Санкт-Петербург. 1 июля 1909 года. В реке Нева обнаруживают труп молодой девушки. На теле насчитывают десять ножевых ранений. Согласно "жёлтом билету" - паспорту проституток в Российской Империи – девушку звали Анна Блюментрост. Ей было 20 лет. В тот день этому убийству не придали значения, ещё никто не понимал, что в столице объявился свой Джек-потрошитель..
Знала ли общественность Петербурга о лондонском убийце, орудовавшим в 1888 году где-то там? Конечно, нет. Уровень распространения информации тогда был не такой, как сейчас. В России уже был Константин Сазонов - служитель Царскосельского лицея, где на тот момент учился Пушкин - он убивал с 1814 по 1816 год и на его счету 6-7 убийств, но он убивал лишь с целью наживы, т.е. был обычным разбойником. С одной стороны, он подпадает под серийника из-за количества жертв, с другой - у него нет характерной черты: жертвы не похожи друг на друга, он с ними не совершал каких-то похожих действий, а единственным мотивом убийств была нажива. О самом Джеке могли знать в сыскной полиции Российской Империи, которая в 1913 году на Международном съезде криминалистов в Швейцарии была признана лучшей в мире по раскрываемости преступлений. Это признание стало результатом деятельности Аркадия Францевича Кошко - выдающегося русского криминалиста и сыщика, который в 1894 году поступил на службу в рижскую полицию, где прошёл быстрый путь от рядового инспектора до начальника Рижской сыскной полиции. После попытки убийства рижскими революционерами, ворвавшимися в его квартиру с пистолетами, но не обнаружившими в ней Кошко, он был переведён в столицу, где был назначен заместителем начальника Петербургской сыскной полиции. В 1908 году Кошко стал начальником Московской сыскной полиции, а в 1915 году Кошко возглавил уголовный розыск всей Российской Империи. После революции 1917 года Кошко вынужденно бежал из России и переехал в Стамбул, где продолжил заниматься сыском, открыв собственное детективное агентство. На фоне сближения Ленина и президента Турции Мустафы Кемаля Ататюрка Кошко принял решение уехать во Францию, несколько лет он работал в Париже в магазине по торговле мехами. Также он трудился в газете "Иллюстрированная Россия", где писал рассказы о полицейских расследованиях. Он пользовался большим авторитетом среди криминалистов, ему предлагали работу в Англии. Однако Кошко отказался от предложения, он мечтал вернуться на родину. Он думал, что советская власть быстро падёт.. В 1926 году вышла его книга "Очерки уголовного мира царской России". В своих мемуарах Аркадий Францевич описывал свою старость как "серенькую, бесцельную никому теперь не нужную жизнь". Кошко умер 24 декабря 1928 года в Париже. В 2024 в Москве у Центрального музея МВД России ему был открыт памятник.
Но вернёмся в 1909 год. На тот момент Россия не знала о серийных убийцах, тогда и определения-то такого не было. Убийство проститутки хоть и было жестоким, но работали по нему как по обычному преступлению. Опрошенные свидетели указали, что Анна ушла с мужчиной, который был одет в не по сезону тёплое длинное пальто, был высокого роста и имел длинные руки. Поиски, естественно, ни к чему не привели. А через две недели, 14 июля 1909 года, в гостиницу "Дунай" на Лиговском проспекте пришла пара – высокий мужчина с бородой, длинными руками и в длинном пальто со спутницей. Они заселились в номер, заказали вино и конфеты. На следующее утро из номера вышел мужчина, увидел коридорного и чуть замешкавшись, развернулся к открытой двери и крикнул в номер: "Спи, Ариша!", после чего спустился вниз, расплатился за номер и попросил разбудить свою спутницу через час. Через час в номер вошла горничная и обнаружила обнажённый труп женщины. Спутницей оказалась проститутка Екатерина Герус. На её теле насчитали 20 ножевых ранений. Однако было установлено, что сначала Герус была задушена, а уже только после этого изрезана. Вскрытие показало, что убийца не вступал в половую связь с убитой. После этого убийства следствием по делу нападения на проституток руководил лично начальник петербургской сыскной полиции Владимир Филиппов. Полиция решила, что имеют дело с кем-то, кого в той или иной степени обидели проститутки и этот кто-то начал им мстить
Так они думали всего четыре дня.
24 июля служанка Зинаида Левина шла средь бела дня по улице, как из-за угла на неё выскочил неизвестный и с криком: "Смерть красавицам!", набросился на неё с ножом. На её крики сбежались люди, а длиннорукий маньяк, успев нанести только два удара ножом, скрылся. Левина выжила, а у полиции в руках оказалась первая существенная улика – нож нападавшего. А вот с версией об убийстве именно проституток пришлось распрощаться. Но что связывало три жертвы? В сыске пришли к мнению, что все три женщины имеют миловидную внешность, а также чёрные волосы. Возможно, убийца охотится на определённый типаж. Версия подтвердилась уже на следующий день. В одном из городских борделей длиннорукий убийца попытался задушить очередную темноволосую проститутку, но снова безуспешно. Девушка вырвалась и подняла крик. Однако схватить убийцу не удалось, когда в номер вломилась охрана, его уже не было – он выпрыгнул в окно второго этажа и сбежал. По описанию он полностью подходил под разыскиваемого маньяка.
У следствия появилась зацепка – нож. Нож оказался не просто ножом, такие продавали только в одной лавке Петербурга и покупали их в основном матросы. Да, это не прибавляло ясности относительно личности убийцы, но сужало круг поиска. Также было установлено, что места нападения на жертв были не дальше трёх километров от Знаменской площади, а значит, убийца проживает где-то рядом. Полиция начала обходить кабаки и трактиры в этом квадрате, расспрашивая посетителей, не видел ли кто высокого мужчину с длинными руками и бородой. Через несколько дней один из трактирных забулдыг рассказал, что видел похожего человека, мол, тот заходил в трактир несколько раз, всегда подсаживался к кому-то и за выпивкой заводил разговоры о нападениях на проституток, заявлял, что полиция никогда не найдёт убийцу, а также рассказывал, что раньше был моряком, а нынче подрабатывает перепиской документов. Убийца называл себя Вадим Кровяник и говорил, что живёт в одной дешёвой ночлежке на Полтавской улице. На вид ему было лет 20. Естественно, в той самой ночлежке никакого Вадима Кровяника не знали, но пояснили, что длиннорукий постоялец проживал, но уже давно не появлялся.
Параллельно с обходами трактиров, начальник петербургской сыскной полиции Филиппов направил запросы в другие портовые города, с целью узнать, не было ли там нападений на девушек с тёмными волосами. Вскоре из Риги и Кёнинсберга пришли ответы, что такие нападения на темноволосых проституток были. Сыщики взяли списки русских кораблей, которые в эти даты заходили в данные города, их интересовала команда каждого корабля. Списки матросов сопоставили со списком проживающих в ночлежке на Полтавской улице. И одно совпадение всё-таки было! Под подозрение попал 21-летний матрос судна "Мстислав Удалой" (к слову, у данного судна настолько интересная своя история, что об этом можно написать отдельный текст) Николай Радкевич. Капитан буксирного парохода подтвердил, что словесный портрет очень похож на Радкевича, однако сам матрос недавно уволился и не появляется в порту. Вскоре была обнаружена очередная дешёвая ночлежка, где обитал Радкевич. Полиция вломилась в его комнату, но его там не оказалось. На стене комнаты было нацарапано "Смерть красавицам!". Все сомнения отпали, Радкевич и был тем самым длинноруким убийцей.
На момент обнаружения ночлежки прошло уже чуть больше месяца с последнего нападения. Возможно, Радкевича подхлестнуло полицейское преследование, а возможно он осознал, что его всё равно в итоге поймают, так или иначе, но вечером 19 сентября 1909 года в гостиницу "Кяо" вошли двое – темноволосая проститутка Мария Будочникова и высокий мужчина с длинными руками. Портье гостиницы заподозрил нового постояльца и приказал коридорному не спускать глаз с парочки. Коридорный провёл всю ночь на стуле напротив номера, но не услышал ничего подозрительного. Под утро коридорный уснул на посту, его разбудил щелчок двери того самого номера. Радкевич пытался незаметно покинуть номер ранним утром, но увидев коридорного снова провернул свой трюк, заявив коридорному, что его спутница спит и её нужно разбудить через час. Но в этот раз ему уже не поверили, слух об убийце гулял по городу, а потому служащий гостиницы попросил открыть дверь и показать, что с девушкой всё в порядке. Радкевич сделал вид, что тянется к двери, а после резко напрыгнул на коридорного и попытался того задушить. Коридорный укусил Радкевича за палец и позвал на помощь. На крик прибежали швейцар и горничная. Втроём они скрутили убийцу и вызвали полицию. В номере на кровати лежала мёртвая голая Будочникова, на её теле насчитали 35 ножевых ранений. Рядом с телом лежала записка:
"Смерть красавицам! Деньги взяты за труд отправки на тот свет и потому, что мёртвым они не нужны. Убийца этой женщины и Герус в гостинице "Дунай”, Вадим Кровяник".
Повторюсь, тогда ещё не было знаний и понятий о серийных маньяках, психиатрия также не умела объяснять такое поведение, а потому мнения о вменяемости или невменяемости Радкевича разделились. По мнению одних, он был садистом, полностью отвечающим за свои поступки, по мнению других - дегенерат с врождёнными дефектами, находящийся в плену ложных сверхидей. Сначала он был помещён в психиатрическую больницу святого Николая Чудотворца, а суд над ним начался только через три года, в 1912 году. Но что послужило причиной такого поведения? Сам Радкевич на допросах показал, что в 14 лет его соблазнила 30-летняя женщина, то ли проститутка, то ли просто разбитная разведёнка. Соблазнила, заразила сифилисом и ушла. Со слов Радкевича, он хотел отомстить ей, взял нож и пошёл в парк, где та обычно гуляла. На её счастье, в тот вечер она была не одна, а сновым ухажёром, который скрутил парня и отобрал нож. После этого инцидента Радкевича выперли из кадетского училища и он попал в морскую школу, откуда его тоже выперли за плохое поведение. После чего он попал на торговое судно в качестве простого матроса и начал планировать убийства.
«Либо каторга, либо отпускайте на свободу» - таким было последнее слово Радкевича на суде.
10 марта 1912 года начался суд присяжных над маньяком, который 13 марта приговорил Николая Радкевича к 8 годам каторжных работ. Такой сравнительно небольшой срок и отсутствие смертной казни для убийцы объяснялось тем, что следствие смогло доказать только одно убийство – проститутки Марии Будочниковой. Остальные эпизоды серии следствию доказать не удалось, а одного признания Радкевича было мало. Но по тем законам за жесткое убийство грозило 12 лет, а Радкевич получил 8. Почему? На момент совершения убийств Радкевич не достиг полного совершеннолетия. В Российской Империи оно наступало с 21 года. Но выйти на свободу Радкевичу не довелось. Осенью 1916 года он был убит уголовниками при этапировании к месту отбывания наказания. За что? Неизвестно. Так закончилась история первого серийного маньяка Российской Империи.