Прочитала Гоголя «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем» (1834 г.).
Это одна из четырех повестей, входящих в сборник «Миргород». Единственная, которую, я не читала раньше. Она не потеснила любимейших «Шинель» и «Старосветских помещиков», но прочла я ее с удовольствием. Короткая по объему и богатая по наполнению - атмосфера, язык, юмор, яркие персонажи, перипетии вроде бы незамысловатого сюжета – повесть написана еще очень молодым Гоголем.
Двое друзей-соседей, почтенных землевладельцев, поссорились, как будто, на пустом месте. Слово за слово и вот бывшие друзья уже сделались врагами, затеялась судебная тяжба.
Сама ситуация, наверное, вечная…
Я тоже могу вспомнить несколько случаев, когда соседи просили или просто брали без спроса вещи, которые, как им казалось, мне не нужны. Но что могли знать они обо мне и моих вещах? Мне же не приятна была уже сама зоркость их взгляда…
А вот таких типажей, как колоритные и столь не схожие друг с другом Иван Иванович с Иваном Никифоровичем, сейчас, пожалуй, не встретить. Праздных, но преисполненных важности мелкопоместных дворян, привычно, пребывающих в той незнакомой нам стародавней скуке (без интернета и телефона, со свечами по вечерам). Сколько лет этим почтенным людям? Можно только предполагать. Если ружье покупалось двадцать лет назад - не меньше сорока, может, больше, но они явно еще не старики.
Интересно проследить, кто рассказывает нам эту поучительную историю. Сцены ссоры и посещения суда описаны в эффектных подробностях, так же и впечатляющая попытка примирения на ассамблее (приеме) у городничего. И так далее, как если бы рассказчик присутствовал везде и все видел своими глазами. Иногда мы знаем даже мысли персонажей, о чем, пожалуй, сообщает нам сам автор. Время от времени в повествование напрямую слышится голос Рудого Панька. Это официальный рассказчик, выдуманный Гоголем человек, он же, якобы, издатель «Вечеров на хуторе близ Диканьки». При этом Рудый Панек о ссоре двух друзей знает лишь с чужих слов. Такие противоречия повествования при чтении не замечаются и бессознательно принимаются как должное.
Надо полагать, словами Рудого Панька от первого лица начинается повесть.
С первых же строк сверкают, как мокрые камушки на солнце, слова, значение которых не вполне понятно (бекеша, смушки, казакин), но смутно угадывается, и оттого они кажутся такими милыми и «вкусными» (стручья, комора, огородина всякая).
Велеречивый и восторженный тон рассказчика часто не соответствует бытовому, приземленному описанию самой ситуации, и отсюда возникает комический эффект.
"Иван Иванович имеет необыкновенный дар говорить чрезвычайно приятно. Господи, как он говорит! Это ощущение можно сравнить только с тем, когда у вас ищут в голове или потихоньку проводят пальцем по вашей пятке. Слушаешь, слушаешь — и голову повесишь.
Приятно! чрезвычайно приятно! как сон после купанья".
Гоголь «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем"
И такого там много, много!
Можно открыть наугад и… вот пожалуйста, например, перед нами огромная лужа на площади города, прямо перед зданием поветового суда. Прекрасная лужа! Рассказчик дивится ее красоте и видом, а также упоминает, что городничий (официальное лицо, от которого зависит облик города) почтительно называет это водное пространство озером.
Мне показалось интересным развитие и разрастание конфликта. Любопытно, что в повести приводятся дословно судебные прошения бывших друзей, что в каждом из них очень правдоподобно подсвечиваются, искажаются или упускаются некоторые факты. Можно было бы сказать: с целью выгодно изложить свою позицию, но ведь у каждого своя правда и своя обида!
Тем не менее, вся история могла бы остаться просто занятной, нелепой, поучительной и, конечно, замечательно весело и вкусно изложенной, если бы не последние абзацы, эпилог.
Отчего-то концовка напомнила мне «Старосветских помещиков» - повесть, которая была написана позже (хотя в сборнике она стоит на первом месте). Там тоже есть рассказчик, гость, который вспоминает двух гостеприимных старичков, смотрит из настоящего в прошедшее.
Внешний взгляд рассказчика, встречающего постаревших Ивана Ивановича и Ивана Никифоровича спустя много лет придает изложению какое-то новое измерение. В «Старосветских помещиках» это еще более развито. Возникает и грусть воспоминания о былом, и мысли о бренности жизни. Мелочность изначального повода, контрастирует с силой страсти или инерции к продолжению вражды, захватившей героев повести. Внедряется фактор времени (который всегда успешно использует бюрократия), делающий победу грустной и ничтожной, а героев как бы вросшими в тяжбу, фатально увязшими в ней.
Мне даже подумалось о связи ружья и шинели из одноименной повести. Два неодушевленных предмета, сыгравшие роковую роль в судьбе персонажей. Здесь, конечно, ружье предмет еще вполне бытовой, без признаков инфернальности. Но от ружья до шинели не такое большое расстояние. Особенно, если вдуматься в ситуацию встречи с ним, зная все ее последствия.
После чтения, хотелось бы, конечно, пожелать всем и себе в том числе, жизненной мудрости не попадать в такие истории. Не смотреть за чужие заборы, не думать, что знаем, как другим людям распоряжаться своими вещами. Следить за языком, не переходить на личности и оскорбления. Обращать внимание, и не допускать, чтобы третьи лица вольно или невольно втягивались и раздували конфликт. Ну и самим не втягиваться.
И, конечно, ценить дружбу и настоящих друзей!
Отзыв написан для марафона чтения "Новый марафон: читаем Гоголя и Гумилёва"на канале БиблиоЮлия https://dzen.ru/a/aaqtDD1hrl8eKYzX