Среди множества ритуалов, традиций и суеверий, которыми была окутана жизнь наших предков, особое место занимал поцелуй. С одной стороны — жест, несущий мир, любовь и божественную благодать. С другой — действие, способное навлечь невиданную скверну.
В Древней Руси к поцелую относились с трепетом и даже сакральным страхом. Однако существовал один вид поцелуя, который мгновенно превращал человека в изгоя, «поганого», причем ровно на 12 дней.
Когда объятие приносит грехи
Поцелуй на Руси не был просто приветствием. Это был акт огромной духовной силы. Достаточно вспомнить, что верующие лобызают кресты и иконы, приобщаясь к святости. Царский поцелуй считался высшей наградой, а свадебное «Горько!» — магическим ритуалом. Целовались все: от царей до крестьян, от детей до родителей.
Но та же сила, что несла жизнь, могла обернуться катастрофой. Любой контакт с «чужим» или «мертвым» пространством нарушал хрупкую границу между мирами. Рот считался вратами для души, через которые в человека могла вселиться нечисть.
Последнее прости, которое нельзя дарить
Самым опасным и «поганым» считался прощальный поцелуй умершего. Если в современном мире мы целуем родственника в лоб как знак прощания и любви, то для русского крестьянина это было равносильно подписанию себе смертного приговора на ближайшие две недели.
В некоторых регионах, например в Пермском крае, усопших вообще никогда не целовали. Тот, кто осмеливался прикоснуться губами к телу покойника, моментально становился «поганым».
На 12 дней — вне закона
Исследователи Иван Подюков, Стас Хоробрых и Екатерина Свалова в «Словаре мортальной лексики русских говоров Прикамья» приводят однозначную трактовку: поцеловавший мертвеца считался не просто грязным, он «собирал на себя» все грехи усопшего. Срок такой «поганости» составлял ровно 12 дней.
В это время человек был фактически отлучен от нормальной жизни. К нему нельзя было прикасаться, есть с ним из одной посуды, вступать в диалог. Считалось, что душа умершего цепляется за живого через этот поцелуй, и избавиться от нее можно только специальными очистительными обрядами. Максимум, что разрешалось на похоронах — прикоснуться к венчику на лбу мертвеца, но не к его лицу.
Как смыть скверну
Люди боялись не столько физического трупного яда, сколько мистической заразы. Те, кто поцеловал умершего, после похорон терлись губами о печь — считалось, что огонь выжигает чужую смерть. Все участники похорон мыли руки прямо у ворот, не заходя в дом, чтобы «не утянуть смерть за собой». А в некоторых старообрядческих общинах этот запрет на прикосновения к покойному неукоснительно соблюдается до сих пор.
Любопытно, что даже поцелуй спящего приравнивался к опасному контакту. Ведь сон считался «братом смерти». Если поцеловать спящего, говорили в народе, он может больше не проснуться или тяжело заболеть.
Именно страх перед таким осквернением объясняет нашу старую традицию мыть руки после кладбища и избегать приносить «кладбищенское» в дом. Для наших предков грань между миром живых и миром мертвых была слишком тонка, чтобы переступать ее бездумно. И лучше было лишний раз не рисковать, оставив покойнику его вечный покой, а себе — чистые губы.