то Женя. Кокетка. В квартире у него все стены завешаны скверными картинами. Буржуй. И очень хочет, чтобы его любили. И Хрущев, и Брежнев, и девушки…»
Про Евтушенко не писал только ленивый в личный дневник. В постсоветское время к дневниковым записям добавились воспоминания коллег. Интересно, какие картины он называл скверными? В музее, который сам себе создал Евгений Александрович в Переделкино, преобладает Олег Целков.
Следующий литератор, которому досталось «на орехи», — Иван Ефремов. Запись в дневнике от 7 июля 1980 года:
«Из любопытства читаю Ефремова — „Лезвие бритвы“. Боже! Неужели ему так никто и не сказал, что он графоман; неужели он так и умер в неведении относительно своей бездарности?!»
Крайне резкий выпад. Интересно, что Ивана Ефремова издают, а следовательно, читают и сегодня.
26/27 июля 1980 года
Тоскан дю Плантье рассказывал ужасные вещи об Андроне, о его путях через баб, о его клятвах в дружбе со мной (?!) для того, чтобы произвести впечатление. Он обманывал всех, говоря, что он диссидент, и показывал «запрещенный» фильм — две части из «Сибириады». Боже, что за подонок! Сейчас он в Голливуде живет с Ширли Маклейн. Хочет постановки. Но там его тоже раскусят, конечно, как и в Париже, где у него не более и не менее, а «роллс-ройс».
А ведь когда-то они были друзья-коллеги, вместе писали сценарий эпохального «Андрея Рублева». Но всё вернется через пять лет. Когда Андрон узнает о трагическом диагнозе Андрея, он передаст ему пять тысяч условных единиц.
Конечно, это не отменяет того, что Кончаловский был и остается большим хитрецом. И тем не менее — из песни слов не выкинешь.
«Сегодня прочел в итальянских газетах, что умер от инфаркта Володя Высоцкий. Наверное, не от инфаркта, а запил и рухнул, бедняга».
О том, что Высоцкий пил, знали все, кроме советского телезрителя. Но, похоже, Тарковский не догадывался о другом. Молва не доносила. Хотя в его дневниках проскальзывает информация о сыне Георгия Данелии. Он увлекался тем же. Пытались лечить.
25 марта 1981 года
Вечером был в Театре на Таганке. «Мастер и Маргарита». Ужасно. И ни одного актера.
Напомню актеров, которые играли в этом спектакле:
Маргарита — Нина Шацкая,
Воланд — Вениамин Смехов или Борис Хмельницкий.
Мастер — Дальвин Щербаков (помните дипломата-карьериста в «Доживем до понедельника»?),
Иешуа — Александр Трофимов (кардинал Ришелье в «Трех мушкетерах»),
Понтий Пилат — Виталий Шаповалов,
Азазелло — Зинаида Славина.
Наверняка обиделись бы все, хотя не все считали себя звездами.
28 июля 1983
Прочел «Избранное» Гумилева. Боже, какой бездарный и претенциозный субъект!
Неожиданное мнение, интересное. Как мы знаем, Андрей сам сын поэта. Я думал, что все боготворят Николая Гумилева. Тарковский — первый, кто так категоричен.
По поводу слова «претенциозный». Недавно выяснилось, что до своего ареста Гумилев долго провоцировал власть разными способами. Своих подруг он уверял, что настолько знаменит, что его не тронут.
6 февраля 1984
По поводу Брессона — глупый ужасно…
По поводу Робера Брессона (1901-1999). Вероятно такая оценка. Связана с тем, что Брессон разделил на Каннском кинофестивале вместе с Тарковским приз "За лучшую режиссуру". Ревность + снова не дали главный приз.
16 июня 1984
Жора Владимов подготовляет две статьи: обо мне и о «Рублеве». Против Солженицына. Вот не мог предположить, что Солженицын окажется таким неумным, злобным, завистливым и, главное, недобросовестным.
Большинство это поняли только в XXI веке. Или всё-таки не большинство. Мне в этом смысле помогла книга Владимира Бушина «Неизвестный Солженицын. Гений первого плевка».
Статьи по теме: