В последние дни в соцсетях разлетелось видео, от которого становится не по себе. Филипп Васильев, 47-летний сын народной артистки Татьяны Васильевой, решил «оригинально» поздравить маму.
Он вручил ей фото УЗИ — ещё один внук уже в пути. Это будет шестой ребёнок для Филиппа и восьмой внук для 79-летней актрисы. И кажется, ответ на вопрос «кто будет содержать всю эту ораву» подсказала реакция бабушки.
Пока одни умиляются плодовитости семейства, другие задаются неудобными вопросами. Почему взрослый мужчина в 47 лет сидит на шее у матери? До какого возраста дети имеют право на родительскую помощь? И где та грань, за которой материнская любовь превращается в эксплуатацию?
Давайте разберёмся в этой истории о границах семейной взаимопомощи.
Реакция бабушки: шок вместо радости
Татьяна Васильева достаёт из подарочного пакета рамку с фото УЗИ. И вот оно — лицо человека, который осознал масштаб катастрофы. «Опять?! Да вы врёте! С ума сошли!» — кричит народная артистка. Это не радостное изумление бабушки из рекламы, это крик души женщины, понимающей: заслуженный отдых откладывается. Снова.
В её голосе звенит отчаяние. Она видит будущее: новые контракты, гастроли по городам, бесконечные съёмки. Потому что содержать восьмого внука придётся именно ей. А Филипп снимает мамину реакцию на камеру и выкладывает в соцсети. Он считает это милым семейным видео.
В комментариях зрители не сдерживаются. «Какая же дура эта Васильева! Сама всё позволила», — пишут одни. «Пора послать их всех и вздохнуть полной грудью!» — советуют другие.
Филипп Васильев: артист без таланта, отец на полставки
Филипп Васильев — артист скромных дарований. Из театра его, как шепчут кулуары, давно попросили за ненадобностью. Талантами природа его обделила, решив отдохнуть на наследнике великой фамилии. Зато демографическими способностями одарила с избытком.
У него уже пятеро детей от разных браков. Сейчас он транслирует абсолютное счастье со второй супругой Марией. Пара гордо именует себя «блогерами» — современное убежище для тех, кто не нашёлся в настоящей профессии. Весь их контент — это бесконечная демонстрация жизни в красивых декорациях, щедро оплаченных ресурсами знаменитой матери.
Филипп живёт в удовольствие, Мария пополняет семейство, а Татьяна Григорьевна пашет за троих. Идеальная схема потребления. Пока сын упражняется в отцовстве, мать тащит состав из нянь, репетиторов и коммунальных счетов.
Бабушка-банкомат: квартиры внукам и гастроли в 80 лет
Татьяне Васильевой скоро 80 лет. В этом возрасте люди выбирают сорт чая для вечернего чаепития. Но не она. Она выбирает график гастролей по сибирским городам, потому что является единственным работающим механизмом в этой ненасытной компании.
Говорят, актриса скупает жильё внукам, обеспечивая им старт, который сам отец дать не способен. По неофициальным данным, речь идёт о квартирах в Москве общей стоимостью несколько десятков миллионов рублей. Взрослый 47-летний мужчина и его предприимчивая супруга превратили жизнь народной артистки в бесконечный производственный марафон.
«Сколько ещё она должна трудиться на износ, чтобы удовлетворять растущие аппетиты этой оравы?» — возмущаются знакомые семьи. Мера сыновней признательности в данном случае, похоже, измеряется исключительно количеством обязательств, которые должна взять на себя мать. Это не трепетная забота о продолжении рода — это чистой воды эгоизм по отношению к женщине, чьи силы далеко не безграничны.
Между тем, сестра Филиппа Лиза Мартиросян давно дистанцировалась от этого балагана. Она, в отличие от брата, сохранила трезвый взгляд на вещи.
Корни проблемы: как Васильева сама воспитала инфантила
Интересная деталь: в своё время отчим Филиппа Евгений Мартиросян пытался воспитать из пасынка мужчину. Но Татьяна Васильева не позволила. Она развелась с Мартиросяном, заявив, что ей нужен сын, а не солдафон.
Актриса сама рассказывала в интервью: она даже мусор не позволяла сыну выносить. Всё делала за него сама. «Мне хотелось оградить его от тягот жизни», — объясняла она свою позицию. Вот теперь и расплачивается за такую «заботу». Филипп вырос инфантильным, не приспособленным к ответственности мужчиной, который до седых волос остаётся подопечным.
«Васильева — прекрасная актриса, но какая дура в жизни, — пишут в соцсетях. — Своими заботами она загнала себя и испортила детей, особенно этого сына-бездельника».
Даже родной отец Филиппа, режиссёр Анатолий Васильев, принял жёсткое решение — прекратил общение с сыном. Видимо, он предвидел, что поток запросов не иссякнет.
Что будет дальше: тревожные перспективы
Татьяна Васильева боится заглянуть в будущее. Что произойдёт, когда сцена станет недосягаемой? Кто возьмёт на себя содержание детского сада? Филипп, чей единственный навык — улыбаться в камеру? Сомнительно.
Он не приучен к ответственности, он приучен к дотациям. Если бы Филипп хоть раз столкнулся с реальной необходимостью заработать на содержание шестерых детей самостоятельно, его биологический пыл наверняка поутих бы. Но ему слишком комфортно в статусе вечного ребёнка и многодетного папы за чужой счёт. Зачем работать, когда есть мама-бренд, способная монетизировать своё имя до последнего вздоха?
А впереди неизбежный финал: конфликты родственников за наследство, созданное тяжелейшим трудом. Филипп готовит эту почву, не понимая, что рубит сук, на котором сидит его семья.
Где грань между любовью и эксплуатацией?
Реакция Васильевой на фото УЗИ — это не просто шок. Это тихий крик о помощи, надежда на передышку, которую ей снова не дали. Но Филипп глух к страданиям матери. Он продолжает смеяться, тиражируя беспомощность матери ради просмотров.
Это символ целого социального типажа: мужчин, которые до седых волос остаются подопечными, считая это законным правом. Это высшая степень потребительского отношения к самому близкому человеку.
Пока понятно одно: Татьяна Васильева загнала себя в ловушку собственной материнской любви. Она заперта в планах сына, который расширяет границы семьи, не заботясь о том, хватит ли у «спонсора» здоровья.
А как вы считаете, дорогие читатели: где проходит грань между семейной взаимовыручкой и эксплуатацией родительского терпения?
Права ли Васильева, продолжая содержать взрослого сына с оравой детей, или пора «сменить замки» и наконец вздохнуть полной грудью?