12 апреля 1961 года человечество впервые отправило одного из своих в космос. Официальная версия проста и красива: советский лётчик Юрий Гагарин блестяще выполнил задание и вернулся героем. Всё это правда.
Но правда и то, что за 106 минут полёта он как минимум трижды был на волосок от гибели, солгал на пресс-конференции по приказу сверху, а после триумфа потерял доступ к своему любимому делу - полётам, ибо летать ему запретили.
Эти подробности рассекречивали десятилетиями. Сегодня — самое время о них рассказать.
Вероятность гибели Гагарина - 43%
На космодроме Байконур 12 апреля 1961 года было записано три предстартовых обращения к советскому народу: об успехе, об экстренной посадке и поисках космонавта — и о катастрофе. Всё это происходило на фоне вполне конкретных расчётов: специалисты оценивали вероятность успешного завершения полёта в 57%.
Вы только вдумайтесь в эти цифры! 43%, что полёт пойдет не так (а это почти гарантировано означала гибель космонавта).
Гагарин знал эти цифры. Он написал прощальное письмо жене, записал обращение к народу — и сел в корабль.
Двадцать семь лет, 108 минут полёта, почти каждые десять минут — новая нештатная ситуация. Он не был роботом без страха: он был человеком, который всё это взвесил и всё равно сказал «поехали».
И ведь не испугался - полетел! И открыл для человечества космос.
Отец считал полёт в космос выдумкой
Отец Гагарина узнал о полёте сына одним из последних. И рассказал ему об этом...паромщик.
Пока весь Советский Союз в слезах обнимался на улицах, отец первого космонавта Земли узнавал новости привычным способом — от местных.
Паромщик сообщил ему, что майор Гагарин только что облетел Землю, не его ли это, мол, сын. Отец отмахнулся:
«Какой ещё сын? Выдумал — сын! Майор, говоришь? А мой в старших лейтенантах ходит, и до майора ему ещё хленосать и хленосать».
Он был прав — утром сын улетал лейтенантом. Что за те же несколько часов его произведут в майора, минуя капитана, отец, разумеется, не знал.
Не знал он и вообще ничего о полёте — подготовка шла в условиях строжайшей секретности, семье не сообщили ни слова.
Три причины, почему выбрали Гагарина, а не Титова
К весне 1961 года в финал отбора вышли двое: Юрий Гагарин и Герман Титов. Оба молодые, оба первоклассные лётчики. Но выбрать нужно было одного, и комиссия мучилась. По физической подготовке и техническим знаниям Титов, пожалуй, даже превосходил конкурента. Это-то его и подвело: Титова решили поберечь для более сложного, суточного полёта.
Гагарин выиграл по трём неформальным счётам.
Первый — биография. Отец-плотник, мать-доярка, землянка вместо дома во время Великой Отечественной. Идеальная «советская мечта»: простой парень из народа покоряет звёзды.
Отец Титова был сельским учителем литературы — интеллигент, и даже сына назвал Германом в честь пушкинского персонажа. Советские чиновники решили, что для мировой пропаганды такой герой не годился.
Вторая причина - Гагарин оказался честным. На одном из испытаний космонавтам тайно ввели препарат, вызывавший головную боль. Врачи спросили о самочувствии. Все, боясь отстранения, бодро отрапортовали «отлично». Один Гагарин сказал как есть: «Голова раскалывается, но я готов продолжать». Королёву нужен был человек, который в нештатной ситуации на орбите доложит правду, а не будет геройствовать в пустоту. Гагарин подошёл.
И, наконец, та самая улыбка. Сергей Королёв понимал: первый космонавт станет лицом планеты. Титов был умён, чуть саркастичен, держал дистанцию. Гагарин обезоруживал всех с первой минуты — открытым взглядом и улыбкой, которую невозможно было сыграть. Нашей стране был очень нужен харизматик, чтобы люди прониклись к нему максимально, а не только к его геройскому успеху.
Выбор был сделан. Герман Титов стал вторым советским космонавтом, а Гагарин — лицом эпохи.
Но сначала предстояло залезть в капсулу.
Металлический шар размером со шкаф
Спускаемый аппарат «Востока» — шар диаметром 2,3 метра снаружи. Звучит терпимо, пока не узнаёшь, что внутри: толстая теплозащита, баллоны с кислородом, приборные панели и массивное катапультное кресло съедали почти всё пространство. Свободного объёма оставалось около 1,6 кубического метра — примерно как в барабане большой стиральной машины. Повернуться, встать — невозможно.
Королёв выставил жёсткие требования к кандидатам: рост не выше 170 см, вес не больше 72 кг. Рослых широкоплечих лётчиков отсеивали сразу. Рост Гагарина — по разным документам от 157 до 165 см — сделал его идеальным пазлом для этой тесной кабины. Физический «недостаток», из-за которого его едва не отчислили из лётного училища, обернулся главным преимуществом. Ещё раньше, в училище, он просто подкладывал под себя подушку на сиденье самолёта — чтобы видеть взлётную полосу под нужным углом. Проблема решена, карьера спасена.
В этот металлический шар 12 апреля 1961 года в 9 часов 07 минут по московскому времени он и отправился в историю.
Пассажир на автопилоте
Вот деталь, которую долго обходили стороной: весь полёт «Восток-1» шёл в автоматическом режиме. Гагарин не управлял кораблём. Технически он был наблюдателем — обязан смотреть, запоминать и докладывать. Советские психологи не знали точно, как человек поведёт себя в длительной невесомости, и допускали: вдруг потеряет рассудок и захочет всё делать вручную?
На случай безумия цифровой код ручного управления спрятали в запечатанный конверт. Перед стартом ведущий конструктор Олег Ивановский подошёл к Гагарину с этим кодом. Юрий посмотрел на него и спокойно сказал: «Я знаю». Королёв уже шепнул ему заранее. Это и было негласным актом доверия — самым главным перед стартом.
Что он увидел в иллюминаторе
Когда «Восток» вышел на орбиту, Гагарин стал первым человеком, увидевшим Землю из космоса. Карандаш для записей в бортовой журнал он не привязал, и тот сразу уплыл от него в невесомости. Часть наблюдений пришлось надиктовывать на магнитофон.
Больше всего его поразил горизонт. В докладе после полёта он описывал это почти поэтически: сначала светло-синий, потом синий, тёмно-синий, фиолетовый — и совершенно чёрный фон.
— «Вижу горизонт, горизонт Земли выплывает…».
— «Небо черное, и по краю Земли, по краю горизонта такой красивый голубой ореол…».
Звёзды в космосе оказались не мерцающими, как с Земли, а поразительно чёткими, как гвозди, вбитые в чёрный бархат.
Глядя вниз, он видел облака, горные хребты, тени от облаков на поверхности планеты. «Красота-то какая!» — вырвалось у него.
Психологи опасались, что открытый космос вгонит человека в ужас или панику. Гагарин испытал восторг. Но восторг длился ровно до момента, когда корабль начал тормозить.
Мир остановился на 106 минут
Когда голос Левитана зачитал сообщение ТАСС, Москва вышла на улицы. Это был не организованный митинг — стихийный выплеск счастья. Люди плакали, обнимались, выбегали из домов. На Красной площади появились рукописные плакаты: «Чур, я второй!» По накалу эмоций очевидцы сравнивали этот день только с 9 мая 1945 года.
В Вашингтоне была глубокая ночь. Президенту Кеннеди доложили о полёте перед рассветом.
США испытали шок — СССР снова их обошёл, как и со спутником в 1957-м. Кеннеди публично признал величие советского достижения и отправил Хрущёву поздравительную телеграмму.
В июле 1961 года Гагарин приехал в Лондон. Королева Елизавета II нарушила дворцовый этикет и первой попросила сфотографироваться с ним — прецедент беспрецедентный. По улицам его везли на Rolls-Royce с номером YG-1: «Юрий Гагарин — первый». Несмотря на дождь и разгар летних отпусков, все тротуары по маршруту были забиты людьми.
За следующие годы он побывал в 29 странах, объехал 258 городов и посёлков. Одновременно дома его сажали в золотую клетку.
Почему Гагарину запретили летать
После триумфа партийное руководство приняло решение: Гагарин — символ СССР, рисковать им нельзя. Ему запретили полёты в космос.
Запретили самостоятельно пилотировать истребители. Вместо тренировок — бесконечные приёмы, банкеты, зарубежные турне. Везде предлагали выпить, отказаться было неловко. Он начал набирать вес, появились эпизоды депрессии. Однажды, спасаясь от назойливого внимания в санатории в Форосе, он неудачно спрыгнул с балкона — разбил лицо, шрам над бровью остался на всю жизнь.
В 1967 году на новом корабле «Союз-1» полетел Владимир Комаров. Гагарин был официальным дублёром и до последнего умолял руководство отправить его вместо друга — он знал, что корабль сырой. Комаров погиб при посадке. Гагарин тяжело переживал эту смерть. А власти же окончательно убедились - полеты в космос очень опасны и рисковать Гагариным нельзя. И ужесточили запреты.
Только в конце 1967-го он с боем добился права вернуться к лётной практике. Коллеги вспоминают, что счастливее его в те месяцы не было человека. 27 марта 1968 года, выполняя учебный полёт на МиГ-15УТИ, он погиб. Ему было 34 года. Причины катастрофы официально так и не установлены — 29 томов расследования до сих пор засекречены.
Жареная картошка и спорткар в гараже
После полёта Гагарин обедал с королевой Великобритании, с президентами и премьерами. Но в еде он до конца жизни оставался деревенским парнем. Любил жареную картошку, наваристый борщ, домашние соленья и мясо жареное — то, что готовила Валентина. Чай пил с большим количеством сахара. К изысканным деликатесам был совершенно равнодушен.
Зато автомобили — это была настоящая страсть. Ему подарили «Волгу» ГАЗ-21, и он был доволен. Но однажды во время визита во Францию на заводе аэрокосмической техники он застыл перед спортивным Matra Djet — небесно-голубым двухместным купе, которое в СССР выглядело бы как НЛО. Французы заметили взгляд и потом прислали машину в Москву в подарок. Гагарин прокатился пару раз — и загнал в гараж. Югославские журналисты уже успели написать про «западный шик», и он решил не дразнить народ. Ездил на привычной «Волге». Голубой спорткар так и простоял.
Скорость он искал на воде. Водные лыжи стали его главным увлечением после того, как запретили летать, — гонял по Волге и в Крыму часами. В 1964 году добился создания Всесоюзной федерации воднолыжного спорта и стал её первым председателем. А дома собирал кактусы и держал настоящий мини-зоопарк: собаки, попугай, однажды притащил косулю, которую подобрал на охоте. Пока не пристроил её в хорошие руки, косуля жила на балконе. Попугай при первом удобном случае клюнул хозяина в нос.
При всём этом домашнем беспорядке — идеальные стрелки на брюках, сверкающая обувь и фуражка с лёгким пижонским наклоном. Феноменальная память на имена: запоминал людей после одной встречи, при следующей здоровался по имени-отчеству. Такое не забывается.
Рюмка с водой
Главной бедой после полёта стали банкеты. Каждый чиновник, каждый иностранный гость считал делом чести выпить с Гагариным. Отказываться было нельзя — обидятся. Юрий Алексеевич это понимал и выработал тактику: просил наливать в рюмку воду вместо водки, чокался, делал вид, что пьёт, и незаметно ставил на стол. Годами держался. Но не всегда получалось.
Потом поступил еще хитрее. У Гагарина была особая рюмка с двойным дном, сделанная на заказ, чтобы он мог формально «пить за компанию», но не пьянея. В такую рюмку наливали водку, которая оставалась в нижнем слое, а с виду стопка выглядела почти пустой.
«Прилипала», «Профессор» и письмо без пафоса
С Валентиной они познакомились в Оренбурге на танцах. Курсант в форме, она — в простом голубом платье. Юрий ей поначалу не особенно понравился: невысокий, голова кажется большой, уши торчат. Но он был настойчив. Сказал: «До следующих выходных. Пойдём на лыжах». Она не смогла отказать.
Валентина была человеком тихим, домашним, закрытым. Мировая слава мужа обрушилась на неё как стихийное бедствие. После апреля 1961 года его дома почти не было — бесконечные турне, визиты, делегации. Когда он возвращался, квартира в Звёздном городке превращалась в проходной двор: журналисты, иностранцы, коллеги. Ссорились из-за его безотказности: он не умел говорить «нет» ни начальству, ни друзьям.
С дочерьми он был другим человеком. Галю называл «Прилипала» — та не слезала с его рук. Лену — «Профессор»: серьёзная не по возрасту. Когда он был дома, утренняя зарядка становилась обязательной для всех: будил девочек, стягивая одеяло и щекоча, потом все вместе делали упражнения. Сам мастерил им игрушки, читал сказки, таскал на плечах.
За два дня до старта он написал Валентине письмо — на случай, если не вернётся. Без пафоса, очень лично: «В технику я верю полностью… Но бывает ведь, что на ровном месте человек падает и ломает шею. Валюша, я тебя прошу, если что случится, не убивайся с горя... Береги наших девочек, вырасти из них не белоручек, а настоящих людей. Ну а свою личную жизнь устраивай, как подскажет тебе совесть. Никаких обязательств я на тебя не накладываю». Валентина прочитала это письмо в марте 1968 года — когда он разбился.
Одну просьбу она не выполнила: замуж больше не вышла, прожила в той же квартире ещё 52 года и умерла в марте 2020-го в возрасте 84 лет.
Гагарин рискнул с вероятностью смерти в 43%, чтобы увидеть горизонт, которого до него не видел никто. И вернулся в мир, где самым опасным стал не космос, а собственный статус.
Парадокс в том, что космос оказался не самым страшным местом. Самое сложное — это вернуться обратно и жить, как раньше.
Человек, который первым увидел Землю целиком, вернулся в мир, где ему уже нельзя было жить по прежнему. Слишком ценный, слишком символ, слишком «наш». Его берегли так, что в итоге лишили того, что делало его им самим.
И это странная логика человечества: мы обожаем героев, но почти всегда отнимаем у них свободу, загоняем в наши рамки. Под аплодисменты, с цветами, из лучших побуждений.