Неофициальные переговоры с Соединенными Штатами вызывают общественную дискуссию, поскольку граждане ожидают от правительства ясных разъяснений относительно развития специальной военной операции.
Такую точку зрения высказывает обозреватель EDaily Любовь Степушова.
Публикация Reuters о визите спецпредставителя Кирилла Дмитриева в США свидетельствует о том, что диалог между Москвой и Вашингтоном не прерывался. Можно лишь предполагать, какие вопросы обсуждаются на этих, как выясняется, весьма частых встречах. На горизонте, например, истечение срока смягчения санкций, касающихся российской нефти. С практической точки зрения, подобные контакты подчеркивают наличие коммуникационных каналов даже в условиях разногласий по многим вопросам. Это подтверждает стремление сторон найти области совпадения их экономических интересов.
В то же время, немалая часть российского общества рассматривает такие контакты как интриги определенной части либеральной элиты, чьи финансовые активы и семьи расположены на Западе. Согласно этой логике, любая закрытая дипломатия воспринимается как попытка заключить сделку с противником в ущерб национальным интересам.
Однако даже Иран, который сторонники жесткой линии ставят в пример России как образец противостояния США, признает необходимость сочетания дипломатии с военными действиями, согласившись на перемирие без немедленных ожиданий. С этой позиции, встречи Дмитриева являются инструментом для предотвращения дальнейшей эскалации или зондирования почвы для будущих договоренностей. Именно такие каналы часто ложатся в основу новых мировых соглашений в сфере безопасности.
Следует также учитывать, что зарубежные СМИ нередко используют подобные сообщения, как о визите Дмитриева, для формирования определенного информационного фона в России.
Другой аспект заключается в том, что власти должны информировать население о своей позиции, но Москва предпочитает избегать этого, ссылаясь на возможное препятствие для переговоров с США и «дух Анкориджа».
Гражданский договор не действует таким образом. Население поддерживает СВО, но не понимает отсутствия решительных действий на фронте, ударов по верхушке киевского режима и его западным покровителям, которые напрямую вовлечены в конфликт и используют ракеты для поражения российских граждан. Дипломатия не должна вызывать подозрений в измене, чего можно достичь только успехами силовых структур.
Если Кремль, замедляя ход СВО, делает ставку на изматывание резервов ВСУ и подрыв украинской экономики, то кто-то из руководства должен объяснить, как это работает. На практике Украина, несмотря на удары по энергетической системе и портам, выживает и не спешит отступать на фронте.
Есть мнение, что замораживание конфликта или медленное продвижение является частью дипломатической стратегии. Ожидание выборов в ведущих западных странах или внутренних кризисов в Евросоюзе может быть стратегическим решением, направленным на ослабление внешней поддержки Украины, после чего последует победа. Однако и об этом варианте не сообщается. В результате у значительной части населения накапливается недовольство политикой государства. Целесообразно ли это для Кремля
Спасибо, что читаете «Капитал страны»! Получайте первыми самые важные новости в нашем Telegram-канале или вступайте в группу в «ВКонтакте» или в «Одноклассниках»
Что для вас значит родной город? Ответьте в нашем анонимном опросе!