- Нет, ну ты видел, студент? Собака совсем страх потеряла… И куда только администрация города смотрит? - возмущался Буров. - Давно пора всех бешеных животных переловить и изолировать от человеческого общества.
- Может, после обеда этот колодец осмотрим? – спросил Васильев, с опаской посмотрев на собаку. – Может, она уйдет к тому времени? Зачем рисковать?
- Что, испугался? – громко засмеялся Буров. – И зачем ты вообще такой пугливый на такую работу устроился? Ладно, не боись – сейчас всё решим. Не будем мы из-за какой-то собаки планы свои менять.
Потом он быстро перевел взгляд на собаку.
- А с тобой, раз ты по-хорошему не понимаешь, я теперь буду разговаривать по-другому. Ишь какая! Лает она на нас.
Буров осмотрелся по сторонам и, заметив палку в нескольких метрах от себя, уверенным шагом направился за ней.
*****
- Так, сегодня у нас плановая проверка коммуникаций в канализационных колодцах, - с важным видом рассказывал бригадир своим подчиненным. – Алтухов и Морозов, вам нужно будет проверить колодцы на улице Интернациональной и Солнечной, а Костя Буров и Петя Васильев отправятся на проспект Победы. И смотрите мне: чтобы до вечера чтобы управились, вам понятно?
- Понятно, - дружно ответили мужчины. Правда, по их лицам было видно, что работа эта им не по душе.
Одно дело – траншеи копать и водопровод ремонтировать, и совсем другое – лазить по канализациям.
- И это, обязательно возьмите с собой страховочные веревки и пояса. А то я вас знаю! – пригрозил пальцем бригадир.
Буров хмыкнул. Он никогда не пользовался всеми этими страховочными веревками и поясами, потому как был уверен, что настоящему мужику они не нужны.
Женщинам там или подросткам – да. А мужик - он без всего этого способен выполнить любую работу.
- Пойдем, студент! – сказал Буров и, усмехаясь, посмотрел на Васильева. – Не будем время зря терять.
Петя Васильев посмотрел на своего старшего товарища и послушно пошел следом за Буровым.
Буров этот ему, конечно, не очень нравился. Сложный мужик. И безответственный.
Сколько он с ним работает – уже почти два месяца – он постоянно нарушает правила техники безопасности. Говорит, что… настоящий мужик ничего не должен бояться.
Нет, оно-то может и правильно, но Васильков, который только недавно окончил училище, считал, что меры предосторожности никогда не помешают. Как говорится: «Береженого Бог бережет».
Вот и сейчас, они отправились проверять коммуникации в канализационных колодцах, не взяв с собой ни страховки, ни газоанализатора.
- Ну сам подумай, студент, - широко улыбался Буров, закуривая сигарету. – К чему нам лишние тяжести таскать? А что касается газоанализатора, то он все равно брешет. Да и все колодцы на проспекте Победы, насколько мне известно, сейчас полуоткрытые. Вентилируются, стало быть. Так что всё нормально будет, не дрейфь! Настоящий мужик не должен себе голову такой ерундой забивать.
- А что, по-вашему, должен делать настоящий мужик?
- Работу свою выполнять быстро и слаженно. И ничего не бояться. В общем, я с тобой потом поговорю еще на эту тему. А сейчас еще несколько колодцев проверим, и пойдем на обед. А то я с утра не успел позавтракать, и теперь желудок возмущается, - хохотнул Буров.
- Вам жена завтраки не готовит?
- Да нет у меня никакой жены. Два раза женился, и оба раза неудачно. Ну его, этих баб – только одни расстройства от них.
Когда Буров с Васильевым уже почти подошли к очередному колодцу, то обнаружили там черную лохматую собаку. По ней сразу было видно, что уличная.
Вот только что она здесь делает, рядом с канализационным колодцем, непонятно. Ничего съестного рядом с ним она точно не найдет. И зачем тогда стоять, спрашивается?
- Гав-гав-гав! – на всю улицу залаяла собака, когда сотрудники ЖЭКа в перепачканной робе подошли ближе.
- Эй, ты чего это разлаялась тут?! – замахнулся на собаку Буров. – Совсем страх потеряла?
Поняв, что взмах рукой не произвел на собаку никакого впечатления и она ни на шаг не сдвинулась со своего места, он несколько раз с силой топнул ногой.
А поскольку Буров был здоровым мужиком, то Петька Васильев мог поклясться, что в тот момент у него асфальт задрожал под ногами.
Но собака, как стояла на одном месте, перекрывая собой доступ к колодцу, так и продолжала стоять дальше.
И периодически, дабы подтвердить серьезность своих намерений, она громко лаяла на людей.
- Нет, ну ты видел, студент? Собака эта совсем страх потеряла… И куда только администрация города смотрит? - возмущался Буров. - Давно пора всех бешеных животных переловить и изолировать от человеческого общества.
- Может, после обеда этот колодец осмотрим? – спросил Васильев, с опаской посмотрев на собаку. – Может, она уйдет к тому времени? Зачем рисковать?
- Что, испугался? – громко засмеялся Буров. – И зачем ты вообще такой пугливый на такую работу устроился? Шел бы себе в менеджеры или сисадмины, сидел бы в четырех стенах за компьютером, в игры бы играл. Ладно, не боись – сейчас всё решим. Не будем мы из-за какой-то собаки планы свои менять.
Потом он быстро перевел взгляд на собаку.
- А с тобой, раз ты по-хорошему не понимаешь, я теперь буду разговаривать по-другому. Ишь какая! Лает она на нас.
Буров осмотрелся по сторонам и, заметив палку в нескольких метрах от себя, уверенным шагом направился за ней.
А уже буквально через минуту, широко размахивая своей импровизированной «булавой» Бурову удалось-таки отогнать собаку от канализационного колодца. Правда, далеко она не убежала.
Собака остановилась рядом с деревом в десяти метрах и стала наблюдать за тем, что будет дальше.
- Учись, студент! – усмехнулся Буров. – Вот так надо поступать с теми, кто человеческого языка не понимает. – А теперь… давай, полезай внутрь. Надо же когда-то тебе мужиком становиться.
Предыдущие несколько колодцев Буров осматривал сам, объясняя новенькому, что и как надо делать.
А теперь вот решил проверить, так сказать, на практике, как студент усвоил его уроки.
- Глубоко… - еле слышно прошептал Васильев, подойдя к краю колодца и заглянув внутрь. – Метров десять, наверное…
- Так и есть, десять метров, - кивнул Буров, доставая из кармана смятую пачку сигарет. – Ах, ты ж! Закончили… В общем, так, студент! Ты давай лезь пока потихоньку. А я пока сбегаю в магазин за сигаретами. Пока спустишься, я к тому времени уже вернусь. Только ты это… ты за лестницу крепче держись, хорошо? А то не хватало мне только несчастных случаев. Понял меня, Васильев?
- Понял, понял… - вздохнул Петя.
И полез внутрь колодца. А Буров, похлопав его по плечу, побежал в магазин за сигаретами.
Васильев осторожно спустился по крутой металлической лестнице вниз, осветил фонариком темное пространство вокруг себя, поморщился от неприятного запаха, и вдруг... почувствовал головокружение и тошноту.
Противную такую тошноту. Да и сам запах был такой резкий, что Петя даже покачнулся и чуть не упал.
«Это же газ! - промелькнула мысль в его голове. – А Константин Иванович говорил, что колодцы вентилируются».
Петя бросился к лестнице, собираясь как можно скорее покинуть это место, но он успел подняться только на две ступеньки, а потом его тело стало как будто ватным.
Ноги совсем не слушались, руки тоже. Голова еще кружилась так, будто его в центрифугу поместили.
- Константин Иванович! – что было сил, закричал Петя. – Константин Иванович, помогите!
А потом Петя упал на спину. Сознание он еще не потерял, но был на грани. Наверное, поэтому и услышал, как над его головой кто-то яростно залаял.
Да, это была та самая собака, которую Буров прогнал прочь. Только теперь она лаяла не на людей, а внутрь колодца.
Константин Иванович уже собрался переходить дорогу, через пять секунд как раз должен был загореться зеленый свет на светофоре, и вдруг он услышал лай за своей спиной.
Повернувшись, Буров громко выругался.
- Да чтоб тебя! Опять ты к этому колодцу подошла. Медом тебе там, что ли, намазано?
Люди, которые стояли рядом с Буровым, удивленно переглядывались. А сам Буров, не обращая на них никакого внимания, махнул рукой, и когда загорелся зеленый, он побежал не на противоположную сторону улицы – в магазин за сигаретами, а в сторону колодца, внутри которого находился его молодой напарник.
И рядом с которым стояла собака.
«Может, Петька вылезти хочет, а она ему не дает» - думал на ходу Буров, сжимая свои огромные кулаки.
- А ну пошла вон отсюда! – зарычал Буров, когда подошел к канализационному колодцу. – Пошла, я сказал!
Собака отбежала на пару метров, а Константин Иванович заглянул внутрь и очень удивился, когда не увидел на лестнице своего напарника. Зато он увидел свет фонарика на дне колодца. И свет этот не метался в разные стороны, как обычно бывает, когда держишь в руке фонарик, а лишь светил в одну точку.
- Эй, студент! Ты живой там? – крикнул Буров. – Чего молчишь? У тебя всё в порядке?
- Константин Ив… Констант… Тут газ, - из последних сил крикнул Петька. – У меня голова кружи…
А потом наступила тишина. Зловещая тишина, от которой у Буров по спине пробежал неприятный холодок.
- Твою ж… Петька! Петька, ты меня слышишь? До лестницы можешь дотянуться. Ты не дыши только часто, слышишь? Рукой прикрой рот. Петька, отзовись!
Но Петька больше не отзывался.
И фонарик по-прежнему светил в одну точку. Буров понял, что ситуация очень серьезная.
И, наверное, впервые в жизни пожалел, что сейчас у него не было с собой страховочных веревок и пояса. Он бы тогда Петьку мигом вытащил наружу. А что сейчас делать – непонятно.
Спускаться в колодец было опасно. Они там вдвоем тогда будут лежать до посинения.
И ждать помощи у него тоже не было времени. Действовать нужно было «здесь и сейчас».
- Эх, чтоб тебя! – снова выругался Буров, и на несколько секунд задержался взглядом на собаке, которая всё это время была рядом и не сводила с него глаз.
«Она ведь просто хотела предупредить нас, чтобы мы не лезли в этот колодец, - запоздало подумал Константин Иванович. – А я её палкой…»
- Петька, держись! Я иду к тебе! – крикнул Буров.
Затем он быстро снял с себя рабочую куртку. А следом за ней – и футболку, которая пахла потом.
Обмотав футболкой лицо, чтобы была хоть какая-то защита от газа, Буров полез в колодец.
Он не был уверен, что всё получится, потому что если Петька без сознания, то не так просто будет поднять его по лестнице.
Да и лестница эта ржавая может не выдержать. Но просто сидеть сложа руки Буров не мог.
Он сам виноват в том, что случилось. Значит, теперь ему и разгребать всё это.
«Главное, чтобы не было поздно…» - подумал Буров, ухватившись руками за старую металлическую лестницу.
Казалось - прошла целая вечность. На самом деле не больше двух-трех минут. Константин Иванович стремительно и легко спустился по лестнице на дно колодца, затем ринулся к Петьке на свет его фонарика. Даже не пытаясь привести его в чувство, Буров схватил его за руки и потащил к лестнице.
И только там он несколько раз с силой встряхнул студента, но тот так и не открыл глаза.
А у самого Бурова в тот момент уже сильно кружилась голова. Он чувствовал, что еще немного и…
«Нет, даже не думай об этом! - дал себе установку Буров. – Сначала вытащи отсюда этого парня, а потом…»
Петька не был тяжелым – он был щупленький и худосочный. Но подниматься с ним вдвоем по лестнице всё равно было неудобно. Очень-очень неудобно. Но выхода другого не было.
Константин Иванович что есть силы подтянул Петьку на лестницу, закинул его себе через плечо, и стал подниматься.
- Давай, давай! Ну цепляйся же руками, студент! Ну цепляйся, цепляйся, - то ли говорил, то ли думал про себя, как молитву, Буров.
Петька по-прежнему был без сознания, а Константин Иванович никак не мог его вытолкнуть из колодца. Рук не хватало.
Одной рукой Буров придерживал Петьку, чтобы тот не упал, а второй – держался за лестницу, чтобы не упасть самому.
Он подталкивал напарника плечом, но ничего не получалось. А сил с каждой секундой становилось всё меньше.
И вдруг…
…Буров услышал знакомый лай сверху. Он поднял голову и увидел ту самую черную собаку.
Она схватила зубами Петьку за рабочую куртку и потащила на себя, а Буров стал его подталкивать снизу.
- Давай, давай… - сквозь зубы рычал он. И, наконец, Петька оказался на асфальте. Собака его вытащила.
Еще и оттащила почти на метр от открытого люка. «Ну, слава Богу!» - подумал Буров и в тот же почувствовал, как теряет сознание.
Он, конечно, успел ухватиться рукой за край колодца, но сил не хватало, чтобы подтянуться и вылезти.
И тогда…
…тогда на помощь ему снова пришла собака. Она бесстрашно подошла к краю люка, наклонила голову и гавкнула несколько раз.
На удивление Буров, несмотря на свое состояние, с первого раза понял, что она хочет ему сказать.
Правда, он усомнился в том, что из этого что-то получится. Но попробовать надо.
Константин Иванович, сделав титаническое усилие, обхватил рукой шею собаки и попробовал подтянуться.
Собака при этом не только не упала под тяжестью его немаленького веса, но ещё и стала осторожно пятиться назад.
И с каждым её шагом Константин Иванович все больше и больше вылезал из колодца.
Наконец, он выбрался. отполз от колодца подальше, перевернулся на спину и посмотрел на небо.
Синее безоблачное небо было над его головой. И солнце радостно улыбалось ему.
«Живой…» - подумал Буров. А потом вспомнил про Петьку и, встав на четвереньки, пополз к нему.
Петька дышал. И даже глаза приоткрыл. Правда, сознание у него было помутнено. Не удивительно.
- Всё хорошо будет, студент, - улыбнулся Буров. – Сейчас я Скорую вызову. Всё будет хорошо.
*****
Через несколько дней Буров и Васильева выписали из больницы. Бурову начальник влепил строгий выговор и лишил ежеквартальной премии – за то, что тот пренебрег правилами техники безопасности.
А Васильева временно перевели на легкий труд, чтобы парень не перетруждался.
Еще раз извинившись перед Петькой, который, к слову не держал зла на своего напарника – ведь, как бы там ни было, но он его спас, а потом направился к тому самому колодцу.
Зачем? Ну так понятное дело, зачем. Он хотел пожать лапу тому, без кого у него ничего бы не получилось.
Когда он пришел на место, то собаки возле колодца не обнаружил. Да и сам колодец был закрыт.
А вокруг него установлены металлические треноги на натянута сигнальная лента.
Осмотревшись по сторонам и не заметив собаки, Константин Иванович тяжело вздохнул. А потом…
- Гав-гав! – услышал он за своей спиной.
Резко обернувшись, Буров увидел её. Свою спасительницу. Такую же черную и лохматую, как и в тот злополучный день.
- Привет! – радостно улыбнулся он, присаживаясь на корточки. Собака легла на асфальт, и завиляла хвостом.
– Вот, пришел сказать тебе спасибо. И попросить прощения за то, что палкой на тебя тогда… Ты прости меня. Ты же предупредить нас хотела, а я подумал, что от нечего делать лаяла. Спасибо!
Собака уткнулась своим черным носом в ладонь Бурова, давая понять, что она на него не в обиде.
А потом они вместе пошли домой.
К Константину Ивановичу домой. Он ей жизнью обязан, и теперь всегда будет рядом с ней.
Что касается работы, то после того случая Буров больше не пренебрегает правилами техники безопасности.
Теперь он лично проверяет (причем несколько раз), взял ли он с собой всё, что нужно для безопасной работы.
Страховочные веревки, пояс, средства индивидуальной защиты, газоанализатор – всё это он теперь тащит сам.
А Петька Васильев по-прежнему работает с ним в паре и... учится быть настоящим мужиком.
Вот только теперь он точно знает, что настоящий мужик – это не тот, кто плюет на ТБ с высокой колокольни, а тот, кто готов пожертвовать жизнью, чтобы спасти своего товарища, попавшего в беду. И тот, кто способен признавать свои ошибки.