Нижегородский театр оперы и балета имени Пушкина представил гала-концерт в Москве
В Большом зале консерватории при повышенной концентрации светской публики и узнаваемых лиц в партере музыканты Нижегородского театра, что ныне завершает передовую пятилетку, выдвинувшую коллектив под художественным руководством Алексея Трифонова в авангард культурной событийности в масштабах всей страны, представили программу, где эксклюзивность с элементом провокативности соседствовала с абсолютным шедевром. Оркестр театра La Voce Strumentale и солисты под управлением своего главного дирижера Дмитрия Синьковского исполнили музыку балета Леонида Десятникова Opera и Четвертую симфонию Густава Малера.
Вообще искать и находить нечто - для Нижегородского театра уже стало делом привычным и успешным.
Опус Десятникова, заказанный театром La Scala после роскошной премьеры в постановке Алексея Ратманского на миланской сцене в 2013 году, только в Нижнем Новгороде обрел новое авторизованное воплощение. Этот балет с пением, продолжающий традиции Игоря Стравинского, вдохновленный текстами выдающегося итальянского драматурга и либреттиста XVIII века аббата Пьетро Метастазио (либретто написано композитором в соавторстве с филологом Карлой Мускио), нижегородцы уже показывали в столице пару лет назад. И также в филармоническом формате своеобразного оперного пастиччо, ибо авторский замысел базировался на отборе текстов на темы opera seria, не использовавшихся ранее в барочных театральных партитурах. Стилизуя музыку под эпоху барокко, Десятников ориентировался на творчество Генделя, но прямых цитат почти не использовал, а предложил взгляд художника XXI века на далекую эпоху роскошного барокко с некоторой насмешкой розыгрыша над современным увлечением реконструкцией старинных страстей.
Читайте также:
Башмет вместе с юными музыкантами сыграл в Будапеште. Как это было?
Opera, игнорируя какую-либо попытку сюжетности, имеет нарочито простую структуру: увертюра, пять разножанровых арий, дуэт и финальный ансамбль с моралите, свойственном операм той эпохи. Исполняют оркестр в камерном, квазибарочном составе и трио солистов - сопрано Диляра Идрисова, меццо-сопрано Яна Дьякова и тенор Сергей Годин, которые лихо меняли барочные маски, избегая технического совершенства вокала, которое барочное музицирование очень любит. Но все было очень торжественно и эмоционально, тем паче что La Voce Strumentale под дирижерской палочкой Дмитрия Синьковского не просто исполнял музыку, а священнодействовал, переполняемый чувственными переживаниями.
Читайте "Российскую газету" в Max - подписаться
Если что не роднит, конечно, но прокладывает мост схожего мироощущения Десятникова в балете Opera и Малера с его возникшей во втором отделении Четвертой симфонией, так это грустно-ироничный подтекст произведений. Дмитрий Синьковский прочитывает эту философскую притчу без искусственного умничанья, а просто и очень искренно. И выбирает неожиданно ускоренные темпы, стремительно проносится до соло сопрано - восхитительной Надежды Павловой. О вкушении небесных радостей (текст из сборника старинных немецких песен "Волшебный рог мальчика") певица поведала мягким красивым голосом земной женщины.
Искать и находить нечто неожиданное для Нижегородского театра уже стало делом привычным и успешным
И в качестве биса на правах Primadonna Assoluta своего театра Надежда Павлова предстала Цербинеттой из оперы Рихарда Штрауса "Ариадна на Наксосе". Ее размышления Grossmchtige Prinzessin о том, что любовь не всегда трагична, в одной из самых технически сложных арий для колоратурного сопрано были будто бы легки, но по сути головокружительно виртуозны. Каждая нота была полна обольщения, порождая в зале дурманящий коктейль из смущения и восторга.
Читайте также:
Оперная певица Хибла Герзмава: Голос раскрывается как хорошее абхазское вино
Автор: Мария Бабалова