В мои руки попал интересный документ о муниципализации/ремуниципализации строений с./г. Сасово, 1923-1926 год. Можно сказать, ломающий шаблоны.
Само название изрядно удивило, казалось, что дома у зажиточных реквизировали, но нет, оказывается, муниципализировали, и даже случались возвраты собственникам. По причине, во-первых, непотери связи с домом, т.е. хозяин хоть и отсутствовал, но находился на службе Советскому государству. Во-вторых, по причине ветхости, небольшой площади и поэтому нецелесообразности хозяйственного использования.
На 26 год все ещё, увы, не были в ходу адреса. В 1929 указывали хотя бы улицу, это мало помогает, но душу греет и сужает район нахождения. К примеру, Горсовет тогда был на Торговой (ныне Гагарина) улице, в бывш. доме Просвирина, кто бы сейчас показал пальцем на тот дом. До 29 года не озадачивались даже этим. Да и зачем, все ж знали, который дом условного Иванова.
Как уже сто раз говорила, каждый ответ на вопрос порождает 10 новых вопросов. Надеялась хоть частичному прояснению местоположений зданий, в списках на муниципализацию указано, с какой собственно, целью, для использования подо что забрали то или иное здание. Но все только больше запуталось. И еще одно замечание. После революции пошло какое-то маниакальное поветрие на сокращения. До революции была "сберегательная касса", после стало "сберкасса", и это самое простое. Губисполком, Упродком и подобное вроде бы расшифровывается легко. Подброшу для интриги, в конце статьи найдёте расшифровку, веселое слово Утрамот. У — это уездный, попробуйте без поисковиков расшифровать "трамот".
Однозначно локализуются только 2 строения. Дом купца Зубова на ул.Пушкина как до революции использовался под казначейство Елатомского уезда, так и муниципализировали под казначейство. Если честно, жаль, что вековая традиция использования здания под финансовые учреждения нарушена пару лет назад, хочется постоянства.
Второй дом — купца Ананьева (ныне налоговая). И здесь как раз про слом шаблонов, причем сразу нескольких.
Всем хоть слегка интересующимся историей города известен Ананьев Ермил Осипович. Кирпичное производство которого в Кобяково обеспечивало строительным материалом львиную долю сасовцев, основная часть строений из его кирпича. Кустарное производство (к слову, тогда в основном кирпичи делали небольшие артели, и качество этих кирпичей было в разы лучше, чем мануфактурных) не использовало наёмный труд, сам Ананьев с тремя сыновьями и лошадью-глиномесом выпускали достаточное количество кирпичей.
Насколько поняла, печь для обжига у Ананьева была временная. Такие собирают из сырца весной и разбирают на кирпичи осенью, то есть, работы идут в тёплый сезон, прерываясь на зиму. Мне стало интересно, какова производительность труда таким малым составом. Артель в 5-8 человек выпускала тогда в среднем 1,5 тыс кирпичей в день, 4 человека меньше, но пусть буде 1,5 тыс. На небольшой дом в 1 этаж, состоящий из горницы и кухни уходило 26 тыс кирпичей (17 на горницу, 9 на кухню). На дом, подобный Ананьевскому явно не меньше 300-700 тыс.
Что же мы имеем? В чем-то здесь неправда. Или в Сасове не особо строили (но если посмотреть даты возведения кирпичных строений, то в конце XIX — начале XX вв. еще как строили), либо далеко не ананьевский кирпич лидировал, либо, что вероятнее всего, были наемные работники.
Осип Ермилович был репрессирован, с высылкой в Пермский край. Совсем не отрицаю репрессии, но... Кулаки тогда делились государством на группы, по тяжести, так сказать, содеянного. Первая категория — это вот прям кулаки-кулаки, организаторы террактов, подстрекатели к восстаниям и совершившие серьезные уголовные преступления, таких в лучшем случае высылали далеко и надолго, в худшем расстреливали.
Вторая категория — самые состоятельные, владеющие большими наделами, использующие наёмный труд. Таких высылали в отдаленные районы. Третья — все остальные немиллионеры, но зажиточные, не использующие наёмный труд, их либо просто "муниципализировали", либо высылали в соседний регион, дабы нарушить местные связи.
Касаемо Ананьева, мне кажется всё очевидным. Ермил Осипович вернулся из ссылки в 1941, в 1943 умер в возрасте 93 лет. Теперь несколько деталей. Жена Ананьева еще до его ареста переехала из Кобякова, где они и жили, в Сасово к зятю Клягину, туда же вернулся из ссылки сам Ермил Осипович. Я сразу скажу, позже поймёте, почему — домов в Сасове у него НЕ БЫЛО.
А вот теперь возвращаюсь к муниципализированным строениям. В 1925 в Губисполком поступила жалоба-прошение от купца Ананьева. В 1918, потом в 1923 и 1924 он предоставил свой дом по договору аренды Райпотребсоюзу, здание занимали разные кооперативные организации. И вдруг в 1923 его включили в списки на муниципализацию. Просит вычеркнуть. Губисполком принял решение вычеркнуть, но буквально через неделю решение это отменил.
И самым интересным оказалось пояснение Уисполкома 1926 года. Купец заключал договоры с ВИКом, а уже с 1921 все строения находились на учете Отделения Местного Хозяйства (странно, что не сократили), договоры с 1917 по 1921 не имеют силы (надо посмотреть законодательство, почему) и ремуниципализировать никак нельзя, ибо все возмутятся и...
Дом Ананьева является одним из лучших в Сасове по качеству строения и размерам, до революции стоил 10 тыс. руб., с 1918 его занимал Райпотребсоюз, а потом и по настоящее время Госбанк, на устройство под нужды которого затрачены значительные средства.
Ананьев же крупный торговец как до революции, так и в настоящее время, нэпман, лишенный с 1918 права голоса, имеет еще один дом, стоимость которого 5-6 тыс руб. Ну, и имя купца Ананьева, которому принадлежало здание нынешней налоговой и еще один хороший дом (в котором были мед школа, детская библиотека, ПНД?) ФИЛИПП ФЕДОСЕЕВИЧ.
Сасовская историография, таким образов, свалила в одну кучу двух разных купцов-однофамильцев. Они точно не родственники, внучка Ермила Осиповича говорила в своих воспоминаниях, что был еще один купец Ананьев в Сасове, но на это не обратили внимание.
Прояснился один вопрос — улица называется Банковской, и скорее всего так названа в советское время, потому что на ней стоял банк. Появилось "десять":
Что располагалось в здании между банком и гостиницей?. Известно, что какое-то время (какое?) там был ревком (когда? всё ли здание занимал?), что оттуда отправляли заключенных по этапу (в каких годах?).
Когда к зданию сделали пристройку?
В 50-е, до устройства пл.Ленина сквер перед зданием был чем-то вроде площади, на Новый год именно там ставили ёлку, вокруг которой заливали каток. Что тогда было в здании?
Между гостиницей и налоговой дом пустовал?
Крупный торговец купец Ананьев Филипп Федосеевич чем торговал и где, какова его судьба?
Боюсь, что большинство вопросов останется риторическими.
Еще одно интересное наблюдение. Один из общественных сараев, как общественный муниципализирован под склад театра (1923 год, никакого дома Соцкульта не было и в проекте). Получается, в Сасове все же был театр, и скорее всего на Театральной улице, ну, не давали названия просто так, по велению левой пятки.
Документ плохо читаемый, пока не до конца его расшифровала, но надеюсь приехать в конце апреля с полным списком, надеюсь на помощь дорогих моих земляков, хотя бы заинтересованных в локализации более 100 сасовских строений.
P.S. Утрамот — Уездный Транспортно-материальный отдел. Организованы в марте-апреле 1919 как транспортно-гужевые, в мае переименованы в транспортно-материальные. Занимались перевозками, учётом складских помещений, распределением их по предприятиям и учреждениям, учётом бесхозного имущества, ремонтом и содержанием дорог и др. С октября 1923 года утрамоты вошли в состав общих отделов Уисполкомов