Глава 3
Наталья Николаевна собралась в город, чтобы взять кое-что из вещей и купить продукты.
Аркадий наблюдал за ней из угла.
— Ты меня бросаешь, хозяюшка? Куда ты?
— Всего лишь еду в город. Смотри не выкини ещё какой-нибудь номер!
— Я буду тише воды ниже травы. Сорнячки выполю, грядочки полью.
Наталья Николаевна нахлобучила ему на голову красную бейсболку.
— Это чтобы голову не напекло.
Она завела машину, выгнала её на улицу. Хотела выйти запереть ворота, но увидела, как они сами собой закрываются. Это маленький Аркадий толкал тяжёлые створки.
Наталья Николаевна купила в магазине торт, похожий на полено в розочках, яйца в картонной упаковке, сыр, весь в дырочках, и пакет двух с половиной процентного молока.
По дороге ей попалась за глаза пёстрая вывеска магазина «Всё для сада», который не пустовал даже зимой: садоводы заранее запасались семенами и землей для рассады, контейнерами, удобрениями и прочими нужными вещами. Наталье Николаевне пришла в голову идея купить несколько луковиц махровых тюльпанов и тем загладить вину.
Она прошла в отдел с семенами цветов.
— Не сезон, — покачала головой продавщица, — загляните в конце лета.
— Ну, значит, не судьба, — вздохнула Наталья Николаевна, — довольно и тортика.
Вернувшись на дачу, она нашла политые грядки и отмытое крылечко.
— Это я, хозяюшка, тебе помогаю, — смиренно сказал Аркадий. — Я и прежним хозяевам помогал. Они такие растяпы были! Кран не закроют, вода прямо в грядки льёт, всё размывает. Кабы не я...
— Ладно, ладно... Сам себя не похвалишь — ходишь как оплёванный. — Наталья Николаевна не хотела улыбаться, но как-то так вышло, что улыбнулась, и маленький дачник возликовал:
— А-а! Ты меня простила, простила!
— Куда деваться, раз ты такой домовитый. Гляди, что я тебе принесла.
— Что, что? Конфетки, варенье? У-у-у, тортик!
— Торт не для тебя. Это Татьяну Андреевну умаслить. Да… умаслить, торт как раз масляный. Хлеб — соседке, а тебе — зрелищ. Ты никогда не был в кино? Хотя чего я спрашиваю, конечно не был. Я тебе устрою киносеанс.
Наталья Николаевна соединила кабелем, за которым заезжала домой, телефон и телевизор, задёрнула плотные занавески. В комнате стало сумеречно.
— А зачем ты сделала темноту, хозяюшка?
— Для эффекта. Садись на диван и смотри. Поп-корма, извини, нет, не подумала. Молодёжь в кинотеатрах всегда этот корм ест, а я не могу, он у меня в горле застревает. Так раскашлялась, было дело, что пришлось из зала убегать.
Бубня под нос, что в этом корме ничего хорошего нет и лучше бы в буфетах продавали соки и пирожные, как раньше, она поискала в телефоне сайт с мультфильмами, и вскоре по экрану под задорную музыку запрыгала избушка Бабы-яги и появилась надпись: «Приключения домовёнка».
— Смотри, тебе понравится.
Аркадий замер перед телевизором, хлопал глазами.
— Они знают… они знают… — загрустил он.
— Ты о чём, Аркадий?
— Вы, люди, знаете о нас, о домовых.
— Ну-у… — протянула Наталья Николаевна, — знать-то знаем, да не верим. Русский фольклор, сказки, выдумки…
Дачник обиделся:
— Я, стало быть, выдумка?
— Это я раньше так думала. Теперь вижу, что ты самый настоящий, — торопливо поправилась Наталья Николаевна. — Смотри мультики и не пакости. Я иду мириться с Татьяной.
***
На участке Татьяны Андреевны пело радио, сама же хозяйка, повязав седые кудряшки косынкой и поддёрнув повыше полинялую футболку, изнывала от жары в теплице.
Наталья Николаевна хотела поздороваться, но от смущения и волнения отчего-то брякнула:
— Бог в помощь!
Татьяна Андреевна обернулась.
— А, это ты… Чего явилась? Тюльпанов у меня больше нет.
— Татьяна, перестань. Я же по-хорошему пришла. Это мой кавалер цветы оборвал. Захотелось романтики, я ему сказала: «Подари мне букет», а он цветов других не нашёл. Прости его.
— «Прости» не булькает.
— Булькает, — смущённо улыбнулась Наталья Николаевна и достала из пакета бутылку вина.
Соседка смягчилась и проговорила уже примирительно:
— Я тоже того… погорячилась. Жара действует.
Наталья Николаевна выдохнула: ура, получилось!
— Ну и правильно, что нашла себе кого-то для души, — говорила Татьяна Андреевна, снуя по кухоньке и собирая на стол. — Ты ещё не старая. Сколько уже нет твоего Аркадия? Царствие ему Небесное.
— Два года… Ты не так поняла. Это не то чтобы кавалер. Так… помогает иногда, цветы дарит.
— Председатель? — подмигнула Татьяна Андреевна.
— Нет-нет, что ты!
Долго они сидели за столом, полка не осушили бутылку вина и не съели торт. Татьяна Андреевна слегка опьянела, раскраснелась и, вытирая мокрый лоб, поучала:
— Бросай своего жмота. Нормальные мужики цветы покупают, только студенты по чужим клумбам шарятся.
— Да у него денег нет, — ляпнула Наталья Николаевна.
— Нищеброд, что ли? Зачем он тебе?
Она обиделась за Аркадия:
— Почему сразу нищеброд? Можно подумать, ты замужем за олигархом была. Зато он старательный, хозяйственный, мне во всём помогает.
Наталья Николаевна увлеклась описанием добродетелей маленького дачника и не сразу заметила, что соседка смотрит мимо, в окно, и на лице её написано изумление.
— Ты что, Татьяна?
— Я сейчас видела в окне карлика… — едва смогла вымолвить та. — С бородой и в красной кепке.
— Что ты, что ты! — Наталья Николаевна подхватилась, задёрнула занавеску и нервно рассмеялась: — Тебе показалось, откуда здесь карлики? Ты на солнце перегрелась.
— Ты меня сумасшедшей считаешь?
— Ничего не считаю, у тебя давление, мерещится что-то.
— Дай посмотрю… Наташа, отойди от окна, добром прошу.
— Ладно, смотри… — обречённо вздохнула Наталья Николаевна, подумав: «Ну, задам я трёпку этому карлику в красной кепке!» Она сдвинула занавеску, глянула во двор и успела заметить улепётывающего серого кота. Через миг он скрылся в кустах крыжовника.
Татьяна Андреевна растерялась:
— Кот в кепке… А мне померещился карлик. С бородой такой, знаешь, в косоворотке.
— Это мой кот. Умный, зараза!
— Когда же ты успела кота завести? Из города без животных приехала.
— Не я завела, — отмахнулась Наталья Николаевна, — он сам по себе завёлся. Не смогла выгнать.
— Добрая ты, — цокнула языком соседка.
— Давай лучше выпьем.
— Не-не, мне хватит. Вон уже карлики мерещатся.
Дома у Натальи Николаевны было тихо: телевизор не работал, дачник не показывался.
— Аркадий, не прячься, — сказала она, — вылезай.
Приоткрылась дверца камина, в щель протиснулся маленький Аркадий и виновато опустил голову.
— Я ненарочно, хозяюшка, на глаза соседке попался. Хотел сказать, что кино кончилось…
Наталья Николаевна взяла телефон и увидела, что тот разрядился.
— Не переживай, она приняла тебя за карлика, к тому же ненастоящего. Сейчас подзаряжу телефон — будет тебе кино.
— Ой, скорее, хозяюшка! Так хочется знать, что дальше случилось с Кузькой.
До самого позднего вечера Аркадий не отходил от экрана, так переживал за своего сородича.
