«Земля в иллюминаторе, Земля в иллюминаторе видна» – сразу в уме возникает картина бескрайного космоса. Но иллюминатор есть не только у космического аппарата, да и на родную землю за ним патент никто не оформлял. Просто космические волки и морские очень похожи. А еще очень сильно зависят друг от друга. Начиналось это так…
Сделали, значит, ракету Р-7. Хорошая ракета, летает далеко, аж на Камчатку. И дальше может, некуда просто. Можно стрелять в океан, но это бесполезно – там торжество советской инженерной мысли измерить, записать и проанализировать некому.
Проблему понимали, и инициативная группа товарищей из НИИ-4 начали думать над решением, поэтому, когда партия сказала "надо", комсомол ответил "есть". Решение внешне простое: взять гражданский пароход, запихать туда умное оборудование и отправить бдеть на благо Родины. Но было много технических проблем: умное оборудование 50-60 годов было придирчиво к питанию – сказывалась и нехватка мощности торгового судна, и недостаточное для электроники качество тока. Какие-то системы были придирчивы к соседям, много проблем было от излучаемого тепла. Но главное – погода может быть очень разной, а следить нужно здесь и сейчас. Эту и другие проблемы решили, например, с помощью подвижных платформ для оптики, другое оборудование экранировалось, ставились системы вентиляции и дополнительные генераторы. Параллельно руководство выбивало суда, которые не сильно кто хотел отдавать – война 10 лет назад закончилась, ещё не всё восстановили, а тут какие-то учёные с подозрительно большим напильником, щенячьими глазками и словами «Дядя, дай 4 парохода». Военные предложили имеющиеся крейсера проекта 68-биc, но с ними была одна проблема – 4 года требовалось на переоборудование.
Но «Догнать и перегнать Америку» тогда была не просто красивой фразой, а залогом завтрашнего выживания, потому на столь важную цель удалось получить 4 новых сухогруза типа «Донбасс», проект В-30 польской постройки. Их прямо с верфи (а один вообще из первого рейса вернули) перегоняли в Ленинград, где сразу начали готовить к переоборудованию в декабре 1958. А «Проект 1128» одобрили в январе 59 – суда нужны были срочно, а лучше вообще вчера. Главный по нестандартным модернизациям – Xzibit – родился только 15 лет спустя, поэтому за него был НИИ-4 в полном составе, а в роль Los Santos Custom играл Балтийский завод. Прокачка вышла на славу, корабли обзавелись большими антеннами, крутыми экранами во всех нужных местах, ледовым усилением и даже вертолетной площадкой для Ка-15 – первыми во всем ВМФ СССР. И это все за 6 месяцев, уже в августе корабли собрали в 4-ю Тихоокеанскую океанографическую экспедицию (ТОГЭ-4) и отправили на ходовые испытания в Финский залив, затем «за угол» к Мурманску и далее по Севморпути до базы на Камчатке. Испытали так испытали. Причина спешить была: уже в декабре «океанографы» (реальное назначение пытались скрыть) встречали в Тихом океане ракету Р-7А, дальность которой, наконец, можно было испытать по полной. Всего год назад эти корабли были рядовыми сухогрузами, а теперь за ними следила половина ВМС США.
Но «отец» всего этого был занят уже другим проектом. Королев думал о космосе, и том как запустить туда человека. Мало того что запустить, так его еще нужно там контролировать, а потом живым вернуть на Родину. Возврат удобнее всего оформить в казахские степи, а для этого нужно иметь корабли в Гвинейском заливе и Южной Атлантике. Почему там? Из 16 суточных витков 6 глухие (там вообще связи с землей нет), часть из этих 6 – над Югом Атлантики, и на них как раз нужно тормозить для спуска. Соответственно, группировка судов там нужна постоянно – и на испытания, и на сам полет. Соответственно, постоянно перегонять суда с Тихого океана не вариант. Шла космическая гонка, и затягивать пит-стоп было нельзя.
Начали создавать Атлантическую группировку, и она кардинально отличалась от Тихоокеанской. Вместо свежих пароходов настоящая солянка из 3 арендованных у Минморфлота судов: «Краснодар», «Ворошилов» (позже «Ильичевск») и «Долинск» 1925, 1924 и 1959 годов постройки, соответственно.
Вместо продуманной перестройки чистый эрзац – Тойоты на ближнем востоке плачут от зависти. Оборудование (в первую очередь радиотелеметрические станции «Трал») ставили в трюма прямо в кунгах с машин, а собирали его из оживленного на коленке брака – полные комплекты не были готовы. Аппаратуру системы единого времени, обязательного для космоса, вообще не смогли произвести в срок, поэтому время брали с судового хронометра, который просто чаще сверяли. Комфорт экипажа? Забудьте, даже нормальную герметичность и охлаждения оборудования не смогли обеспечить, поэтому оно постоянно выходило из строя. Антенны вообще собирали и устанавливались накануне приема данных, потому что суда маскировались под обычные сухари, доставляющие тару рыболовным траулерам.
Все объясняет время. Не было даже 6 месяцев, суда получили в апреле-мае 1960, а 1 августа Плавучий Телеметрический Комплекс вышел в свою первую экспедицию. Она была учебной, но отнюдь не легкой. Суда переоборудованы кое-как, экипаж из всего 60 человек, в то время как на кораблях ТОГЭ-4 проекта 1128 было более 200 человек. Научная группа состояла из 10 отличных, но сухопутных, инженеров, работающих в адской жаре и влажности грузовых трюмов старых пароходов в Гвинейском заливе. Но эта экспедиция дала очень многое. Детские болезни были исправлены, системы отлажены, экипаж обучен и готов сделать то, для чего все это затевалось.
Вторая экспедиция. Апрель 1961 года. За кормой Атлантической группировки уже 3 выполненных приема-передачи данных. В это время тихоокеанцы после 1,5 месяцев измерений возвращаются домой, но получают радиограмму «Вскрыть конверт» и спешно меняют курс. В конверте была документация «о качественно новом эксперименте в космосе». 12 наземных Командно-Измерительных Пунктов, 7 кораблей «Космической эскадры» и еще десятки подразделений приводятся в готовность.
Это 12 апреля 1961. Юрий Гагарин полетел в космос, полетел трудами тысяч человек, которые за ограниченное время с минимум ресурсов и вообще без наработанного опыта сделали невозможное. В этот момент истории «Космической эскадре СССР» еще предстоит большой и яркий путь, начавшийся с сухогрузов, переделанных на коленке, к современным, высокотехнологичным и комфортабельным судам. Закончился он печально – в 90 на свалках в Индии, но сохранившиеся артефакты тех времен еще можно отыскать и посетить, дабы воздать должное тем, кто бессонными ночами, потом и кровью строил «ракетный зонтик» над нашей Родиной.
Автор: Максим Ковлягин