Так, народ, подгребайте ближе, сейчас я вам, как старый циник и любитель почесать языком, перескажу классику. Но не просто перескажу, а разложу по косточкам, добавлю перца и немножечко конского навоза для аромата. Речь пойдет о Михаиле Афанасьевиче Булгакове и его бессмертном опусе "Собачье сердце". Пристегнитесь, будет дико, смешно и немного противно. Как в жизни, в общем.
Значит, слушайте сюда. Действие происходит в Москве, в эпоху, когда махорочный дым таял в коммуналках, а в головах у людей таяли последние остатки адекватности. Зима, жуть, холодрыга такая, что даже уличная шпана мерзнет. И вот по заснеженному Арбату, или где там это всё происходило, ковыляет главный герой первой части. Пёс Шарик. Обычный двортерьер, можно сказать, интеллигент в собачьей шкуре, потому что он не просто лает на прохожих, а философствует. Лежит он, значит, на брюхе, подмерзает стратегически важным местом к тротуару и думает думы горькие о тяжелой собачьей доле, о поварах, которые доброты лишены, и о том, как бы спиздить краковскую колбасу.
Шарик, кстати, персонаж с огромной харизмой. Он, как бы вам сказать, пролетарий умственного труда. Он не просто пёс, он - наблюдатель и критик советской действительности с собачьей точки зрения. И точка зрения эта, надо сказать, почише многих профессорских будет. Его монологи о том, как жить хорошо, а жить плохо - это просто ода цинизму. Он бы еще поумничал, но тут подворачивается случай в виде аромата колбасы и толстого гражданина, из которого этот аромат исходит. Гражданин - наш будущий Франкенштейн, профессор Преображенский.
Профессор Преображенский - фигура! Представьте себе буржуя, который каким-то чудом не только выжил при советской власти, но и процветает. Живет в семи комнатах, жрёт закуски, которые нормальным людям даже не снились, и имеет наглость заявлять, что "разруха не в клозетах, а в головах". И ведь прав же, старый хрыч! Пока остальные граждане мерзнут в очередях за керосином, он оперирует собак, делает пересадки органов и коллекционирует галстуки. И вот, видит он этого облезлого Шарика, проникается к нему, видимо, классовой симпатией (или просто колбасы стало жалко, которую пёс уже почти сожрал), и тащит его к себе домой. Шарик, естественно, думает, что попал в рай. Тепло, жрачка, половая тряпка пахнет непонятно чем, но не смердит, а главное - никакого жилтоварищества! Мечта!
А в раю этом, кроме профессора, обитает его помощник - доктор Борменталь. Мальчик на побегушках, который смотрит на профессора как на бога, и готов за ним хоть в реанимацию, хоть в партию. И тут профессор объявляет: "А давайте-ка мы, голубчик, устроим эксперимент! Сделаем из пса человека! Не фига себе, правда? Не просто операцию, а полное очеловечивание!"
И тут начинается самый сок. Булгаков нам, по сути, показывает историю создания первого отечественного бомжа-интеллигента. Донором, то есть поставщиком мозгов и, простите, стратегического органа для будущего человека, выступает некий Клим Чугункин. Вы только вдумайтесь в это имя! Клим Чугункин! Звучит как приговор. Кто он такой? А это местная легенда: пьяница, балалаечник, скандалист и, как написано в истории болезни, "трижды судим и один раз условно". Короче, цвет нации, элита рабочего класса. И вот этого-то субчика мозг, пропитанный сивухой и матерными частушками, пересаживают нашему бедному Шарику.
Операция - это вообще отдельный цирк с конями. Профессор Преображенский, весь в кровище, с закатанными рукавами, орудует ножницами и скальпелем как заправский маньяк. Борменталь подаёт инструменты, трясётся и, кажется, немного пускает слюну от восторга. Представляете картину? Элитная московская квартира, пахнет эфиром и котлетами из кухни, а в центре - собака с вынутыми потрохами и вживлённым в голову генетическим мусором. В общем, наука сказала: "Надо!", комсомол ответил: "Есть!", и понеслась душа в рай.
Дальше - самое смешное и самое страшное. Из милого, ироничного пса начинает вылупляться нечто. Сначала это просто жалкое, слюнявое существо с человеческими глазами, которое учится стоять на задних лапах. Но потом! Потом начинается трансформация личности. Шарик постепенно превращается в Полиграфа Полиграфовича Шарикова. Это имя, кстати, просто шедевр! Полиграф Полиграфович! Вы можете себе представить, чтобы человека так назвали? Это же не имя, а диагноз. Или название типографии.
Так вот, новоиспеченный гомо сапиенс очень быстро осваивается в апартаментах профессора. Первым делом он начинает материться. Не просто ругаться, а выдавать такие перлы, от которых даже у видавшего виды Борменталя уши сворачиваются в трубочку и норовят залезть обратно в голову. Потом он требует себе прописку. Представляете? Собаку прописали! Бродячего пса, которого вчера ещё гоняли с помойки, официально регистрируют в семикомнатной профессорской квартире! Это вам не шутки, это торжество социалистической законности!
Затем Полиграф Полиграфович открывает в себе страсть к моде. Он требует галстук, и получает ядовито-зеленый, как мечта кокаиниста. Он требует шляпу. Он начинает курить папиросы, причём не просто так, а с видом, будто он всю жизнь проработал в забое. Он знакомится с женщинами. С домработницей Зиной и её подругами. Он, видите ли, теперь человек, а значит, ему всё можно. А самое главное - он находит своё призвание. Полиграф Полиграфович поступает на службу! Да-да, его берут в отдел по очистке Москвы от бродячих животных. Ирония судьбы? Или чёрный юмор автора? Он, который сам был бродячей собакой, теперь идёт ловить и убивать своих бывших собратьев! Вот она, классовая солидарность! Тут даже комментировать сложно, тут надо просто аплодировать стоя.
Кульминация - это, конечно, сцена с балалайкой. Шариков достаёт балалайку и начинает пиликать в квартире профессора, создавая звуковой фон, сравнимый разве что с оркестром кошек в период гона. Профессор бесится, кричит, что это непотребство, что в приличном доме так не делают. На что Полиграф Полиграфович резонно замечает, что они, мол, пролетарии, имеют право на культуру. И вообще, "мы ваши учителя". Вот тут Преображенский начинает медленно, но верно седеть.
Апофеозом безумия становится то, что Шариков приводит в дом своих друзей. Таких же, как он сам, только без собачьего прошлого. И начинается в профессорских покоях настоящий шабаш: пьянка, мат, гармошка и, видимо, какие-то пляски с переходом в горизонтальную плоскость. Профессор, который привык к тишине, порядку и уважению к науке, оказывается заложником собственного эксперимента. Он ходит по коридору, сжимая кулаки, и понимает, что породил чудовище. И не просто чудовище, а чудовище с пролетарским менталитетом и тремя судимостями в генах.
И вот, когда чаша терпения переполняется, когда Шариков начинает хамить в открытую и, кажется, уже собирается выселять профессора из его же собственных комнат, гениальный хирург принимает волевое решение. Нет, не педагогическое. Он делает то, что умеет лучше всего. Он проводит обратную операцию.
Сцена обратной операции - это просто клиника! Профессор и доктор Борменталь, оба взлохмаченные, с безумными глазами, хватают упирающегося, орущего благим матом Шарикова, который уже почти победил, и снова тащат его на операционный стол. Снова скальпели, снова кровь, снова эфир. И - о чудо! - из человека, который уже начал строить светлое будущее в отдельно взятой квартире, снова получается пёс.
Финал умиротворяющий. Шарик, снова милый, лохматый пёс, лежит на коврике в кабинете профессора и смотрит на него преданными глазами. Всё плохое позади. Эксперимент признан опасным. Профессор сидит в кресле, пьёт чай и чувствует себя если не богом, то по крайней мере главным инженером человеческих душ, который вовремя выдернул вилку из розетки. Борменталь строчит протокол. Зина на кухне готовит. Тишина и благодать. Но если присмотреться... В глазах Шарика иногда проскальзывает что-то такое... человеческое? Не, показалось. Просто пёс хочет колбасы.
Вот такая история, господа. Мораль сей басни такова: не лезьте вы в природу, а то получите такое, что потом замучаетесь обратно зашивать. И, как сказал бы профессор Преображенский, не читайте советских газет, а лучше перечитайте Булгакова. А если хотите, чтобы я и дальше вот так, с юмором и матюками, разбирал классику или современную дребедень, пишите в комменты, что там у вас на уме. Подписывайтесь, а то заведём вам Шарикова в мозг!