Вчера побывал на праздничном мероприятии по случаю Дня космонавтики в АО «НПП «Звезда» имени Г. И. Северина» — том самом предприятии, которое стояло у истоков отечественной пилотируемой космонавтики.
Именно здесь разрабатывали и производят по сей день скафандры и системы жизнеобеспечения для космонавтов. Скафандр «Орлан» — передовая разработка советской инженерной мысли — до сих пор совершенствуется и остаётся на службе экипажей МКС.
А тот самый, первый скафандр Юрия Алексеевича Гагарина хранится в музее предприятия. Стоишь рядом — и понимаешь, с чего всё начиналось.
Какие русские слова, обозначающие наши продукты и технологии, стали мировыми? Если задуматься — их единицы. «Спутник». «Калашников». «Союз». И, пожалуй, всё. Мы — огромная страна с колоссальным потенциалом, но наших продуктов и технологий, которые были бы востребованы повсюду и определяли мировой рынок, до обидного мало.
Тем приятнее, когда признание приходит оттуда, откуда не ждёшь. Недавно прочитал роман Энди Вейера — американского автора, написавшего «Марсианина». Роман называется «Проект «Аве Мария»». Книга стала мировым бестселлером, а одноимённый фильм с Райаном Гослингом вышел в кинотеатрах три недели назад и уже собрал более 400 миллионов долларов. Так вот: в романе главный герой — американский астронавт — для выхода в открытый космос использует скафандр «Орлан» следующего поколения. И автор устами героя говорит, что это лучший скафандр для работы в открытом космосе.
Американский автор. Мировой бестселлер. Голливудская экранизация. И в центре — российский скафандр как лучший в мире.
Меня часто спрашивают: страшно ли стартовать в космос?
Долгое время я просто отвечал как чувствовал: нет, не страшно. А потом задумался — почему? И понял: потому что у меня было абсолютное, безусловное доверие ко всей системе. Я доверял конструкторам, которые принимали ключевые решения. Инженерам, которые реализовали эти решения в металле. Доверял подготовке своего экипажа и своей собственной подготовке. Доверял технологиям — включая систему аварийного спасения.
Важно это или нет? Казалось бы — ну не было страшно, ну доверял, молодец. Но на самом деле это критически важно. Потому что в момент старта, когда я должен был контролировать параметры полёта, все 100% моих ресурсов шли непосредственно на мою функцию. Мне не пришлось часть этих ресурсов перераспределять на внутреннюю борьбу с эмоциями и переживаниями. А это значит, что я как элемент этой большой системы был максимально эффективен и максимально надёжен.
Сегодня я часто выступаю перед корпоративными командами и рассказываю о том, что доверие — ключевой фундамент любой команды. Но замечаю, что слушатели обычно примеряют это на маленькие группы: на свой отдел, на проектную команду. И почти никогда не проецируют на большой коллектив — на всю организацию, на всех, кто работает на общий результат. Даже мысли такой не допускают.
А ведь моё доверие в момент старта не ограничивалось тремя членами экипажа. Оно распространялось на тысячи людей, которых я в большинстве своём даже не знал лично. Но чувствовал их вклад.
Когда я шёл во второй полёт, у меня возникло очень сильное ощущение: мы не втроём. С нами незримо присутствуют все те люди, которые вложили в нас частичку своей души и энергии. Те, кто нас готовил. Кто собирал ракету и корабль. Кто создавал оборудование, продукты, медицинское обеспечение. Все, кто отдаёт свои силы, знания и энергию развитию нашей космонавтики. Я чувствовал их присутствие — и от этого испытывал глубокую благодарность и повышенную ответственность. Они вложили в нас всё. И мы должны были сделать это за них. За всех.
Именно поэтому мне было так важно вчера выразить свою благодарность сотрудникам «Звезды» — и за то, что они создают технику, которую признают лучшей в мире даже те, кто вряд ли сегодня думает о России хорошо, и за то, что именно их вклад, их отношение к делу сформировали моё абсолютное доверие к системе в момент старта. Я помню, как мы снимали мерки, отливали ложемент, примеряли скафандр, проверяли его под давлением в барокамере.
Каждый раз я видел отношение людей — и именно это отношение стало частью моей уверенности на старте. Пользуюсь случаем выразить благодарность — уверен, не только от себя, но и от многих космонавтов — за их труд, за их отношение к нашему общему делу.
Отдельно хочу поблагодарить Сергея Сергеевича Позднякова — генерального директора и главного конструктора АО «НПП «Звезда» — за многолетний труд и поистине отеческую заботу не только о своём большом коллективе, но и обо всех космонавтах, которые летали и летают сейчас благодаря самоотверженному труду и достижениям сотрудников предприятия.
С наступающим Днём космонавтики! 🚀
