У DIY-рынка сейчас не тот кризис, который виден по одной громкой цифре. Продажи проседают умеренно, но сама модель большого офлайна стала заметно жестче к ошибкам: слабый спрос, дорогие деньги и более осторожный покупатель быстро превращают лишние метры, лишний запас и слабую точку в проблему для маржи. Поэтому сокращение магазинов в DIY — это не просто реакция на плохой сезон, а сигнал, что рынок начал жить по другой экономике.
DIY-ритейл долго держался на простой логике: чем шире сеть, тем устойчивее бизнес. Больше точек — больше охват, выше продажи, лучше позиции перед поставщиками. Но теперь эта формула перестает работать как раньше. На рынке товаров для ремонта и дома магазин уже не считается активом по умолчанию: он должен подтверждать свою полезность оборотом, маржой и нормальной нагрузкой на цепочку поставок.
Именно поэтому закрытие магазинов в DIY стоит читать не как частную новость про несколько сетей, а как более широкий сдвиг. «Строительный Двор» по итогам 2025 года сократил сеть на 23%, до 322 объектов, закрыв 98 точек. Бывшая OBI, работающая под брендом «Дом Лента», сократила число гипермаркетов на 12%, до 23. У «Максидома» сеть тоже уменьшилась, а последний объект Castorama был закрыт. Важно здесь не только количество закрытий. Важнее то, что под давление попали и малые форматы, и гипермаркеты. Значит, проблема не в одном неудачном формате, а в самой прежней логике офлайн-роста.
При этом рынок не обрушился в классическом смысле. Совокупные продажи DIY-ритейлеров по итогам 2025 года снизились на 2% и составили 1,15 трлн рублей. Выручка «Лемана Про» сократилась на 6%, до 550 млрд рублей, а совокупная выручка трех операционных компаний бывшей OBI — на 10%, до 25,2 млрд рублей. Это не выглядит как паника. Но для ритейла опасен не только сам спад, а другое: спрос становится менее глубоким и менее предсказуемым. А именно на предсказуемости держатся закупки, запасы и распределение товара по сети.
Один из ключевых источников давления — жилье. В 2025 году в России началось строительство 41,3 млн кв. м нового жилья, что на 12% меньше, чем годом ранее. Для DIY это важный сигнал: новый ввод жилья формирует заметную часть спроса на отделочные материалы и товары для ремонта. Когда этот поток сужается, ритейлер теряет не только объем, но и привычную опору для планирования. Рост цен на стройматериалы, дорогие кредиты и замедление роста доходов делают картину еще жестче.
Покупатель тоже изменился. Он не ушел с рынка, но стал вести себя иначе: ремонт чаще разбивается на этапы, решения откладываются, бюджеты ужимаются. В 2025 году количество покупок товаров для строительства и ремонта выросло лишь на 1%, тогда как медианная цена поднялась до 9597 рублей. В сегменте товаров для дома число покупок снизилось на 3%, а медианная цена сократилась на 2%, до 3403 рублей. Для бизнеса это означает неприятную вещь: спрос становится менее равномерным, а покупка — менее комплексной. Человек все чаще берет отдельные категории вместо полного набора. Для сети это означает хуже прогнозируемый поток и более нервную работу с ассортиментом.
И вот здесь начинается главное. Проблема DIY сейчас не сводится к тому, что продажи слегка просели. Проблема в том, что офлайн-модель стала заметно дороже при слабом обороте. Аренда, операционные расходы, логистика и стоимость финансирования формируют жесткую базу затрат, которая не уменьшается пропорционально снижению продаж. В такой конструкции слабые точки быстро теряют рентабельность и начинают тянуть вниз всю сеть. Малые форматы страдают из-за падения частоты покупок. Гипермаркеты — из-за высокой стоимости содержания и более медленной оборачиваемости. В обоих случаях вопрос уже не в том, сколько у сети объектов, а в том, какую экономику дает каждый из них.
Отсюда и новый смысл сокращения сети. DIY постепенно перестает быть бизнесом квадратных метров. Он становится бизнесом оборачиваемости, точности и управляемого товарного потока. География присутствия больше не выглядит преимуществом сама по себе, если не подкреплена нормальной экономикой точки. Магазин теперь — это не символ масштаба, а операционный узел, который либо подтверждает свою эффективность, либо создает издержки.
Для логистики это означает не упрощение, а, скорее, усложнение задачи. Когда сеть сокращается, потоки концентрируются, оставшиеся объекты берут на себя больший объем, а требования к точности распределения только растут. Закрытие малых форматов уменьшает локальный ассортимент. Закрытие гипермаркетов повышает нагрузку на те точки, которые остаются, и расширяет их зону обслуживания. Ошибка в запасах в такой системе становится заметно дороже: лишний товар замораживает капитал и увеличивает складские издержки, а недопоставка бьет по продажам именно там, где сеть теперь пытается удержать оборот. Поэтому логистика в DIY все больше становится инструментом управления маржой, а не просто функцией перемещения товара.
То же самое происходит с ассортиментом и закупками. При слабом и менее ровном спросе широкая матрица уже не выглядит безусловным преимуществом. Она может увеличивать нагрузку на склад и ухудшать оборачиваемость. Поэтому в центре внимания оказывается не общий объем запасов, а их качество: какие категории действительно формируют денежный поток, а какие только занимают место и съедают экономику. Отсюда более жесткий контроль SKU с низкой оборачиваемостью, отказ от избыточных объемов и смещение в сторону более частого и точного пополнения. Для закупок ошибка теперь быстрее превращается в прямую финансовую нагрузку.
Этот сдвиг бьет не только по самим сетям. Поставщики получают перераспределение объемов и более жесткие требования к срокам и точности исполнения. Логистические операторы сталкиваются с новой структурой заказов и изменением маршрутов. Арендодатели теряют арендаторов, которые еще недавно казались стабильными. Особенно чувствителен спад в B2B-сегменте: профессиональные клиенты дают крупные и регулярные закупки, а значит, более предсказуемую загрузку цепочки поставок. Когда этот сегмент слабеет, ухудшается и оборачиваемость, и качество планирования.
При этом рынок не идет по одному сценарию. Часть игроков сокращает сеть и концентрируется на прибыльных точках. Другая делает ставку на внутреннюю эффективность. Показателен пример «Лемана Про»: компания сообщила о росте базы розничных клиентов более чем на 2% и увеличении операционной прибыли более чем на 20%. Это не отменяет давления на рынок, но показывает важную вещь: в нынешней фазе устойчивость определяется уже не одним масштабом, а качеством управления. Иными словами, вопрос для DIY сейчас не в том, расти или сокращаться. Вопрос в том, какая модель сети выдерживает слабый и менее предсказуемый спрос без потери экономики.
Для деловой аудитории в этой истории важен вполне прикладной вывод. DIY одним из самых наглядных способов показывает, что рынок перестает прощать путаницу между масштабом и эффективностью. Когда спрос осторожнее, деньги дороже, а планирование слабее, лишний магазин, лишний запас и лишняя сложность в сети перестают быть запасом прочности. Они становятся прямой нагрузкой на маржу. И именно поэтому нынешнее сокращение магазинов стоит воспринимать не как локальную реакцию ритейлеров, а как признак того, что офлайн в DIY входит в фазу более жесткой операционной дисциплины.