Глава 19.
В воскресенье я с Артёмом и Егором решила съездить на кладбище к деду, давно не была, надо было проведать и убраться там. Погода выдалась ясная, солнечная, но ветер был холодным, пробирал до костей. Я укутала Артёма в тёплый комбинезон, взяла сумку с тряпками, краской для оградки и цветами.
— Мы едем к дедушке, — объяснила я сыну, застёгивая его в автокресле. — Он нас не видит, но чувствует, когда мы рядом.
Артём кивнул, хотя, кажется, не до конца понимал, что это значит. Он любил слушать мои рассказы о деде, о том, как тот учил меня запускать воздушного змея, пёк самые вкусные в мире оладьи и знал тысячу забавных историй.
Егор ехал молча, изредка поглядывая на нас в зеркало заднего вида. Он не задавал лишних вопросов, просто был рядом и это давало ощущение надёжности.
Кладбище располагалось на окраине города, среди старых елей. Мы припарковались у ворот, взяли сумку с инструментами и пошли по узкой тропинке между рядами могил. Артём крепко держал меня за руку, с любопытством разглядывал памятники и венки.
— А где дедушка? — спросил он, когда мы свернули на нужную аллею.
— Вот здесь, — я указала на могилу с простым гранитным памятником. На фото дед улыбался — так, будто знал какую‑то очень хорошую шутку.
Мы начали уборку. Егор сразу взял на себя самую тяжёлую работу, подправил покосившуюся ограду, собрал опавшие листья и ветки.
Я протирала памятник влажной тряпкой, стараясь не думать о том, как сильно мне не хватает деда. Рядом Артём осторожно раскладывал цветы у подножия:
— Дедушка, это тебе. Тут красные и белые, как ты любил.
Пока я разводила краску для оградки, Егор отвёл Артёма в сторону, и они стали собирать букет из последних осенних цветов, росших у тропинки. Потом сын подбежал ко мне:
— Мам, а дедушка теперь в небе?
Я присела перед ним на корточки:
— Да, солнышко. Он больше не болеет, не устаёт, просто смотрит на нас сверху. И радуется, когда мы вспоминаем его, делаем добрые дела, смеёмся.
— Значит, если я буду хорошо себя вести, он меня увидит?
— Конечно. И ещё он очень гордится тобой — ты ведь такой умный, добрый и смелый.
Артём задумался, потом кивнул и снова убежал к Егору.
Пока мы красили ограду, я поймала себя на том, что вслух рассказываю:
— Дед всегда говорил: «Жизнь — как дорога: бывают ямы, повороты, но, если идти с теми, кому доверяешь, доберёшься куда надо».
Егор улыбнулся:
— Мудрый был человек. И, похоже, он кое‑что предвидел.
— В смысле?
— Ну… — он макнул кисть в краску, — он ведь тебя воспитал такой сильной. Ты прошла через столько испытаний, а не сломалась. И сына растишь с этим же стержнем.
Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы, но быстро сморгнула их:
— Он бы тебя одобрил. Сказал бы: «Вот это настоящий друг».
Когда всё было готово, оградка блестела свежей краской, цветы аккуратно стояли в вазе, мусор собран — мы втроём встали у могилы.
— Спасибо, дедушка, — тихо сказала я. — За всё. И за то, что послал нам Егора.
Артём положил ладонь на камень:
— Пока, дедушка. Мы ещё придём.
Егор молча положил руку мне на плечо. И в этот момент я вдруг ощутила то, о чём говорила сыну, дед действительно был рядом. Не в камне, не в ветре, а в тепле, которое появилось в груди, в ощущении, что мы не одни.
Обратная дорога казалась легче. Артём задремал на заднем сиденье, а мы с Егором тихо разговаривали о мелочах — о погоде, о планах на неделю, о том, какие книги почитать сыну перед сном. И впервые за долгое время я почувствовала, всё будет хорошо. Потому что рядом есть люди, которые помогут удержать равновесие, даже когда земля уходит из‑под ног.
Через три месяца Егор сделал мне предложение, неожиданно, но так естественно, будто это было предрешено давным‑давно.
Мы сидели на нашей любимой скамейке в парке, где уже начинали распускаться первые листья. Артём бегал неподалёку, гонял голубей и звонко смеялся. Егор долго молчал, глядя на него, а потом повернулся ко мне и сказал:
— Знаешь, я вдруг понял, я не представляю свою жизнь без вас двоих. Без твоего смеха, без Артёмкиных вопросов про всё на свете, без наших вечерних чаепитий. Я хочу, чтобы это стало навсегда. Выйдешь за меня?
Он достал небольшую коробочку, простую, без изысков, но такую трогательную. Внутри блестело тонкое серебряное кольцо с маленьким сапфиром, точно такого же цвета, как его глаза.
Я на мгновение потеряла дар речи. В голове пронеслось всё, что произошло за последние месяцы: уход Алексея, долги, отчаяние, а потом — появление Егора, его поддержка, доброта, терпение. И то, как постепенно пустота в душе начала заполняться теплом.
— Да, — прошептала я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — Да, я выйду за тебя.
Егор улыбнулся, так широко и искренне, что у меня защемило сердце. Он надел кольцо на мой палец, а потом обнял нас обоих, меня и подбежавшего Артёма.
— Теперь мы — семья, — сказал он, целуя сына в макушку. — Настоящая семья.
Артём, хоть и не до конца понимал, что происходит, радостно захлопал в ладоши:
— Ура! У меня будет папа Егор!
Мы долго сидели так втроём, просто наслаждаясь моментом. А потом пошли домой уже по‑новому, с ощущением чего‑то светлого и прочного впереди.
В день свадьбы утро выдалось солнечным и тёплым. Пока меня наряжали подруги, Артём сидел рядом и серьёзно объяснял:
— Мама, ты самая красивая. Даже красивее принцессы из мультика. А папа Егор — самый добрый. У нас будет лучший день!
И он оказался прав.
Церемония прошла в маленьком уютном зале. Артём, важный и сосредоточенный, нёс кольца и всё время шептал: «Вот, папа, держи!» Когда Егор надел мне кольцо на палец и мы обменялись клятвами, я почувствовала, как внутри разливается невероятное спокойствие, будто всё встало на свои места.
После регистрации мы отправились в парк, где катались на лодке, кормили уток, фотографировались у цветущих деревьев. А вечером устроили ужин для самых близких с шутками, воспоминаниями и танцами до упаду.
Вечером, когда Артём уже спал, мы с Егором вышли на балкон. Вдали мерцали огни города, а над головой раскинулось звёздное небо.
— Спасибо, — тихо сказала я, прижимаясь к его плечу. — За то, что ты есть. За то, что поверил в нас. За то, что сделал нас семьёй.
Егор обнял меня за плечи:
— Это ты сделала меня счастливым. И Артёма — я ведь вижу, как он на меня смотрит. Для меня нет ничего важнее этого.
Я закрыла глаза, вдыхая весенний воздух, и мысленно произнесла:
«Спасибо, дедуля, что послал мне мужа, как ты. Такого же доброго, надёжного, настоящего. Я буду беречь это счастье — обещаю».
Теперь, засыпая рядом с Егором и зная, что за стеной мирно спит Артём, я каждый вечер благодарю судьбу за этот дар. За новую семью. За шанс начать всё сначала, но уже не одной, а с теми, кто действительно любит и поддерживает.
Произведение окончено.
Благодарю Вас за лайки и комментарии.