Когда-то давным-давно, в конце 19-го века, в сибирском городе Томске жил-был ничем не примечательный писарь — Захарий Цибульский. Ходил на службу, водил перышком по бумагам и ничем особенным не выделялся. Но однажды улыбнулась ему удача. Бросила на него свой пламенный взгляд купеческая дочка, да так и не смогла отвести. Статен был Захарий и хорош собой. Упала Феся папеньке в колени: «Пожени нас, родной! Жить без милого не могу». Куда папеньке деваться? Поженил.
Так Захарий из мещанского сословия быстро перекочевал в купеческое. Парень оказался хватким: за что ни возьмется — все горит в руках. Хороший зять вышел, толковый. Папенька не нарадуется.
А тут слух прошел, что в сибирской глуши, где-то в районе маленькой и ничем не примечательной деревни Чебаки, золото находят. Долго Цибульский не думал, снарядил туда экспедицию. Слухи подтвердились. Чебаки сибирским Клондайком сделались. Захарий купил сначала одно месторождение, потом другое. Дела шли все лучше и лучше. Деревня из маленькой и захудалой (31 двор и 212 жителей) выросла до большого оживленного села с населением в 1200 человек.
Захарий — теперь уже господин золотопромышленник — развернулся не на шутку. Решил он в Чебаках, поближе к приискам, свою резиденцию открыть. Позвал архитектора из Томска, и тот за пару-тройку лет возвел особняк-теремок красоты невиданной в этих местах. Поставил его на горке при въезде в деревню. Украсил наличниками резными в сибирском стиле, стены срубил из лиственницы, которая со временем только тверже становится. Разбил сад, а для диковинных растений выстроил оранжерею, где в сибирском климате чудесным образом вызревали персики, виноград и даже апельсины.
В доме было три уровня: первый — для прислуги и хозяйственных нужд, второй и третий — для семьи и гостей. Гостей возил много и часто. Да и те ехали с большой охотой. Было на что посмотреть и чем заняться. В одном из залов поставил Захарий бильярдный стол — забаву для мужчин, а в парадной — пианино фирмы «Беккер». На усадьбе — огромная конюшня и еще много чего настроил. Шик да блеск! И зазвучала музыка в теремке: дамы в пышных бальных платьях и кавалеры во фраках чинно вальсировали под Шопена, Бетховена, Чайковского.
А какое богатое угощение было! Реки в то время изобиловали рыбой царских пород, по тайге бегали стада зверя непуганного, в садах-огородах росли помидоры с человеческую голову, огурцы и всякие другие диковинные овощи. Жизнь била ключом.
Но не забывал Захарий и про страну-матушку. Щедрым меценатом был. Для сельских прихожан церковь построил, школу открыл. Деньги на медицину и другие полезные дела выделял.
Жаль, прожил не очень долго. Покинул этот мир в 65 лет. А терем со всем хозяйством передал своему верному управляющему и зятю — Ивану Иваницкому. Видел он в нем достойного преемника своих дел и не ошибся.
Иван бережно хранил традиции Захария. Хозяйствовал рачительно, берег нажитое и всячески приумножал его. Женился, народил 8 детей: 7 дочерей и всего одного сына — Константина, которому и передал дом по наследству. Константин оказался не в папу. Захотел он царствовать широко и привольно. Деньги швырял направо и налево. Купил два дома в обеих столицах — Москве и Санкт-Петербурге. Огромные доходы с трудом покрывали такие же огромные затраты. И неизвестно, чем бы эта разгульная жизнь закончилась, не случись революция в 1917-м!
Тут уж не до праздников да балов! Сгреб Константин золотишко, сколько смог унести, и подался через Монголию в Харбин. Там какое-то время пожил спокойно, но отыскали его советские чекисты. Знали, что где-то в тайге он спрятал клад, где золота не на одну деревню хватит. Что тут было делать? Указал Константин место, где клад зарыт, откупился золотом. А дом-теремок передал советской власти. Правда, они его и сами взяли, без его разрешения.
В Харбине же в 1935 году и окончил свой жизненный путь Константин Иваницкий.
А дом так и сохранил свое название до сих пор: Дом Иваницкого.
В советское время царское наследие не ценилось никак. Наоборот, «мы наш, мы новый мир построим». Вот и «строили».
В доме-теремке сначала, по легенде, Аркадий Гайдар (Голиков) какие-то заседания штаба проводил во времена Гражданской войны. И о том лихом времени даже фильм сняли — «Конец императора тайги» называется. О том, как партизаны гонялись по тайге за бандитами за золотом. В мирное время дом отдали под школу, потом под детский дом.
У сказочного теремка оказался совсем не сказочный конец. Сейчас стоит этот дворец, медленно разрушаясь и приходя в запустение, всеми забытый. И только редкие туристы приезжают посмотреть на старинное село Чебаки, что неподалеку, да и на дом тоже.
Деревня совсем захирела, и живет там сейчас человек 100–200.
У меня к этому месту свое трепетное отношение. Здесь жил мой папа, даже недолгое время работал в том детском доме. Давным-давно, в детстве, я приезжала в эту деревню, там тогда жила моя бабушка — папина мама. И я помню широкую улицу с обычными деревенскими домами по сторонам, а в начале, на пригорке — большой дом-терем!
Обязательно съезжу туда еще раз, летом.
Вот такая сказка-быль. От процветания к полному запустению! А жаль!