Хотелось бы вот о чем написать. О таком тонком психологическом моменте, с которым столкнулась, например, сестра милосердия Юля, о которой я периодически рассказываю.
Юля недавно потеряла на фронте своего любимого супруга. Любовь у них с мужем была, конечно, исключительная. Понятное дело, что потеря любимого человека стала для Юли тяжёлой ношей, огромным горем. Собственно говоря, Юля сама превратилась в некотором роде в сгусток горя и трагедии. В воплощённую человеческую боль. Боль, которую ей приходится нести на своих плечах. Боль, которая заставляет ее проживать каждый день как подвиг.
И тут вдруг оказалось, что когда Юля пытается поделиться своей болью с кем-то из людей своего ближнего круга (или люди случайно узнаЮт о её боли), то некоторым людям это... не нравится.
Да-да, не нравится. Кто-то пытается делать сочувствующий вид, но говорит при этом: мол, я не читаю твою публикации в ТГ, не смотрю твои слёзы - так как это выпускает в мою жизнь негативную энергию. Как это модно говорить-то сейчас (дай Бог памяти)? Отрицательный вайб, по-моему. Что-то такое. А ещё вот: токсичность энергии.
Кто-то говорит именно так, и это ещё аккуратная реакция. А кто-то впрямую раздражается на Юлины попытки поделиться её болью. Мол, не хочу впускать войну в свою семью (о как, на другой планете живёт, наверное, товарищ). А на песню Олега Бодрова про любовь Юли и её супруга, анонс которой Юля присылает этому самому ближнему своему кругу, кто-то отвечает: мол, ради Бога, слушай, если тебе нравится военная лирика (вот даже так, именно потому что Юле до безумия нравится военная лирика, она всё слушает и слушает кусочек песни Бодрова, именно по этой причине, других ведь нет).
Вот так вот...
Что могу на это сказать? Когда-то и где-то ведь мы провернулись как общность, так что не можем даже подставить плечо горюющему и болеющему (за нас всех, на минуточку) человеку. Не хотим в массе своей думать о том, что есть на свете такие константы, как смерть и потеря. Ну, наверное, все вместе по двести лет себе и своим детям намерили. Бога, наверное, за бороду все коллективно схватили, что так уверены в том, что завтра ничего из "токсичного" нас самих не коснётся.
Такое, знаете ли... Ощущение трёхлетнего дитяти. Вот он отвернулся от страшного волка - и будто бы волка уже и нет. Будто бы волк его самого уже и не видит. Мол, я замаскировался - значит, меня не видно.
Повальный инфантилизм социума. Я бы так это назвала. Боюсь, что лечится это в основном булгаковским "Неужели?". Ну если так можно назвать лечение путем отрезания головы...