ОТ АВТОРА / ОБЯЗАТЕЛЬНОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ:
Данный текст является строго художественным произведением (книгой-сериалом в жанре постапокалиптики), действие которого происходит в альтернативной реальности 2022- 2026 гг.. Все персонажи, события, диалоги, названия населенных пунктов, ведомств и воинских званий вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, местами или историческими событиями — абсолютно случайны.
Глава 13. Ледяная баня и красная стрела
Всему хорошему на войне рано или поздно приходит конец. Тот самый уютный деревенский дом в глубоком тылу, который стал для нас символом нормальной жизни, в один из дней пришлось покинуть окончательно. Командование пересмотрело логистику, и поступил приказ: обе наши группы, все двадцать пять человек личного состава, передислоцируются на берег реки на постоянную основу. Вахтовый метод закончился. Началось настоящее зимовье.
Переезд двадцати пяти вооруженных мужиков(в составе батальона) со всем их нажитым скарбом, баулами, спальниками, коробками с тушенкой и запасами воды — это масштабная войсковая операция. Но главной проблемой стала жилплощадь. Двух вырытых нами ранее блиндажей критически не хватало, чтобы вместить такую ораву. Спать вповалку, дыша друг другу в затылок, в условиях надвигающихся холодов было нереально.
Поэтому мы снова взялись за лопаты и кирки, но в этот раз лишь для того, чтобы исправить то, до чего не смог дотянуться экскаватор. Мы выкопали третий блиндаж. Глубокий, широкий, основательный. Вгрызаться в мерзлую землю было тяжело, но мотивация была железной: впереди маячила долгая зима альтернативного 2023 года, и нам нужно было место, где мы могли бы выжить.
Но просто выжить русскому солдату недостаточно. Ему нужно оставаться человеком. А человек начинается с чистоты.
Осознавая, что мы здесь надолго, мужики приняли стратегическое решение — нам нужна баня. Настоящая, своя. Строили ее с энтузиазмом, которого я не видел даже при рытье укрытий. Собрали наскоро каркас из толстых бревен, брусков и найденных досок. Но дерево само по себе тепло не удержит, поэтому изнутри мы обшили наше творение плотной гидроизоляционной пленкой и толстым слоем пенофола — того самого блестящего утеплителя на основе вспененного полиэтилена. Получился гигантский серебристый термос.
Внутрь вкатили мощную металлическую печь. И здесь у нас был свой секрет: топили мы эту баню не обычными дровами. Дрова дают неровный жар, быстро прогорают, дымят и оставляют много золы. Мы где-то раздобыли топливные брикеты — плотно спрессованные опилки. Это была фантастика. Они разгорались ровно, не искрили, а жар давали такой, что пенофол на стенах, казалось, сейчас начнет плавиться. Брикеты держали эту тяжелую, обжигающую температуру часами.
Единственной загвоздкой была вода. Приток реки, на берегу которого мы стояли, с приходом морозов замерз намертво.
Банный день превращался в суровую мужскую эстафету. Мы брали тяжелые колуны и топоры, спускались на лед и с глухим стуком, от которого разлеталась ледяная крошка, рубили полыньи. Ледяную, обжигающую руки воду черпали пластиковыми пятилитровыми баклажками. Затем, скользя по обледенелому берегу, тащили их наверх, переливали в железные ведра и ставили прямо на ту самую раскаленную брикетами печь в нашей импровизированной бане.
Когда эта вода закипала, ты заходил в серебристый полумрак, скидывал грязную, пропахшую потом и дымом форму, брал ковш... Словами не передать это чувство. Это было физическое смывание с себя войны. После ледяных ветров этот пар казался дыханием самих богов.
Жизнь постепенно вошла в свою новую, зимнюю колею. Мы продолжали нести круглосуточные дежурства. Наряды теперь распределялись иначе. Одна группа парней делилась на двойки и уходила в секреты прямо на берег большой реки.
А мне достался совершенно особенный, выдающийся по своей абсурдности наряд. Наряд, который мы между собой окрестили «Дежурство по палке».
Не знаю, из каких соображений исходил наш комбат. Наверняка в его штабной картине мира этому была железная логика и глубокий тактический смысл. Но он распорядился установить посреди глухого, серо-белого зимнего леса... настоящий металлический шлагбаум.
Мы нашли длинную, тяжелую металлическую трубу, притащили бревна и соорудили хитроумную систему деревянных противовесов, чтобы эту махину можно было поднимать руками. И почему-то комбату показалось жизненно необходимым, чтобы этот шлагбаум был покрашен в ярко-красный цвет.
Представьте картину: заснеженный лес, хмурое небо, замаскированные в землю блиндажи, суровые люди в камуфляже, и посреди всего этого великолепия — сияющая, пожарно-красная палка, перегораживающая грунтовую колею.
Наша задача заключалась в том, чтобы нести возле нее караул и торжественно открывать шлагбаум проезжающим машинам. Нюанс заключался в том, что проезжающих машин в этой глуши было примерно нисколько. За сутки мог не проехать вообще никто.
Постояв пару смен на ледяном ветру, глядя в абсолютную пустоту дороги, мы осознали всю глубину философии «сгорел сарай — гори и хата». Коли уж мы обязаны охранять эту красную трубу, то делать это нужно с комфортом.
Мы соорудили рядом импровизированную закрытую лавку-пост. Сколотили навес, чтобы не сыпал снег, стены обложили ветками для маскировки и защиты от ветра, а промерзшую землю густо, в несколько слоев, устелили лапником. Получилось уютное, скрытое от чужих глаз гнездо.
А сам шлагбаум... Буду честен: большую часть времени в мое дежурство он оставался открытым. Причиной тому стала обыкновенная окопная скука. Местность вокруг приелась до тошноты, мы знали каждый закуток, каждую кочку и каждое опасное место. К тому же, вокруг нас плотным кольцом уже стояло много других дружественных подразделений, и первобытное чувство опасности, державшее в напряжении в первые дни, притупилось.
Но красная труба сослужила мне службу, которую комбат вряд ли мог предвидеть. Она стала моей антенной связи с будущим.
Связь в этом квадрате была отвратительной. Телефон ловил сеть только по большим праздникам и только если поймать правильный миллиметр в пространстве. И я выяснил, что если использовать длинный металлический шлагбаум как своеобразный усилитель, привязав к нему свой второй телефон, он начинал ловить слабый интернет и мог раздавать Wi-Fi на основной аппарат.
Этого едва хватало, чтобы прогрузить текстовые сообщения в Телеграме, но большего мне было и не нужно.
Именно там, сидя на еловых ветках в замаскированной будке, подпирая плечом холодную красную трубу посреди мертвого зимнего леса, я начал постоянно переписываться с одной девушкой. Мы знали друг друга довольно долго и общались раньше, в той, мирной жизни. Но именно здесь, сквозь эту слабую, рвущуюся цифровую нить, наше общение переросло в нечто огромное и настоящее. Эта переписка стала моим спасением, моим якорем. Она вытаскивала меня из окопной депрессии и давала смысл каждому новому дню.
А наша полноценная семейная жизнь в моей голове начнется именно с текстовых сообщений, отправленных из-под красного шлагбаума.
Эпилог. Конец Первого Тома
Мужики. На этом первая часть наших «Записок мобилизованного» — Том 1 — подошла к концу.
Это было тяжелое, абсурдное, местами страшное, а местами до слез смешное время. Время, когда мы ломали себя об колено, учились спать в грязи, не доверять тишине и верить тем, кто делит с тобой последний сухпаек.
Но я хочу сказать вам одну важную вещь: всё, что вы прочитали до этого момента — это лишь прелюдия. Настоящая история только начинается.
Дальше будет Том 3.
По определенным причинам, связанным с безопасностью, цензурой и теми людьми, которые до сих пор находятся «за ленточкой» в этой нашей альтернативной реальности 2026 года, я не могу выкладывать его здесь, в открытый доступ, прямо сейчас в виде статей. Весь второй том можно будет прочитать в полноценной книге, которую я планирую выпустить позже, когда придет время.
А рассказать там есть о чем. Забегая вперед, скажу: время, описанное во втором томе, было самым прекрасным, самым интересным и самым насыщенным периодом за всё мое нахождение там. Я получил колоссальный опыт.
Именно там я обрету настоящего боевого товарища — брата по оружию, с которым мы вдвоем, спина к спине, пройдем весь второй том от первой до последней страницы.
Вас ждет история о том, как окопное братство, при огромной поддержке старших боевых товарищей, способно пойти против системы: мы расскажем о снятии зажравшегося, обезумевшего от власти командира роты, который рискнул попереть на нашего комбата.
Там будет огромное количество знакомств с настоящими, кадровыми военными(и не только) — элитой, у которой мы учились выживать. Будут всевозможные дерзкие операции, тяжелые эвакуации раненых под огнем. Я расскажу, как мы чудом успели предупредить парней из соседних частей о готовящейся на них массированной атаке артиллерии и «Хаймерсами». Вы узнаете, каково это, когда вдоль твоей улицы с гигантского расстояния методично, как в тире, работает вражеский танк.
И конечно, там будет история о заезде самых первых отрядов «Шторм» — тех самых лихих, отчаянных парней, которых вы наверняка видели в репортажах по телевизору, и которые невероятно сильно отличились(со знаком минус) на другом направлении. Разрушение одной импровизированной и выдуманной дамбы на большой реке. И многое, многое другое.
Но всё это будет лишь тогда, когда мне дадут на это добро. И точно тогда, когда то, что сейчас происходит в нашей выдуманной параллельной вселенной, наконец-то закончится.
А пока — спасибо всем, кто читал, кто поддерживал, кто писал комментарии и перешел за мной из разрушенного старого канала в этот новый блиндаж.
Берегите себя. Рукописи не горят.
Спартак. Конец первого тома.