Честно говоря, познания мои о творчестве Олега Эсгатовича Хафизова были довольно скромными, но после того, как это имя было произнесено на лекции Сергея Гусева, а пригласил собравшихся на встречу с писателем в литературном клубе Денис Бычихин, раздумий не было - надо идти.
Перед этим решил почитать что-нибудь из произведений автора и был просто удивлён их количеством и разнообразием затронутых в них тем. Время поджимало, так как до начала творческой встречи оставался всего один день и я взялся за рассказы, но сразу понял, что к ним ещё не раз вернусь. А вот "Государевы люди" просто затянули и не хотели отпускать.
Итак, на встречу, для того, чтобы представить писателя, пришли уважаемые мною сотрудники музея.
Началась она с чтения автором своего рассказа "Король шатра". Советую прослушать авторскую версию, так как прочитан он был очень интересно.
После этого зрители смогли задать автору интересующие их вопросы и получили на них развёрнутые ответы.
Среди собравшихся было много тех, кто лично знал писателя: его друзей и коллег. Обстановка на встрече была непринуждённой. И те, кто только знакомился с писателем, были на одной волне с теми, кого в зале связывали тесные дружеские отношения.
Вот некоторые из вопросов:
Откуда у тебя появились эти талантливые и разнообразные произведения? Когда, в каком классе, а может в детском саду ты написал первые свои строчки?
Да, кстати, помню. Мне старший брат моего друга Кости в начальной школе подарил свои учебники истории, которые он уже прошёл. И я прочитал их все сразу, по-моему, до самого девятого класса.
Мама испугалась, что у меня "крыша поедет" от такого обильного чтения. Ей посоветовали - пусть он ведет дневник. Я вел дневник один день. Показал свою заметку знакомым, на что маме сказали, он будет писателем. Я был тогда в первом классе. А позднее я хотел стать художником, учился в художественной школе, но не стал, у меня проблемы со зрением появились, и как-то желание стало пропадать. И я стал мучительно думать, уже заканчивая школу: ну ладно, художником я, видимо, не могу чисто физически стать. Что же мне тогда делать? Вот тогда и подумал, что могу словами изобразить всё то, что не могу изобразить на картине. Именно так я и пошёл по этому пути. Давно уже.
Размышляя о разноплановости своего творчества писатель отметил:
Мои читатели обычно хотят от меня чего-то одного, чтобы я писал истории из современности, или же чтобы я занимался только историческими темами, но я почти не встречал таких людей, которые бы признавали и ту сторону моего творчества и другую, хотя это на самом деле одно и то же, и, по моему мнению, писатель вообще всю жизнь пишет одну и ту же книгу. И у меня герои вот отсюда переходят сюда, из современности в 18 век, даже в 16. Подчас их даже зовут так же. Так герои моего романа о Фёдоре Толстом встречаются и в 20 веке и в 21.
Отвечая на вопрос, какие места нашего города описаны в его произведениях, автор отметил следующие.
Южный рынок Тулы 1990-х легко узнаваем в прочитанном автором рассказе.
Совсем недавно он выглядел вот так.
В ряде произведений неоднократно появляются и другие небезызвестные тулякам места.
Площадь Ленина. Упоминается она в рассказе «Её звали Миша». В нём есть такой реальный эпизод: во времена перестройки на площади под памятником Ленину сидела женщина, напоминавшая юродивую, и выкрикивала политические лозунги. Писатель провёл параллель с Тульской юродивой времён Великой Отечественной войны, которая ходила по городу и показывала ключики, утверждая, что закрыла город от немцев. А сам рассказ начинался так: "В городе Т было примерно столько же памятников, как и в других полумиллионных областных центрах, поскольку он не выделялся ничем особенным".
Тульский Кремль. Описывается в историческом романе «Государевы стражи», в котором герои попадают в Тулу времён Ивана Грозного и знакомятся с обликом города XVI века.
Ясная Поляна. Фигурирует в целом ряде рассказов автора.
Куликово поле. Неоднократно упоминается в произведениях.
Епифань. Также входит в круг тульских мест, отражённых в текстах произведений.
Говоря о Туле, писатель отметил те черты, почему город является героем его романов. Он пишет о нём как об одушевлённом существе и выделяет следующие черты «тульского характера»: относительную неизменность сквозь века; сочетание открытости с изрядной долей хитрости; внутреннюю силу, «корявость» и одновременно устойчивость, идущую будто бы «от земли»; «мужицкий» характер, выработанный оружейным делом.
Тула в произведениях Хафизова не просто географическая точка, а живой, многогранный образ с узнаваемыми чертами, который он использует через местные реалии как фон для исторических, реалистических и даже фантастических сюжетов, а его образ эволюционирует от документально-бытового до мифологизированного и сказочного.
В ходе встречи собравшиеся познакомились с главой "Три пажа" из нового произведения писателя.
Следующая повесть, которую я буквально на днях закончил, и которая относится к совершенно уже другому жанру, эта повесть называется "Ультима Тула или Одиннадцатое путешествие Мюнхгаузена". Это такая сказочная повесть, или, если угодно, сюрреалистическая, которая основана на таком факте, с которым один из сотрудников этого музея, замечательный дизайнер Алексей Домбровский, как-то обратился ко мне и сказал, ты знаешь, что барон Мюнхгаузен был в Туле. И действительно, ведь барон Мюнхгаузен был на русской службе офицером. И когда он ехал из Германии к месту службы в Полтаву, где была дислоцирована русская армия для похода против турок, он не мог не проехать через Тулу. И он проезжал через Тулу, и некоторое время здесь останавливался в Туле. И поэтому этот факт навеял на меня такую историю в духе барона Мюнхгаузена, которую я назвал «Ультима Тула». Вы знаете, что это название такого мифического населённого пункта, вернее, острова «Ультима Туле».
В ходе своего выступления Олег Хафизов не смог не коснуться личности Льва Николаевича Толстого и его романа "Война и мир". Он отметил, что Толстой воспринимается как величайший гуманист и автор антивоенного романа «Война и мир», но при этом мастерски изображает батальные сцены, а в ранних рассказах отражён личный опыт боевого офицера, но позднее он приходит к категорическому отрицанию насилия.
Собравшиеся пришли к единому мнению, что главный роман Толстого крайне «кинематографичен», а смена планов (от вида «с дрона» до взгляда глазами персонажа, например, на батарее Тушина) и покадровая точность, сочетание реализма и художественного вымысла позволяют ему оставаться в числе самых экранизированных книг в мире.
Говоря о сложности формирования "литературного" лица Тулы, писатель отметил:
Москва оттягивает от нас не все, но многие яркие силы. Мы географически близко. Мы, так сказать, пригород Москвы все-таки. И это касается не только литературы.
Подводя итог прошедшей встречи, можно отметить, что по мнению автора творчество — это диалог между реальностью и воображением, где факты и вымысел, история и миф, документальность и фантазия создают живую ткань художественного произведения. Образ Тулы в его литературе становится примером того, как город, ремесло и нравственные идеи сплетаются в едином культурном пространстве, а сама литература не просто отражает действительность — она переосмысливает её, позволяя читателю увидеть знакомые места и явления в новом свете.