Филипп Киркоров снова сделал это. Он нашел способ совместить христианский пост с постом в Instagram, а святость — со стоимостью чека. В прошлом году был кулич за сто тысяч рублей. В этом году — тоже. Прогресс не зафиксирован, потому что за год так и не появилось ничего дороже. Дизайнер Симачёв испек, Филипп сфотографировал, публика удивилась.
Сам праздник Пасхи, как известно, про смирение, про тихую радость, про то, что Христос воскрес, а не про то, что у меня кулич с хрустальным куполом, а у соседа — с позолотой. Но Филиппу об этом рассказывать бесполезно. Он живет в мире, где унитаз обязан быть эксклюзивным, обои — с крестами ниже пояса, а пасхальный кулич — произведением дизайнерской мысли за цену подержанной иномарки.
Это не вера. Это демонстрация платежеспособности.
Я помню, как несколько лет назад Киркоров выгуливал джинсы с православными крестами на задних карманах. Тогда тоже был скандал. Люди возмущались: как можно, крест — это святое, это на теле носить, а не… ну, вы понимаете, где. Филипп тогда отшутился. Сказал, что это дизайн, что так модно, что все в Европе так ходят. Во-первых, не все. Во-вторых, мы не в Европе. И если уж ты публично ставишь свечки в храме Христа Спасителя и строишь часовню на своей даче, то давай тогда без джинсов с крестами на пятой точке.
Но нет. Филипп хочет всего и сразу. Хочет считаться глубоко верующим человеком. Хочет, чтобы его показывали по телевизору в праздничные дни. И одновременно хочет, чтобы вся страна знала: его кулич стоит бешеных денег. Причем не просто стоит, а он этим гордится.
И снова мы ведём речь про систему координат, в которой живет российский шоу-бизнес. Там все измеряется в деньгах. Подарок — не потому что приятно, а потому что дорого. Отдых — не потому что хочется на море, а потому что на Мальдивах и в пятизвездочном отеле. Ресторан — не потому что вкусно, а потому что закрытый клуб и вход по спискам.
И вот Пасха. Светлое Христово Воскресение. День, когда даже самые зашоренные люди вспоминают о душе. А Филипп вспоминает о своем дизайнере. И выкладывает кулич в сторис. С подписью, которая должна означать «ой, ну надо же, какой дорогой», а означает ровно одно: «Смотрите, какой я богатый. Даже Богу я приношу лучшее. Потому что могу».
Это подмена понятий. Христос воскрес не для того, чтобы Симачёв заработал на хрустальном куполе. И смысл Пасхи — не в том, чтобы поразить соседа дороговизной кулича. Смысл — в том, чтобы испечь его своими руками, пусть кривыми, пусть из простых продуктов, но с мыслью о близких, с тихой радостью, с осознанием того, что жизнь победила смерть. А не то, что чек победил разум.
Я вспоминаю другого персонажа. Лолиту. Она тоже любит эпатировать публику. Тоже выкладывает откровенные фото в церковных интерьерах. Тоже говорит, что она верующая. И когда ей замечают, что платье на голое тело и крест на голой груди — это немного не то, что имели в виду апостолы, она обижается. Говорит, что не вам судить. И в чём-то права. Судить действительно не нам. Но замечать — можно.
Замечать, что человек надел крест как украшение. Как ещё один аксессуар. Как браслет от Картье или часы от Ролекса. Это не защита от зла, это демонстрация статуса. И когда такие же люди показывают кулич за сто тысяч, они делают ровно то же самое. Они превращают религию в элемент люксового гардероба. В набор галочек: храм построил — есть, иконы купил — есть, кулич за сто тысяч — есть.
А где душа? Где та самая внутренняя работа, о которой говорят священники в Страстную пятницу? Где осознание того, что Христос умирал за грехи человечества, а не за то, чтобы Филипп Киркоров красовался перед камерами? Её нет. Её заменили на хрустальный купол.
Можно сказать, что я придираюсь. Что человек заработал — пусть тратит. Что кулич — это просто кулич, и нечего искать сакральный смысл в выпечке. Но это не так. Пасха — это не Новый год. Это не повод нарядить ёлку и подарить подарки. Это повод остановиться. Подумать. Вспомнить, кто ты есть на самом деле. Не в инстаграмной версии, не в телевизионной картинке, а в тишине собственной комнаты.
И если в этой тишине ты понимаешь, что тебе жизненно необходимо, чтобы все узнали, какой у тебя дорогой кулич, — значит, в этой тишине пусто. Там нет Бога. Там есть только Филипп и его отражение в хрустальном куполе. И отражение это, надо сказать, довольно унылое. Потому что настоящая вера не кричит о себе. Она не требует дизайнера. Она не стоит сто тысяч рублей. Она стоит ровно столько, сколько ты готов вложить в свою душу. А Филипп, судя по всему, вложил всё в гардеробную и забыл про остальное.
Вопрос к тем, кто сейчас возмущённо пишет в комментариях: «А вам какое дело? Он же не украл, он свои деньги потратил». Вы правы. Не украл. И не потратил — их потратили на него. Но вопрос не в деньгах. Вопрос в том, почему человек, который может себе позволить любой кулич в мире, выбирает тот, который нужно немедленно показать миру. Почему ему мало испечь простой кулич и порадоваться в кругу семьи? Почему ему обязательно нужно, чтобы мы все знали, что у него — самый дорогой?
Может быть, потому, что внутри у него пустота размером с хрустальный купол? И он пытается заполнить её золотом, эксклюзивом и вниманием? Но золото не греет душу. А хрусталь, как известно, бьётся. И очень больно потом собирать осколки.
Христос воскрес. И это действительно великое событие. Но для некоторых, видимо, главное чудо Пасхи — это то, что их кулич оказался дороже, чем у соседа по цеху. Чудо, которого не было в Евангелии. Зато в изобилии представлено в Instagram. Филипп, вы там это вообще слышите? Или хрустальный купол слишком сильно отражает звук?
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: