Турецкий телесериал «Ты моя Родина» (Vatanım Sensin) быстро привлёк внимание зрителей не только в Турции, но и далеко за её пределами. Действие разворачивается в период Турецкой войны за независимость.
Для меня это был третий турецкий сериал с Халитом Эргенчем. Первым, вестимо, стал эпичный "Великолепный Век". Из всех актёров ВВ больше всех меня поразил именно Халит Эргенч после первого просмотра. Поэтому я посмотрела с ним "Тысяча и одну ночь", а затем очередь пришла для сериала "Ты моя Родина".
Стоит сказать, что этот сериал собрал целое созвездие актёров, в том числе и из "Великолепного века. В главной роли снялся Халит Эргенч , а его экранной парой была актриса Бергюзар Корель , в реальной жизни являющаяся его женой. Также здесь появляются такие актёры ВВ, как Окан Ялабык, Сельма Эргеч, Саадет Аксой, Серкан Алтунорак, Толга Текин, Арда Анарат, Беркенджан Аккая. Таким образом в "Ты моя родина" "телепортировались" Ибрагим Паша , Хатидже , Садыка, Ташлыджалы, Барбаросса , и шехзаде Мехмед подросток и ребенок. Касаемо последнего отмечу, что Халит Эргенч и Беркенджан Аккая опять сыграли отца и сына.
Итак, в центре повествования — семья Джевдета, его жена Азизе и трое детей, а также те, кто оказывается рядом с ними по ту и другую сторону фронта. Это история о том, как любовь пытается выжить там, где, казалось бы, выжить невозможно, — между предательством и верностью, между приказом убивать и желанием защищать.
В этой статье мы поговорим о главных персонажах сериала и рассмотрим центральные любовные линии проекта.
История Азизе и Джевдета — это рассказ о страшных событиях, что с ними произошли. Они полюбили друг друга молодыми, у них родились дети... И потом в один миг эти двое отдалились, долгие годы жили в разлуке, тоскуя друг по другу. Вначале сериала, ещё не разобравшись в событиях, можно даже разозлиться на Джевдета за то, что он ради родины перешел на «другую» сторону и стал будто бы плохо относиться к любимой женщине и своей семье. Но, видя бурю, что бушует у него внутри, почти сразу невольно начинаешь его жалеть и задаёшь себе вопрос: «Смогла бы я так поступить на его месте?» Да... никому не пожелаешь оказаться на его месте...
А что касается Азизе — её метания после того, как она поняла, что муж жив, и её глубинное, на грани сознания и подсознания, убеждение, что Джевдет их не предавал — это было одним из тех равновесий, что поддерживали их любовь. А на другой чаше весов — воля Джевдета к жизни, подпитываемая верой в то, что он воссоединится со своей Азизе.
Их история начиналась ничем не примечательно, как сотни других семейных хроник, в которых мужчина уходит на войну, а женщина остаётся ждать, но война в Измире оказалась той глубокой трещиной, которая раскалывает человека надвое.
Джевдет, которого Халит Эргенч сыграл с той особой, почти пугающей сдержанностью, за которой угадывается бездна отчаяния и скрытой преданности, был майором османской армии, воевавшим на Балканах. Он исчез, и мир Азизе (Бергюзаль Корель воплотила эту роль с удивительной хрупкостью и одновременно несгибаемой волей) сузился до слухов и тревожных вестей. В этом вакууме однако был "лучший друг" Джевдета Тевфик.
Онур Сайлак создал образ человека с той особой, почти чёрной одержимостью, которая умело маскируется под заботу. Тевфик помог семье бежать из Салоников в Измир. Но о нём ещё будет речь впереди.
А Джевдет вернулся через несколько лет в форме вражеской армии... Для всех, кто знал его прежде, он стал предателем. Азизе смотрела на него и не узнавала, и только спустя время, когда обстоятельства начали приоткрывать завесу тайны, она смогла разглядеть за маской врага того самого человека, которого когда-то любила.
Пожар в доме Азизе стал переломным моментом — Джевдет бросился в пламя и вынес из огня мать и дочь. В этом безотчётном жесте заключалась вся правда: он всё ещё был их защитником, даже если форма говорила об обратном.
Он перевёз семью в дом греческого генерала, супруги снова оказались в одной постели, и Азизе, жившая всё это время надеждой, вдруг обнаружила, что та не умерла, а просто спала глубоко внутри. А когда она нашла в его комнате свою старую фотографию, она поняла: он никогда не переставал быть её мужем — просто их любовь превратилась в подпольную явку.
Ради своего долга Джевдет был готов на всё, когда греки приказали ему казнить одного из лидеров турецкого сопротивления Эшрефа-пашу, он сделал даже это, чтобы сохранить легенду, получить звание генерала и продолжить двойную игру, которая стоила ему репутации и семьи.
И когда греческая армия пошла в последнее наступление, Джевдет сбросил маску и надел турецкую форму — ту самую, по которой тосковал долгие годы. Это не было победой с фанфарами — только усталые глаза, израненная душа и женщина, которая ждала слишком долго.
Когда тайна открылась, Джевдета судил греческий трибунал, командующий Филиппос пытал его и его жену. Но пытка, которой по-настоящему боялись герои, заключалась в необходимости смотреть в глаза любимому человеку и не иметь права сказать правду. Они выдержали — оба. Любовь Джевдета и Азизе питалась невозможностью быть вместе и росла в трещинах между долгом и изменой. Настоящая верность проверяется не в минуты счастья, а тогда, когда всё вокруг учит тебя предательству.
А теперь поговорим о паре, которая в своё время потрясла зрителей в Турции. Итак, Леон и Хиляль...
История Хиляль и Леона — это красивая история любви, история о разлуке, о невстрече, о любви, что питается болью. Пусть себе течёт своим чередом.
Их любовь начиналась там, где обычные романы заканчиваются, — на поле боя, залитом кровью и пропитанном ненавистью двух народов, потому что он был греческим лейтенантом, сыном командующего, а она — младшей, самой строптивой и патриотичной дочерью Джевдета, которая под псевдонимом печатала в подпольной газете статьи против оккупантов.
Леон — мужчина, который из-за любви к женщине перешёл на «другую» сторону. Но ведь дело не только Хиляль. Он никогда не унижает женщину, он против насилия, он даёт ей почувствовать себя женщиной, но и сам хочет быть любимым. Хиляль тоже хочет любить. Но они не эгоисты: любя друг друга, они заботятся друг о друге, и здесь уже не скажешь, что одна чаша весов любви перевешивает другую.
Мирай Данер в роли Хиляль показала эту внутреннюю борьбу юной девушки, разрывающейся между долгом перед родиной и запретным чувством к врагу, с той искренней яростью и уязвимостью, которые заставляют верить каждому её слову.
Боран Кузум, исполнитель роли Леона, напротив, создал образ человека, чья внешняя военная выправка и дисциплина постоянно трещат по швам под напором сострадания и любви — он не хочет быть солдатом, который убивает, но не знает, как стать кем-то другим. Их отношения с самого начала складывались как поединок, в котором каждый удар был одновременно и признанием, и отказом от признания.
Трагедия этой пары заключалась в том, что они оба оказались заложниками чужого выбора. В конце концов они оба поняли: боль не выбирает, кого мучить, и если уж она поселилась в твоём доме, то лучше встречать её вместе. Их любовь оказалась живучей именно потому, что не пыталась притворяться чем-то большим, чем была на самом деле. Она не обещала вечного счастья, она просто существовала, как огонь в камине, который греет, даже когда за окном воет вьюга.
В первом сезоне нам также показывают ещё одну противоречивую линию любви. Это история Али Кемаля и Йылдыз. История, в которую совсем не хотелось бы влезать, но раз уж так сильно любишь этих персонажей, вынужден постоянно о них думать. Потому что в голосе Али Кемаля, в его взглядах, в его молчании всегда чувствуется эта любовь, а вот в Йылдыз по-прежнему живёт эгоизм. Знаете, что в ней есть? Не желание любить другого и полностью отдаться ему, а желание «любить себя и быть любимой».
Посмотрите на Хиляль и Леона, на Азизе и Джевдета — там нет и следа этого эгоцентризма. Когда же Йылдыз начнёт жертвовать собой, когда она перестанет быть эгоцентричной? Не так скоро. Но всему своё время.
Эта история с самого начала складывалась как нечто болезненно-неправильное. Йылдыз выросла почему-то с уверенностью, что мир вращается вокруг неё, и Пынар Дениз передала ту внутреннюю пустоту, которую эгоисты обычно прячут за внешней уверенностью и красивой улыбкой. Али Кемаль, которого Кубилай Ака сыграл с тихой, почти невыносимой нежностью человека, привыкшего любить без надежды на ответ, узнал в день бегства из Салоников, что он приёмный. Он понял, что не является братом для Йылдыз и Хиляль.
Его преданность и особая нежность к своенравной красавице Йылдыз, не находившая ответа, превратилась для него в привычку, а потом и в смысл существования. Йылдыз не стала мудрее, она лишь научилась лучше прятать эгоизм под маской уверенности. Али Кемаль понимал: когда она говорила о любви, она говорила о желании быть любимой, а не о готовности любить самой.
Однако жизнь распорядилась иначе. Когда в судьбе Йылдыз появился капитан Якуп — Фатих Артман создал образ человека действия, рисковавшего жизнью наравне с Джевдетом, — выяснилось, что она способна на иные чувства. Она вышла замуж за Якупа, и этот брак оказался прочным вопреки всем ожиданиям.
А история Али Кемаля осталась историей неразделённой любви, и в этом не было чьей-то вины, а лишь горькая правда: никто не обязан отвечать взаимностью. Любовь не терпит принуждения, и если она не приходит, никакая жертвенность не сможет её заменить.
Обратимся теперь к греческому генералу и его семье. Ведь и там трудная ситуация, своя боль, своя грусть.
Вероника и Василис — пара, чья любовь уже остыла, превратилась в пепел. Сенан Кара в роли Вероники показала женщину, которую боль от потери сына превратила в тень, застывшую между прошлым и настоящим, а Баки Даврак в образе генерала Василиса воплотил сурового, внешне несгибаемого вояку, внутри которого та же рана кровоточит годами, только проявляется она не в слезах, а в жестокости и неспособности быть рядом с теми, кто ещё жив.
Их любовь умерла двадцать лет назад, вместе со старшим сыном, и теперь они существуют рядом, как два призрака.
Вот теперь очередь дошла и до Тевфика. Онур Сайлак создал образ настолько беспощадного, настолько ужасного человека — своего рода Джокера, который убивает, но при этом заставляет смеяться своими дьявольскими ужимками. Для него дозволено всё, что ведёт к цели. Поэтому возникает одно желание: раз уж пришло время для божественной справедливости, пусть она будет не мгновенной, пусть Тевфик хлебнёт все страдания, которые он причинил другим.
Тевфик не был ни героем, ни обычным злодеем. Онур Сайлак показал его как друга Джевдета, в какой-то момент переставшего различать, где заканчивается дружба и начинается зависть. Полюбив Азизе в раннем возрасте, он захотел не столько саму женщину, сколько победу над другом, доказательство, что он может отнять у того самое дорогое.
Война разлучила Джевдета и Азизе, и Тевфик начал свою игру, предлагая жене друга защиту и кров. Когда Джевдет вернулся живым и, как выяснилось, вовсе не предателем, а двойным агентом, работавшим на Мустафу Кемаля и движение сопротивления, мир Тевфика рухнул.
И всё же в этой тёмной душе пробивались проблески человечности: он искренне любил Азизе, пусть и уродливой, пропитанной ядом ревности любовью. Он верил, что делает всё ради неё, и это самообольщение делало его одновременно и чудовищем, и жертвой.
В конце концов, загнанный в угол собственной злобой, использованный греками как пешка, он остался один — ни врагов, которых можно ненавидеть, ни людей, у которых можно просить прощения. Его великая драма оказалась лишь мелодрамой, великая страсть — похотью, а предательство — трусостью, обряженной в мантию отчаяния.
Тевфик не был рождён злодеем, но он выбрал им стать. Он не заслуживал прощения, но заслуживал понимания — понимания того, как легко из человека, которому всюду мерещилась чужая удача, вырастает монстр, и как трудно ему снова стать человеком, когда позади уже целая жизнь, потраченная на то, чтобы доказывать миру свою значимость самыми неправильными способами.