Является ли преступлением кража у вора? С подобной философской дилеммой пришлось столкнуться судам, в которые обратился обманутый взяткодатель. Он был уверен, что если за деньги ему не оказали обещанные «услуги», то деньги обязаны вернуть. Суды не сразу разобрались, так ли это.
Что случилось?
Мужчина, владелец сети отелей, передал 4,6 млн рублей за «решение вопросов» с проверками — по сути, это была взятка. Его уверяли, что за деньги всё урегулируют, но в итоге никаких услуг он не получил, а деньги у него присвоили.
Дальше история стала почти абсурдной: узнав, что его обманули, мужчина сам пошёл в полицию, где действия «посредника» переквалифицировали в мошенничество, и того осудили. После этого потерпевший решил пойти ещё дальше и через суд потребовал вернуть ему 4,6 млн рублей как ущерб от преступления.
Суды сначала с ним согласились, но кассация указала на ключевое: нижестоящие суды не учли противоправный умысел самого истца на дачу взятки и общий антисоциальный характер сделки. Поэтому, как указал суд, требовать взыскания ущерба от неудавшейся взятки мужчина не может, даже если его самого обманули. В итоге в возврате денег ему было отказано.
(Определение Четвертого КСОЮ по делу № 88-8633/2026)
Контакты специалистов по вопросам наследственного права, как всегда, ищите на нашем сайте nasledstvofond.ru
Литература:
1. Уголовный кодекс Российской Федерации (ст. 159, 290, 291, 291.1) — основополагающий акт, регулирующий ответственность за мошенничество и коррупционные преступления, включая дачу и получение взятки.
2. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» — разъясняет квалификацию взяток и подходы судов к подобным делам.
3. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. В. М. Лебедева — научно-практическое издание с подробным анализом составов преступлений коррупционной направленности.
4. Определение Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции по делу № 88-8633/2026 — судебный акт, в котором рассмотрен вопрос о невозможности взыскания средств, переданных в рамках заведомо противоправной сделки.