Глава 24
- Я хочу съездить домой, - сказала Патрина однажды, когда они укладывались спать. Она несколько дней уже не находила себе места от какого-то беспричинного беспокойства. Хоть она и обижалась на родителей, но все равно соскучилась.
А они тоже! Как отдали ее сюда, так и носа не кажут! Она нахмурилась. Как будто избавились. Она понимала, что поступила плохо, но что же теперь? Разорвать все связи? Она и так сделала, как они хотели. Через себя переступила! Натан этот еще. Все время рядом. Внимательный, ласковый, лезет к ней все время, старается угодить…Только ей было это не нужно! Ей вообще на него все равно, не сумел он тронуть ее сердце!
Жар после ночи, проведенной с Вадимом, прошел, осталась только щемящая тоска. Хоть бы увидеть его еще раз… Не было дня, чтобы она не думала о нем. Он ее не искал, но, наверное, это было и к лучшему. Такая ее судьба. А если бы даже нашел, то что бы он мог сделать? Раз сама она ничего не смогла даже…Съездить бы в город, к нему. Но Патрина вспомнила недобрый взгляд черных глаз брата и помотала головой. Нет, об этом даже думать страшно – Сандро ей сразу шею свернет! А уж об отце и речи нет! Придется смириться, хочешь - не хочешь. Ну и пусть. Но зато она была счастлива с ним хотя бы ту самую их последнюю ночь!
Ей хотелось увидеться с матерью еще и потому, что Патрина не понимала, что с ней творится. То смех какой-то вырывается из нее, то может заплакать в одночасье. То тоска навалится такая, что хоть вой. От еды воротит. Сначала думала от огорчения, но потом через месяц поняла, что ее «нечистые» дни не пришли вовремя, чего раньше никогда не бывало. Она не маленькая, конечно, догадывалась, что это может быть. Догадывалась, но так не хотела в это верить! Крушение всех ее планов! Что ее ждет? Жизнь с нелюбимым мужем и куча ребятишек? А она совсем другого хотела!
Надо срочно съездить к матери посоветоваться! Может, позабылось уже, и они помирятся? И с Луизой, и подружками хоть увидеться, поболтать, обновками похвалиться. А то она сидит все одна, как сыч, в этом большом пустом доме.
-Хорошо, давай съездим, - согласился Натан, - только в выходные. Мы с Николаем…
Патрина слушала его вполуха. Ее накрывал страх. А что если она и правда беременна? Все в ее воспоминаниях еще было свежо! Как родились два ее младших брата, и как она постоянно была с ними, как помогала матери. Этот бесконечный плач, грязные пеленки…Ей не хотелось всего этого!
Натан погасил лампу и уснул, а Патрина все ворочалась. А может, если это будет ее, свой ребенок, может как-то по - другому все пойдет? И она полюбит его? Ее грызло то, что это ребенок Натана, все у нее этому противилось внутри. Господи, с тоской подумала она, хоть бы это было неправдой, или как-то рассосалось. Она бы вздохнула с облегчением!
Тамаре она пока ничего не сказала, постеснялась. Егжовы относились к ней хорошо, хотя Тамара иногда как - то пристально и необычно на нее смотрела, как будто что-то знала…
***
Капитановна тоже места себе не находила. Все из рук у нее валилось, то разбила чашку, то пролила воду в доме, когда ведро тащила. Руки были уже не те, но Капитановна старалась помочь, не быть родным обузой, хотя Люба была против. Руки-крюки уже, никакой пользы! Пусть сидит себе, а она, Люба сама справится! Ей было проще самой сделать, чем переделывать за старухой. Мальчишки подросли, уже не нуждались в ней так сильно. Люба уверенной рукой вела дом сама.
-Что вы, мама, какая беспокойная, - уже прикрикнула на нее Люба, - я сама управлюсь! Ну вот зачем вы это ведро тащите?
Капитановна огорченно села на лавку, шепча что-то под нос.
-Не под силу уже вам, - все укоряла ее Люба, притирая пол, - не надо…
- Сердце не на месте, - глухо сказала Капитановна, - вот и мечусь. Что-то не то, за Патрину почему-то все думы мои.
Дома стояла тишина. Капитановна прошаркала в спальню и взяла карты. Люба села к столу, по привычке смахнув с него крошки. Мальчишки ушли на улицу, Сандро с Владей подрядились чинить крышу у соседей на Вольской улице, и все дни пропадали там. Тишина. Без Патрины было непривычно. Все время ее смех звучал тут, царила какая-то девчоночья суета…Отдали. А теперь что, одно мужичье в доме и бабка – вся компания. И бабка, что ребенок!
Поздняя осенняя муха, жужжа, летала по комнате. Люба с досадой прихлопнула ее полотенцем. Снова стало тихо.
-Что же вы? Как отдали – даже не съездите, не проведаете! - с укором сказала Капитановна, раскладывая, - родители тоже! Мне не под силу, я уже пешком дошла! А она там переживает, мается чего-то.
Любе стало горько. А ведь Капитановна права. Но когда ей ездить? Дома туча разных дел, мужики на работе. Овцы, куры, стирка, готовка, по субботам в город…Огород хоть кончился, ну его к лешему! Беспокоилась Люба о дочери. Это как вольную птицу в клетку закрыть. Кабы чего не выкинула, крылья не обломала…
-Мне кажется, Люба, понесла она, - со значением сказала Капитановна, взяв карту и показывая Любе.
-Ну она теперь мужняя жена, - вздохнула Люба, вставая, - дело обычное. И хорошо. А то, вон, у Михаевых сноха никак не может забеременеть.
- Ох…Что-то пойдет не так, - шепнула Капитановна, - карты не обманывают. Тревога какая-то, что-то нехорошо будет.
-Ну ладно вам, мама, - сказала Люба с раздражением. Любит старуха «покаркать». Этого она и боялась!
- Ну что может быть? Отдали мы ее, все там нормально, - продолжала Люба, - ну родит, делов-то.
Внезапно ее пронзила страшная догадка. Она в сердцах отбросила полотенце, затем снова присела к свекрови:
-Или в родах чего будет? – забеспокоилась она.
Капитановна покачала головой. А Люба про себя проклинала этот дар свекрови – видеть. Лучше уж вообще ничего не знать! И вот, каркнула и молчит, думай что хочешь! От нее не добьешься, что именно будет плохо.
Она почему-то вдруг подумала про этого русского парня. Капитановна спросила тогда, кто это к ним приходил. Люба сказать не посмела, хотя все поняла.
Сандро прогнал его, Она надеялась, что все закончилось, дочь образумилась.
-Надо к ней съездить, - решила она, - сейчас, наверное, уже охолонула она, привыкла, поняла что замужем. О глупостях некогда думать ей.
-Она сама скоро приедет, - складывая колоду, сказала Капитановна, - давай- ка пироги заведем. Гости у нас скоро будут…
***
В субботу к дому Вишняковых подъехала новая «Волга» Натана. Патрина едва держалась, так ее укачало в дороге. Ее затошнило, она хватала ртом воздух.
-Что с тобой? - не понял Натан, - тебе плохо?
-Ничего, - сказала кое-как Патрина, - сейчас пройдет…
Она продышалась, взяла из машины подарки, которые дала Тамара, и они вошли в дом. Патрина шла с опаской, боялась, как мать встретит ее? Почему-то было страшно.
-Здравствуйте, дэйо (мама) Люба, - улыбнулся белозубой улыбкой Натан, гостей принимаете?
-Натанчик, - заволновалась Люба, - здравствуй. Здравствуй, дочка, входите скорее!
Как хорошо, что они испекли пироги! Капитановна оказалась права. Сами приехали!
-Скоро Владя с Сандро придут! – хлопотала Люба, накрывая на стол, - мама, Патрина и Натан приехали!
Капитановна вышла из своей комнаты. И обняла внучку. Глаза у Патрины увлажнились:
- Мами! – пробормотала она сквозь слезы, - я так соскучилась!
-Дай – ка, я посмотрю на тебя, - улыбаясь беззубым ртом, сказала Надья Капитановна. – Люба, а ведь я права была!
Что-то неуловимое изменилось в Патрине. Она просто источала какую - то женственность. И не от того, что стала принадлежать мужчине, а от того, что скоро станет матерью. А уж Капитановна знала, как это отличить. Вокруг беременной женщины словно ореол белый был.
-Мами, - тихо сказала Патрина, стыдясь, - не говори пока никому!
-А чего скрывать? - не поняла Капитановна, - радость у нас. Люба! Чяворо (ребенок) у нас будет!
Натан не верил своим ушам и потрясенно смотрел на жену. И она молчала?