Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Мышканутый в Нижнем

«Христос в темнице» и арзамасские херувимы: что смотреть на новой выставке в Манеже

Я пришёл в Манеж Нижегородского кремля. Снаружи — весна, суета, туристы с селфи-палками. Внутри — тишина. И семьдесят святых образов, выполненных из дерева, смотрят на меня. Выставка называется «Собор Святых. Три века деревянной храмовой скульптуры Нижегородского края». Звучит монументально. Почти пугающе. Но на деле оказалось иначе. Я не искусствовед. Я просто городской хулиган. И я пошёл смотреть. Но не чтобы разбираться в стилях и школах, а чтобы понять: почему эти резные фигуры — не иконы, не статуи, а что-то третье — так цепляют. Впервые в одном месте собрали деревянную храмовую скульптуру из Нижегородского Поволжья. XVII — начало XX века. Семьдесят с лишним предметов. Откуда привезли? Из музея-заповедника, художественного музея, епархии, а ещё из Арзамаса, Балахны, Ветлуги, Городца. Сорок семь скульптур специально отреставрировали в центре Грабаря. Это серьёзная работа. Некоторые экспонаты — впервые покинули свои храмы. Долгое время деревянная храмовая скульптура в православных х
Оглавление

Я пришёл в Манеж Нижегородского кремля. Снаружи — весна, суета, туристы с селфи-палками. Внутри — тишина. И семьдесят святых образов, выполненных из дерева, смотрят на меня.

Выставка называется «Собор Святых. Три века деревянной храмовой скульптуры Нижегородского края». Звучит монументально. Почти пугающе. Но на деле оказалось иначе.

Скульптура "Погребение Иисуса Христа"
Скульптура "Погребение Иисуса Христа"

Я не искусствовед. Я просто городской хулиган. И я пошёл смотреть. Но не чтобы разбираться в стилях и школах, а чтобы понять: почему эти резные фигуры — не иконы, не статуи, а что-то третье — так цепляют.

Что это за выставка?

Впервые в одном месте собрали деревянную храмовую скульптуру из Нижегородского Поволжья. XVII — начало XX века. Семьдесят с лишним предметов. Откуда привезли? Из музея-заповедника, художественного музея, епархии, а ещё из Арзамаса, Балахны, Ветлуги, Городца.

Сорок семь скульптур специально отреставрировали в центре Грабаря. Это серьёзная работа. Некоторые экспонаты — впервые покинули свои храмы.

Долгое время деревянная храмовая скульптура в православных храмах считалась… чужой. Подражание католикам. Вроде как не наше, не каноничное. А сегодня специалисты говорят:

нет, это самобытное направление.

Народное мастерство плюс глубокая вера. Православное барокко. Своё, родное.

Что я увидел?

Николай Можайский — самый древний

Самый ранний экспонат — скульптура Николая Можайского. XVII век. Ей почти 400 лет. Она стояла в маленьком храме. Её реставрировали. И теперь она здесь.

Я смотрел на неё и думал:

сколько людей за эти четыре века прошли мимо? Просили о чём-то. Благодарили. А она просто стояла. С уставшим, но спокойным лицом.
Ветхзаветный первосвященник и Николай Можайский
Ветхзаветный первосвященник и Николай Можайский

Не знаю, как объяснить, но в ней нет музейной холодности. Она живая. Как будто её только что доставили из церкви, а не из запасников.

«Христос в темнице» — самый пронзительный

На выставке есть несколько скульптур «Христос в темнице» (или «Спас полуночный»). Это Христос перед казнью. Один, в темнице, с терновым венцом. Без пафоса. Без золота.

Христос в темнице
Христос в темнице

Я стоял перед одним из таких образов и поймал себя на мысли: обычно мы привыкли к иконам, где Христос — царь, судья, вседержитель. А здесь он — просто человек. Уставший. Одинокий. И это почему-то сильнее любых золотых нимбов.

Народные резчики, которые это делали, не учились в академиях. Они вырезали так, как чувствовали. И чувствовали они, кажется, боль.

Распятие из Лысковского округа

Особенно выделяется монументальное распятие середины XVIII века. Его привезли из сельского храма. Лаконичный колорит. Минимум деталей. Но эмоционально — очень сильно.

Я не искусствовед, но я поверил. Не в реставрацию, а в автора, который когда-то, триста лет назад, вырезал эту фигуру. И старался, чтобы было не просто «по канону», а чтобы люди смотрели и чувствовали.

Распятие с предстоящими
Распятие с предстоящими

Арзамасские херувимы и ангелы

Отдельно стоят фрагменты иконостасов из Алексеевского женского монастыря в Арзамасе. Херувимы, ангелы, апостолы. Их, говорят, делали приглашённые столичные мастера. Уровень очень высокий.

Но я смотрел и думал:

московские ли, местные ли — какая разница? Главное, что эти резные лики смотрят на тебя и не отпускают. У одного ангела лёгкая улыбка. У другого — скорбь. У третьего — удивление. Как будто они тоже впервые на выставке и не понимают, куда попали.

Тайная вечеря
Тайная вечеря

Что ещё важно (и интересно)?

Помимо самих скульптур, на выставке есть раздел «Кабинет реставратора». Там показывают интервью со специалистами центра Грабаря. Они рассказывают, как восстанавливали эти предметы. Честно, это не менее увлекательно, чем сами скульптуры. Здесь ты начинаешь понимать: деревянный памятник — это не просто «старая фигурка». Это сложнейший организм. Краска, дерево, время, влажность, жучки… И всё это надо сохранить.

-6

Вместо послесловия

Я вышел с чувством, что я стал чуть ближе к чему-то настоящему. Не к «реставрированному экспонату», а к живой вере. К людям, которые вырезали эти образы. К тем, кто их сохранил.

Если вы в Нижнем — зайдите. Не надо быть верующим. Надо быть готовым смотреть и молчать. Эти резные святые говорят громче любых экскурсий.

Выставка работает до 27 сентября.

Вход — по отдельному билету или по билету на летний музейный маршрут по Кремлю.

-7

Полезные советы для первого посещения Нижнего собираю для Вас здесь

Что посмотреть в Нижнем, рассказываю здесь

Если Вам понравился материал, подпишитесь на мой канал и не забудьте поставить лайк.