Мы уже много лет продаём товары на маркетплейсах — и на Ozon, и на Wildberries. Раньше Ozon был для нас основной площадкой. Мы верили в него, вкладывали деньги, держали основные остатки там. Но за последние полтора года всё перевернулось с ног на голову. И сейчас я чётко понимаю: Ozon сам потерял нас как крупного селлера. И, судя по всему, им всё равно.
Комиссии выросли настолько, что работать стало невыгодно
Первым звоночком стал резкий рост комиссий. Особенно больно ударило повышение с ноября 2025 года. А следом — ещё несколько, каждый месяц раз за разом. И останавливаться они похоже не собираются. Я не говорю про общие цифры по рынку, я говорю про свои цифры. На некоторых позициях площадка забирает себе 60–70% от цены товара. Представьте: ты отдаёшь большую часть выручки просто за право продавать. При этом качество услуг площадки не просто не растёт — оно падает.
Причём я в этой ситуации далеко не один. Производитель корпусной мебели Тимофей из Челябинска рассказал, что за 2025 год Ozon повышал комиссию шесть раз: с 14,5% до 35%, а с 6 апреля 2026 года комиссия в его категории достигнет 47%. «Мы просто в шоке, это грабеж! — возмутился Тимофей. — Мы — отечественные производители, закупаем всё в России. Но вместо поддержки на нас накладывают грабительские комиссии».
Они теряют наши товары коробками и паллетами
Но комиссии — это полбеды. Самое страшное другое. Ozon начал массово терять наши товары. Не единичные позиции — коробками и даже целыми паллетами. Мы отправляем продукцию на склад, а она… исчезает. Ни учёта, ни ответственности, ни нормальной реакции. Ты начинаешь разбираться, пишешь в поддержку — и слышишь тишину или формальные отписки.
Возврат средств за утерю происходит только спустя несколько месяцев. Причём не факт, что вернут полную стоимость. За это время наши деньги заморожены в товаре, которого физически нет. Мы не можем ни продать его, ни вернуть, ни перераспределить на другие каналы. По данным «Коммерсанта», в начале 2026 года продавцы массово пожаловались в ФАС на то, что маркетплейсы компенсируют лишь 20–50% реальной стоимости утерянных товаров.
Я знаю историю одного селлера, который через суд взыскал с Ozon 10 миллионов рублей за систематическую потерю товаров на складах. Причём перед судом Ozon годами игнорировал претензии, перевирал факты и уклонялся от сверки. Суд встал на сторону продавца. Но сколько времени и нервов это стоило?
Поддержка? Её просто нет
Самое обидное — отношение. Ozon не идёт на контакт. Мы — крупный селлер с серьёзными оборотами. Но для них мы как пустое место. На запросы отвечают роботы, диалоги закрывают без решения, эскалация ни к чему не приводит. Создаётся впечатление, что компании просто наплевать на своих продавцов. Хочешь работать — работай, не хочешь — уходи. Мы, кстати, так и сделали. Сократили ассортимент в 2 раза, оставив только самые топовые позиции. И сконцентрировались на другой площадке.
Статистика говорит сама за себя: селлеры бегут с Ozon массово, да и с Wildberries тоже
Оказалось, что моя ситуация — лишь часть большой тенденции. Цифры пугают:
· За 12 месяцев с ноября 2024 года российские маркетплейсы потеряли 24,5% активных продавцов — это более 176 тысяч человек.
· В 2025 году впервые в истории количество продавцов на Ozon и Wildberries сократилось — на 2% только за первое полугодие.
· И это не только «микробизнес»: площадки начали покидать компании с выручкой до 5 млн рублей, а затем и крупные игроки с оборотом до 20 млн рублей.
· Аналитики прогнозируют, что в 2026–2028 годах с маркетплейсов уйдут не менее 20% селлеров — более 60 000 предпринимателей.
«Большой оборот может не приносить компании ничего»
Многие продавцы уже прошли этот путь до нас. Владелица бренда нижнего белья Татьяна Молчанова из Челябинска честно призналась, закрывая проект на Ozon: «На текущий момент Ozon приносит нам ноль. А иногда — даже минус».
Она распродаёт ассортимент на Wildberries и полностью расстаётся с Ozon. Татьяна — не новичок, а предприниматель с историей и оборотом. И таких, как она, с каждым месяцем всё больше.
По данным аналитиков, реальные издержки селлера на маркетплейсах (комиссия + логистика + хранение + обязательное продвижение) легко доходят до 50–70% от цены товара. Один продавец одежды поделился расчётами: с каждой футболки за 1200 рублей ему остаётся 87 рублей — и это без учёта возвратов. «С возвратами — минус», — резюмировал он.
Мы сконцентрировались на Wildberries — и выручка превысила 20 миллионов в месяц
Где-то год назад мы начали постепенно переводить основные объёмы на Wildberries. Как говорится, "из двух зол выбрали меньшее". В итоге сейчас наша выручка на Wildberries стабильно превышает 20 миллионов рублей в месяц. Это не прогноз — это факт.
А Ozon потерял эти деньги. И, судя по их реакции, потеряют и дальше. Они просто не хотят замечать, что крупные продавцы уходят.
Мне непонятно, куда движется Ozon
Я честно не понимаю их стратегию. Повышать комиссии до 50–70%, терять товары партнёров, игнорировать обращения — это путь к тому, чтобы остаться с мелкими селлерами, у которых нет выбора, или с теми, кто ещё не понял, что происходит. Но крупный бизнес так не работает. Мы голосуем рублём.
Если Ozon не изменит отношение к продавцам в ближайшее время, их покинут ещё сотни таких же, как я. А пока я просто делюсь своей историей. Может быть, она поможет кому-то вовремя перераспределить усилия.