Число компаний с иностранным капиталом в Петербурге за последние 4 года сократилось с 2335 до 1377, то есть на 41,03%, подсчитали аналитики "Контур.Фокус". В целом по стране сокращение составило 34,14%.
Петербург остаётся вторым регионом России по числу компаний с иностранным участием, уступая только Москве, где действует 8087 таких организаций. При этом динамика в столице выглядит более устойчивой: за тот же период снижение составило 36,24%.
Среди крупнейших регионов по присутствию иностранного капитала наиболее сильное падение продемонстрировал Краснодарский край (–47,47%), тогда как наиболее устойчивой оказалась ситуация в Приморском крае (–14,33%). Петербург в этом ряду оказался ближе к группе регионов с наиболее заметным сокращением зарубежного бизнеса.
"Это специфика отраслей, компании которых у нас базировались. Плюс на эту специфику накладывается логистика: если мы смотрим компании, связанные с автомобилестроением и обслуживанием автомобилей, то сохранение такого производства на Северо–Западе, когда логистические маршруты сейчас идут с востока, крайне невыгодно. Мы сейчас оказались на окраине мира логистически. Логистические центры сместились на восток", — считает профессор СПбГЭУ Елены Ткаченко.
В целом по России, по данным "Контур.Фокус", иностранный капитал сохраняет присутствие, хотя его роль постепенно снижается. По состоянию на апрель 2026 года в стране насчитывается 16 105 компаний с иностранным участием, что составляет около 0,51% от общего числа юридических лиц. С 2022 года их количество сократилось на 8349 компаний.
Крупнейшими странами–инвесторами остаются Кипр, Германия, Китай, Сейшельские Острова и Великобритания. Единственной страной из этой группы, продемонстрировавшей рост числа компаний, стал Китай, увеличивший присутствие на 32,18%.
Наиболее значительное снижение числа компаний с зарубежным участием зафиксировано в сфере общественного питания (56,69%), специализированных строительных работ (56,03%), юридических и бухгалтерских услуг (51,49%), рекламы и маркетинга (45,89%), а также розничной торговли (45,75%).
При этом Елена Ткаченко напоминает, что часть иностранных компаний продолжает работать в России, не афишируя свою деятельность.
"Они переименовались, поменяли названия марок товаров, но продолжают работать. Я не буду называть компании, но это немцы и французы", — поделилась она.
Дальнейшая динамика, по её прогнозу, будет зависеть от внешнеполитической ситуации и горизонта планирования бизнеса.
"Интерес проявляют партнёры из Азии, в частности Китай и Индия, — вполне возможно, что скоро город увидит новых интересных инвесторов. Однако промышленность требует длительного горизонта планирования, поэтому многое будет зависеть от стабилизации ситуации", — объясняет эксперт.
По словам Елены Ткаченко, часть освободившихся ниш постепенно занимают российские компании, хотя этот процесс идёт небыстро.
"Петербург исторически был встроен в европейские цепочки с высокой добавленной стоимостью: от промышленной автоматизации и компонентной базы до контрактного производства и сервисного сопровождения оборудования. Уход или трансформация западного капитала означает не только смену собственника, но и выпадение из экосистемы с точки зрения стандартов, сертификации, доступа к инженерным обновлениям и R&D. Поэтому сокращение числа иностранных компаний — это отражение демонтажа именно технологической связности с ЕС, а не просто изменения структуры владения активами", — напоминает генеральный директор холдинга SNDGLOBAL, контрактный разработчик электроники Ольга Квашенкина.
По её словам, азиатский капитал, прежде всего китайский, уже активно присутствует, однако его структура смещена в торговлю, логистику и базовую промышленную кооперацию. В технологически сложных сегментах, особенно в микроэлектронике и компонентной базе, вход происходит значительно медленнее. Причина в том, что даже для азиатских игроков российский рынок остаётся зоной повышенных санкционных и финансовых рисков. Поэтому они предпочитают модели с ограниченным CAPEX и быстрой окупаемостью.
"Меняется сама форма присутствия: вместо владения производственными активами — торговые дома, сервисные компании, контрактные сборки, совместные проекты с ограниченной технологической глубиной. Это отражает переход от модели "инвестор как носитель технологии" к модели "инвестор как оператор канала доступа к рынкам и поставкам". Иностранный капитал перестаёт быть системным источником технологий, дешёвого финансирования и управленческих практик одновременно", — констатирует Ольга Квашенкина.