Как ни спешила Лариса сделать все дела в городе и ещё засветло вернуться домой в посёлок, но замоталась, забегалась по служебным делам и успела только на последний рейс автобуса. До дома от поселковой остановки зимним вечером идти страшновато, но ехать надо, потому что в городе у неё и остановиться негде, вот она и позвонила мужу, чтобы тот встретил её на остановке.
- Стёпа, я вернусь домой с последним рейсом, а ты встреть меня и постарайся, пожалуйста, не опоздать к приходу автобуса, потому что там, скорее всего, связи не будет и позвонить я тебе никак не смогу, – предупредила она.
Муж пообещал подъехать за ней на своей старой Ниве, если, конечно, та заведётся. Стёпа в последнее время нигде не работал, кроме, как у себя дома по хозяйству, и другой машины у них поэтому не было.
- Сама знаешь, что дальше посёлка я на ней давно уже никуда не выезжал, но постараюсь к твоему возвращению разогреть нашу старушку, – сказал он.
- Ты уж постарайся, Стёпушка, а то как бы меня голодные волки в лес не утащили, если в одиночку через побегу, – ласково попросила его Лариса.
Недавно как раз по новостям говорили, что в их районе и впрямь была замечена активность волков, которые в эту особенно суровую зиму сбивались в большие стаи и искали себе пропитание не только в лесах, но вблизи населённых пунктов, поэтому стоило избегать бродить вечером в одиночку, хоть там и недалеко было идти, всего-то пересечь небольшой лесочек, а потом перейти через замёрзшее картофельное поле, но мало ли что может случиться.
Мужа Лариса, конечно, любила и раньше, когда были совсем молодыми, и теперь, когда жизнь с ним не очень ладилась из-за его сильного пристрастия к алкоголю, хоть и знала, что он может сорваться в любую минуту и забыть про все её просьбы.
Хозяйство у них со Степаном было немалое: то самое картофельное поле, ещё шесть соток огорода возле дома, а по двору бегали курочки, индюки и козы. Вот, детишек в этой семье не было, и это факт, и не Лариса была тому виной, а как раз-таки всё из-за Степана, у которого после обследования нашлись какие-то отклонения со здоровьем, и Лариса толком не вникала, вроде что-то там медленно двигалось, но не выясняла, что именно, и не задумывалась, нет и нет детей, будем друг для друга жить.
- Ты уж прости меня, Ларис, я не обижусь, если уйдёшь, всё-таки ребёнка каждой женщине хочется родить, а я, похоже, не смогу тебе это обеспечить, – сказал ей тогда муж.
- Не в детях счастье, – ответила она и осталась с ним.
Сначала Стёпа очень обрадовался, что Лариса не ушла, на радостях развёл кипучую деятельность, и, взяв в банке приличную ссуду, всё перепланировал на их участке, построил с нуля большой дом, благоустроил двор, соорудил новые хозяйственные постройки и теплицы, завёл индюков и коз. Для того, чтобы расплатиться с банком, он взял на лето трёх бычков и пас их, а потом сдал и почти разом окупил все затраты.
Односельчане завидовали им, Лариса сияла от счастья, но, когда стройка закончилась, Стёпа вдруг приуныл, опять вспомнил о своей бездетности, впал в тоску и всё чаще начал прикладываться к бутылке, и жена с ним жила, уже скорее, по привычке, чем по любви.
Лариса была ещё вполне молодой, крепкой, приятной женщиной, могла найти себе другого мужчину, родить от него ребёнка и создать более удачную семью вторым дублем, но то ли сильно любила своего Степана, то ли просто жалела, поэтому даже не искала ему замену. Да и не было подходящих мужиков в посёлке, либо давно женаты, либо забулдыги ещё хуже Стёпы, не с молодёжью же ей сходиться, всё-таки она дама уже взрослая, сорок лет скоро стукнет.
Сразу после школы она поступила учиться на фельдшера, а потом районное начальство после её выпуска ухватилось за медика и уговорило её вернуться в родной посёлок работать в медпункте на полторы ставки. Из посёлка она почти никогда не выезжала. Иногда ей нужно было появляться в городе по различным медицинским вопросам, как в этот раз, но всегда она успевала обернуться туда и обратно, а сегодня не получилось и пришлось возвращаться домой последним рейсом.
Лариса спрыгнула с подножки рейсового автобуса, огляделась и никого (кроме себя) вокруг не заметила. «Ах, этот Стёпа, опять подвёл меня, в кого же он превратился», – с горечью подумала она. Другого выхода у неё не было, как шпарить по темноте одной, и она, натянув шапку поглубже на уши, припустила вдоль дороги, потом свернула на узенькую тропу, бегом, не оглядываясь и запретив себе даже думать о страхе.
Весна по календарю уже давно наступила, но за городом этого не чувствовалось, и снег здесь лежал сугробами иногда аж до самого апреля, и морозы трещали вовсю, особенно по ночам, хоть уже не так сильно, как в январе и феврале. Лариса не должна была замёрзнуть, тем более, что надела в поездку новое зимнее пальто, которое специально выбрала для того, чтобы чувствовать себя комфортно даже в суровую погоду.
Летом автобус приезжал прямо в посёлок, но зимой из-за малолюдности, он останавливался только здесь, как будто дальше никто не жил. Сколько они уже просили районное начальство, чтобы их довозили до поселковой остановки, а не выбрасывали посреди дороги, но властям – хоть бы хны, говорят, переезжайте жить в город и тогда вам автобус вообще не понадобится. Наверное, шутили так, потому что было ясно и понятно, что местные люди прикипели к своим родным местам и бросать нажитое не собираются, поэтому и мирились с любыми трудностями.
«Ну, да ничего, проскочу как-нибудь», – подумала Лариса. Но и впрямь по светлому времени суток идти было нормально, а вот по темени зимой ходить опасно, волки иногда и впрямь появлялись у дороги, вот, позавчера поселковые мужики говорили, что видели стаю, когда возвращались домой с вахты. «Есть же в других семьях нормальные мужья, ну почему мне так не повезло со Степаном?» – опять с горечью подумала она.
Мобильный телефон категорически не ловил сеть, машины здесь ночью отродясь не ездили, значит, надеяться не на что, и Лариса шла и шла себе, не оглядываясь, чётко зная, что главное, не позволять разрастись внутреннему страху, а то волки почуют испуганного теплокровного на расстоянии и прибегут в разведку смотреть, можно его съесть или нет, а она как-то не хотела становиться чьим-то ужином.
Благополучно преодолев большую часть основного пути и торопливо пробегая самое открытое место, которое шло через поле, Лариса уже видела вдалеке деревенские дома, вернее, их очертания, появившиеся на горизонте. «Ну, вот, и дошла почти», – подумала она и в тот самый момент не то что услышала, а, скорее, почувствовала, как кто-то бежит за ней следом, и, резко оглянувшись, сразу заметила, как чёрная тень с острой мордой и четырьмя лапами быстро приближается к ней. Похоже, что волк. Или всё же собака? Нет, со стороны леса собака зимней ночью не побежит, она вообще никуда не побежит в мороз и темень, а будет сидеть в своей будке и ждать, когда хозяин её накормит.
Всё-таки это, скорее всего, это волк. Лариса нащупала в снегу палку, крепко сжала её в руке, и это добавило ей смелости, а ещё она знала, что к дикому зверю нельзя поворачиваться спиной, тем более, бежать от него, и тогда она повернулась лицом к надвигающейся опасности и стала потихоньку пятиться назад, держа в поле зрения надвигающуюся тень неизвестного животного.
- А ну, пошла вон! – заорала она как можно громче и замахнулась на зверя палкой.
Но зверя это не остановило, и, перепрыгивая последние сугробы, грозная тень приближалась всё ближе и ближе к застывшей в страхе женщине, которая внутренне собралась, чтобы быть готовой дать отпор и побороться за свою жизнь. В тот же самый момент раздался выстрел, тень взвизгнула и упала на снег.
- Кто здесь? – прохрипела Лариса пересохшим горлом.
- Да это я, Лар, – послышался знакомый голос Степана, – У меня машина не завелась, я, наверное, час с ней провозился, потом спохватился и побежал тебе навстречу, да и ружьё прихватил на всякий случай.
- Спасибо тебе, Стёпа, а то я уж плохо о тебе подумала, – с облегчением выдохнула Лариса, пытаясь подняться на ноги.
Степан подал ей руку, помог встать и, пока она отряхивалась от снега, подошёл к волку.
- Не трогай его, он может укусить, если ещё жив, – предупредила его заботливая жена.
- Она жива, – сказал Степан.
- Она?! – удивилась Лариса.
- Да, это волчица, – кивнул он, посветив в темноту фонариком.
Вдруг волчица заскулила, и тогда Лариса тоже подошла к ней, и, приглядевшись, прошептала:
- Господи, да у неё роды начинаются.
- Не может быть, – удивился Степан.
- Ну, как не может, если я это вижу, я всё-таки медик, – заругалась на него Лариса, – Иди сюда, помоги мне её перевернуть.
- Она укусить может, ты ведь сама сказала, – недовольно проворчал Стёпа, но подошёл.
- Давай-ка ей пасть завяжем, чтоб не укусила, потом решим, что делать, когда я её осмотрю, – приказным тоном велела мужу Лариса.
Степан уже знал этот тон, теперь жена обязательно доведёт до конца то, что задумала, вот, и впрямь Лариса извлекла уже откуда-то из недр сумки прочную бечёвку и ловко накинула петлю на волчью пасть, оставалось только затянуть узел.
- Ишь, какая сноровка, – присвистнул Стёпа и шутливо спросил, – Может тебе лучше в ветеринары податься?
Но Ларисе было не шуток, и, в общем, ничего удивительного в её ловкости не было, всё-таки дед и отец были охотниками, многому научили ещё в детстве.
Вместе со Степаном своими поясами от одежды они связали волчице ещё и лапы, но она почти не сопротивлялась, только порыкивала на них.
- Что ж с ней случилось такое, что она одна осталась без своего друга-волка и рожает не в логове, а посреди поля? – пробормотала Лариса.
- Может, его убили или кто-то напал, мало ли таких лесных историй, – пожал плечами Степан.
Лариса скинула с себя пальто.
- Давай-ка, положим её на пальто и заберём домой, – сказала она.
- «Давай-ка», «давай-ка», – недовольно передразнил её муж, но помог перевалить тяжёлую волчью тушу на импровизированные носилки, а потом снял с себя бушлат и накинул его жене на плече.
- Ты впереди понесёшь, а я сзади, – строго велела Лариса.
- Что ж, потащили? – спросил Стёпа и, не дожидаясь ответа жены, двинулся по тропинке к дому.
- Да! – ответила Лариса и засеменила вслед за ним, поддерживая волчицу сзади.
«Всё-таки он добрый», – подумала она про мужа и начала прикидывать в уме, как они сейчас будут принимать роды у дикого зверя.
Но дома ничего такого страшного не произошло. Они положили волчицу в сарай на сено, и Степан поставил там ведро с чистой водой, на случай, если она захочет пить, и сказал:
- Ну, а теперь я развяжу ей пасть и задние лапы, и потом мы уйдём, а она пусть сама перегрызёт верёвку на передних, и пусть рожает себе, как хочет, а потом разберёмся, что с ней делать.
Он ушёл, а Лариса не ушла, тем более, что волчица вроде на неё даже рычать перестала, как будто поняла, что эта женщина хочет ей помочь, и часа через три у них в сарае уже кряхтели два здоровеньких волчонка.
- Какая же ты умница, – похвалила женщина волчицу, – Может быть дашь посмотреть мне, что с твоей лапой?
Но волчица не дала, зарычала, хотя Лариса и видела, что рана от выстрела мужа там несерьёзная, сквозная, и особых проблем доставить не должна. Тем временем Степан приготовил для волчицы гречневую кашу с тушёнкой и принёс в сарай, но, как только он показался из приоткрытой двери, волчица зарычала.
- Вот ты зараза какая, на Ларку не рычишь, а на меня рычишь, – усмехнулся он, – Помнишь, что я в тебя пальнул? На, вот, лучше кашу поешь в знак примирения, уж не знаю, как волки относятся к гречневой каше с мясом.
Лариса и Степан решили оставить волчицу в покое, а сарай с своими постояльцами запереть на замок, а то вдруг ещё их гостье приспичит выскочить, чтобы полакомиться домашней живностью, знаем мы, как беспощадно режут волки всё, что им попало «под руку».
- Утро вечера мудренее, а завтра посмотрим, как они там, – сказала Лариса мужу перед тем, как лечь спать.
Этой ночью впервые за много лет Стёпе и Ларисе было хорошо друг с другом. Степан со смехом показал Ларисе её испорченное пальто, и она, вместо того, чтобы расстроиться, тоже засмеялась.
- Завтра поедем в город и купим новое, – бодро сказал он.
- Не поедем, я в старом пока похожу, что-то я за сегодняшний день уже наездилась, как минимум, на месяц вперёд, – отрицательно покачала головой Лариса.
Степан в этот вечер даже не вспомнил о бутылке, припрятанной в тайном месте подальше от зоркого глаза жены. Спать легли вместе, в обнимку, как в первые годы сразу после свадьбы.
На утро пошли в сарай смотреть, что там с волчицей, и оказалось, что с ней всё вполне нормально, и она даже дала осмотреть свою лапу Ларисе, а на Степана по-прежнему рычала.
Волчье семейство решили пока не трогать, а дать им дожить в этом сарае до весны, и Степан пристроил к сараю большой вольер, чтобы волкам было более комфортно, так волчица и жила здесь почти до самого лета. Ларису она воспринимала, как члена своей стаи, давала ей себя осматривать, разрешала трогать волчат, а Стёпе не доверяла и относилась к нему крайне настороженно, видимо, так и не забыла того, что он стрелял в неё.
Волчата получились симпатичные, забавные, но Степан и Лариса их не трогали, чтобы те не привыкали к человеческим рукам. Никто не знал, что произошло с их отцом-волком, но было предельно ясно, что его нет в живых, иначе он давно бы нашёл свою семью. Следуя инстинктам и своей генетике, волчица сохранила и выходила его детей, а это значит, что волчьему племени и дальше должно быть и процветать. Чувствуя, что ей одной не прокормить потомство, волчица оставалась у людей до тех пор, пока ей требовалась их помощь, а летом волки ушли в лес.
Можно было бы поставить в этой истории точку, только по весне вдруг обнаружилось, что Лариса беременна.
- Не может быть, – вытаращил глаза Степан.
- Как это, не может, если ты ко мне почти каждую ночь прижимался? – прыснула со смеху Лариса.
- Но… – хотел возразить Степан.
- Никах «но», буду рожать, – сказала она, добавив, – Я всё-таки медик, мне лучше знать, что можно, а что нельзя.
Более внимательного и заботливого мужа, чем был Стёпа, пока Лариса вынашивала его ребёнка, наверное, не было на всём белом свете. Он выполнял каждый её каприз и как-то раз признался:
- Ларис, я сейчас до такой степени счастливый и так сильно тебя люблю, что не могу выразить всё это в словах, прости меня за прошлое, за то, что трепал тебе нервы и всё такое…
Лариса родила мальчика Ванюшку. Спасённую волчицу больше никто и никогда не видел, да и вообще возле их посёлка волки с тех пор как-то не появлялись и даже в самые морозные зимы ни скотину, ни собачек не резали, как будто понимали, что там живут их друзья, а, может, даже члены их волчьей стаи. В посёлке все знали, что Лариса и Степан спасли беременную волчицу и говорили, что Ванюшка им послан судьбой, как божье благословение за добрый поступок.
****
Дорогие читатели, переделала свой старый рассказ, кое-что изменила, дополнила, улучшила качество текста. Спасибо, что вы со мной!
Читать другой рассказ этого же автора >> >>>
****
