Спустя пару дней отдыха, Янис почувствовал себя заметно лучше. Тяжесть в груди ушла, осталась только слабость - обычная, послеболезненная, знакомая ощущением переутомления.
Два дня он пил горький отвар, отдающий земляным послевкусием. Вейа приносила его, пока мужчина спал в гамаке, а тот спал почти всегда.
Иногда заходила Нора - просто проверить, спросить о самочувствии, но их общение не становилось теплее. Янис считал, что нет смысла сближаться, раз он всё равно скоро покинет деревню. Он ещё не знал, как именно, но точно знал, что должен уйти.
Ткань на двери откинулась. Вошёл Тиль - тот самый рыжебородый охотник, что рассказывал историю у костра в первый вечер. Он был невысоким, коренастым, с широкими плечами и мозолистыми руками. Борода подвязана тонким шнурком, на шее - деревянный амулет на кожаном ремешке, как и у всех здесь.
-Надеюсь, ты уже отдохнул. Идём,- сказал он.
-Куда?
-На реку. Стирать вещи и мыться.
Низкий голос Тиля никак не вязался с его дружелюбным взглядом.
Янис собрал грязные вещи, скомкал, сунул под мышку.
-Я тебе для вещей корзину принёс.- сказал Тиль и кивнул на плетёную корзину, что стояла у входа.
Янис шёл по лесу босиком, следом за босым Тилем и ещё толпой мужчин с корзинами. Рыжебородый насвистывал какую-то мелодию, а Янис разглядывал лес и снова пытался запомнить дорогу. Лес теперь не путал их, так как в деревне гость уже побывал.
Дальше начинался луг, так резко, словно кто-то очертил границу.
Яркий, зелёный, залитый голубым солнцем, холмистый. С одного из холмов стекала река - узкая, неглубокая, с прозрачной водой. Она бежала вниз, к лесу, и скрывалась под кронами.
Речушка слабо журчала, прокладывая себе путь из луга в лес. Янис шагнул к границе, чтобы скорее умыться, но Тиль схватил его за плечо.
Янис замер. Хватка у охотника была железная.
-Не выходи. Солнце сейчас опасно.
Янис посмотрел на луг. Трава, холмы, река. Ничего угрожающего.
-Почему?
-Солнце обжигает кожу в эти часы,- Тиль убрал руку. -Здесь, под деревьями, безопасно. А там долго стоять нельзя - кожа слезет. Потом глаза перестанут видеть, а потом - смерть.
Янис перевёл взгляд на границу. Вот почему все дома в лесу. Вот почему днём они работают здесь.
-А когда вы работаете там?- он кивнул на луг. -И зачем вы вообще туда выходите?
-Выходим на луга, когда солнце садится. Или облака. Или дождь. Тогда можно.- Тиль махнул рукой, предлагая идти дальше, вдоль границы леса.
Янис посмотрел на небо. Голубое солнце висело высоко, заливая луг ярким светом. Ни облачка.
Он отступил от границы.
Деревья расступались, образуя широкий коридор вдоль воды. Русло - метра два в ширину, неглубокое. Вода прозрачная, с лёгким голубоватым оттенком. Дно русла покрывали камни, гладкие, обточенные, серых и фиолетовых оттенков.
Янис опустил руку в воду. Тёплая. Приятно тёплая.
-Камни греют нам воду,- сказал Тиль, не оборачиваясь. -Там, наверху по всему руслу от холма лежат под солнцем и нагреваются. Вода течёт по ним и приходит сюда тёплой.
Янис не подал виду, но был удивлён такой интересной методике, которую для прогрева воды придумала сама природа. Ничего лишнего в этой схеме не было, только солнце, вода и камни.
Вдоль реки, прямо в русле, были устроены искусственные запруды. Невысокие стенки из камней образовывали маленькие бассейны - один за другим, уходящие вниз по течению. Янис насчитал около двух десятков. Каждая такая ванна - чуть больше человеческого тела. Можно сесть, вытянуть ноги, откинуться спиной на камни.
Сама глубина реки не позволяла полноценно искупаться, но и тут мужчину удивила местная смекалка - люди углубили дно, подкопав русло в импровизированных ваннах, выложили его теми же камнями и теперь - глубина достигала пояса в запрудах. Теплые ванны манили Яниса быстрее скинуть одежду, так как он до сих пор ощущал на себе песок.
Навстречу им по тропе, со стороны запруд, шли женщины и дети, с корзинами мокрого белья, с влажными волосами, распущенными по плечам. Дети бежали впереди, босые весёлые, что-то кричали друг другу. Женщины переговаривались между собой. Увидев мужчин, они посторонились, пропуская их к реке.
Янис поискал глазами Нору. Не увидел.
У реки уже собирались остальные мужчины и все с корзинами грязного белья. Кто-то уже разделся и заходил в воду, кто-то раскладывал вещи на камнях.
Мужчины мылись почти молча. Кто-то тёр одежду прямо в реке, выше по руслу от ванн, чтобы грязь с тела не оставалась на одежде, а кто-то уже раскладывал мокрые вещи на тёплых камнях сушиться. Несколько мужчин громко разговаривали о вечернем костре.
Янис разделся до боксеров, зашёл в свободную запруду. Вода тёплая, почти горячая, обволокла затёкшее тело, смывая пот, грязь и усталость. Он почти застонал от расслабления, закрыл глаза, откинулся на гладкий камень. Мышцы расслабились.
Он сидел в тёплой воде и думал.
Вейа сказала: «Ты больше не попадёшь домой». Но где-то должно быть море, на берегу которого его засосало. Если дойти до моря, может, получится найти путь обратно. Или хотя бы понять, где он находится.
Для побега нужен рюкзак. В нём еда, вода, спальник, горелка. Без рюкзака он не пройдёт и дня. Ведь он не знает, что здесь можно есть. Вода - только из источников, и он не знает, где они.
Значит, нужно забрать рюкзак.
И уйти незаметно. Если хватятся - пойдут искать. Они знают лес, он - нет. Догонят за пару часов. Значит, нужно уйти днём, когда все пойдут работать.
Вейа говорила, что они живут в глубине леса. Если идти вниз по течению, река куда-то впадает. Скорее всего, в море…
-Янис.
Он открыл глаза. Тиль стоял рядом, уже одетый, с мокрой бородой, которую он перевязывал шнурком.
-Пора обратно,- сказал он.
Янис кивнул, поднялся. Вода стекла с тела, оставляя на коже приятное тепло. Он выжал мокрые вещи, разложил на камнях сушиться. Оделся в сухое - последнюю чистую футболку, что оставалась в рюкзаке.
Мужчины уже собирались уходить. Кто-то забрал высохшее бельё, кто-то оставил - видимо, придёт позже. Тиль ждал Яниса у тропы.
Обратная дорога показалась короче. Может, потому что тело разогрелось после купания, мышцы работали легче, дыхание было ровным. Может, потому что он уже не глазел по сторонам, а просто шёл, глядя под ноги.
В деревне было тихо. Женщины разбрелись по домам, дети играли где-то между стволами. У дома Яниса Тиль остановился.
-Завтра пойдёшь работать,- сказал он. -Посмотришь, раз было интересно, куда мы ходим.- и ушёл.
Янис постоял у входа, глядя ему вслед. Потом откинул ткань и вошёл в дом.
Внутри было тихо. Свет из окна падал на фиолетовые камни пола. Гамак висел у окна, впитывая последние лучи. Янис повесил влажные вещи на спинку стула, сел на край гамака.
План побега был готов. Оставалось только дождаться, когда тело окончательно окрепнет, и выбрать время… и свалить отсюда.
Он лёг в гамак. От водных процедур тело расслабило и Янис уснул.
Вечером его разбудила Нора. Она откинула ткань и постучала по деревянной стене, чтобы обратить на себя внимание. Мужчина приоткрыл глаза.
-Привет.
Она лишь кивнула в ответ на его приветствие.
-Я пришла позвать на вечерний костёр. И принесла лекарство.
В руке она держала каменную миску с отваром.
Янис постарался выпить горячий и горький отвар за несколько глотков.
-Камни с собой возьми,- Нора кивнула на мешочек под потолком.
-Это ещё зачем?
-Увидишь. Бери и не спорь.
Он снял мешочек с крючка и вяло потопал за девушкой.
На улице смеркалось. Голубое солнце опускалось за кроны леса. Люди шли к большой круглой поляне, как и в первую ночь.
В центре уже горел костёр - жёлто-голубое пламя лизало воздух. Люди рассаживались на камнях. Кто-то подходил и клал свои камни из сетчатых мешочков у самой кромки огня, насколько мог к нему подойти.
Нора села справа. Янис - рядом.
-Давай сюда.
Нора высыпала камни из мешочков, положила всё в общую кучу у огня и куда-то ушла, оставив Яниса сидеть самого.
Вернулась девушка с мисками с едой. Одну протянула Янису.
В миске - клубни с тёмной кожурой, похожие на репу, или на яблоки, и широкие мясистые листья. Янис откусил. Плотный, крахмалистый, с ореховым привкусом. Такого вкуса он ещё не ощущал.
-Нормально,- сказал он с набитым ртом.
-Ешь давай.- Нора отвернулась, но ему на секунду показалось, что она подняла уголки рта в подобии улыбки.
Из толпы вышли двое с барабанами. Сели напротив костра и начали наигрывать ритмичную активную мелодию.
В толпе сидящих запела женщина. Её низкий голос вибрировал в такт барабанам, заставляя пуститься в пляс. Несколько человек вышли к костру и начали танцевать. Огонь бросал на их счастливые лица жёлто-голубые блики.
Янис смотрел, жевал.
Постепенно темнело. И тут он заметил - камни у костра начали светиться. Сначала едва заметно, потом ярче. Светло-жёлтым, тёплым светом. Они впитывали пламя и отдавали его обратно.
-Это они что, от огня заряжаются?
-Да. Свет впитывают. Всю ночь в домах потом горят.
Янис смотрел на светящиеся камни, словно восхищённый ребёнок.
Если взять пару штук с собой- не нужен будет факел. Руки в ночи будут свободны.
Завтра он идёт работать и уйти не получится… Значит, следующей ночью точно надо уходить.
Костёр догорал. Барабаны стихли. Люди начали расходиться, забирали свои камни.
Нора встала, подошла к кострищу, забрала их камни. Вернулась, протянула мешочек.
-Повесишь у себя.
Янис взял. Камни мягко светились, грели ладонь. Затем, они пошли домой. Свет от мешочка выхватывал из мрака корни, камни, серебристые стволы.
Нора кивнула перед его домом на прощание, развернулась и пошла в темноту. Её камни покачивались в руке, бросая на тропу жёлтое сияние.
Янис вошёл в дом. Повесил мешочек на крюк, и камни залили комнату мягким светло-жёлтым светом. Он сел на край гамака.
Завтра ночью точно нужно уходить. Взять с собой свои камни и идти вниз по реке.