Фекла побледнела так, что стала белее муки. — Господи, — прошептала она. — Господи, прости нас грешных. И ты все это время молчал? — Я не знал, — сказал Захар. — Я только сегодня услышал. Раньше они говорили шёпотом, в закрытых комнатах. А сегодня Горский был в хорошем настроении, они пили вино, говорили громко. Думали, что рядом никого нет. А может вино развязало им языки. А я… я стоял за дверью и всё слышал. — И что теперь? — спросила Фекла. — Что ты собираешься делать? — Я не знаю, — Захар опустился на лавку, закрыл лицо руками. — Я старый, Фекла. Я боюсь. Если барыня узнает, что я подслушивал, что я рассказал… она убьёт меня. — Она и так убьёт, если ты будешь молчать, — жёстко сказала Фекла. — Или ты забыл, что было с управляющим? С горничной? С Марьей? Она не остановится. А если ты поможешь Анне — может, Господь простит тебя. — Но как помочь? — Захар поднял на неё глаза, полные отчаяния. — У меня нет связей. Я никто. Старый дворецкий, который обязан барыне жизнью. — У тебя есть ты
Публикация доступна с подпиской
Средний