Сегодня в местном колледже, где преподавал отец Кристофера Робина, от обильных дождей, которые шли уже целую неделю, протекла крыша. Вода капала отовсюду, ее собирали ведрами и тряпками, а потом, вслед за главной крышей, «крыши» потекли у всех и занятия пришлось отменить.
«Эх, зря я сюда тащился» - думал про себя Рассказчик, он же по совместительству отец Кристофера Робина, укладывая свои записи с лекциями обратно в портфель. Но делать было нечего, и нужно было вновь надевать плащ и резиновые сапоги, оседлывать старенький велосипед и ехать пять километров назад по размытой дороге.
«Зато Кристофер обрадуется. Наверное» - успокаивал себя Рассказчик, объезжая очередную колдобину.
Но как только он, весь с головы до ног грязный и уставший, вошел в дом, то понял, что его «наверное» было гораздо ближе к истине, чем «обрадуется». Кристофер Робин отцу не обрадовался, и даже без «наверное», а совсем наоборот. Ну а вы обрадовались бы, если бы у вас - важный гость, а тут в самый неподходящий момент в дом вваливается папаша, да еще и весь грязный, как огородное пугало. Особенно, если этот «важный гость» - девочка из вашего класса.
Надо вам сказать, что девочка эта сама походила на пугало: высоченная и худющая, как жердь, на которой держится пугало, с двумя соломенными тощими косичками, торчащими как у того в разные стороны. Да, а еще девочка-Пугало была на две головы выше самого Кристофера Робина.
Но, по-видимому, тому пугалы нравились все до единого, и особенно вот это Пугало: он смотрел на нее с таким нескрываемым обожанием, с каким обычно смотрит на стража огорода только ворон, задумавший что-то украсть. Точнее не на само Пугало, а на шоколадку, что была у нее в руке. И Пугало с косичками, по-видимому, отвечало взаимностью, но не Кристоферу-ворону, а шоколадке. В столь щекотливый момент дележа шоколадки Рассказчик их и застукал.
Понятно, что коль такое дело, он тут был лишним – шоколадки бы на троих не хватило. А поэтому Ворон и Пугало смотрели на него с плохо скрытой ненавистью.
«Похоже, кой у кого еще сегодня протекла крыша!» - подумал про себя Рассказчик. Но делать нечего, и пришлось ему поздороваться:
- Добрый день, - вежливо сказал Рассказчик. – Кристофер, ты нас не познакомишь?
Но, очевидно, знакомить отца со своим Пугалом Ворон не собирался: наверное, не хотел делиться шоколадкой. Да и Пугало, похоже, и само не собиралось знакомиться. И судя по тому, с какой скоростью оно ретировалось за входную дверь, не собиралось совсем - наверное, тоже из-за шоколадки.
«Карр, карр, карр!» – Рассказчику даже показалось, что его сын прокаркал что-то извиняющееся своему Пугалу вдогонку.
- Блин, - Кристофер Робин перешел на человеческую речь - ты не мог вернуться позднее?! Вечно ты все портишь! Ни стыда у тебя, ни совести!
Кристофер явно был обломан в самых лучших своих ожиданиях.
- Извини, в колледже занятия отменились, я не хотел вам мешать, - мирно сообщил Рассказчик. – Но все же не мог бы ты объяснить, что это было? Хотя, конечно, я догадываюсь. Но почему именно это Пугало?
- Как почему? – возмутился Кристофер Робин. – Потому что у Пугала есть шоколадка! Кстати, а почему - «пугало»? Если хочешь знать, она самая красивая девочка в нашем классе, а еще ее отец владеет кондитерской на главной улице нашего городка. Вот поэтому я решил, что она самая подходящая для меня пара. И теперь у нас «Любофф»!
- «Любофф?» – Рассказчик даже растерялся. – Любовь к шоколадкам?
- Нет, то есть да, то есть нет - да какая разница: «Любофф» с первого взгляда, и все тут!
«Ага, понятно, с первого взгляда на шоколадку. Ну что ж, шоколадка - это не страшно…» - подытожил про себя Рассказчик и, немного успокоенный, стал стаскивать с себя грязные сапоги. Но он успел стянуть только один, как Кристофер вновь заговорил:
- И вообще, Кролик сказал, что мне пора взрослеть, и что для этого мне не хватает только одного – своей половинки. А вот если я ее найду, то бац, и сразу же стану взрослым. Вот я и нашел свою половинку – Пугало. Ну а коль Пугало - моя половинка, а значит пол ее шоколадки – тоже мои. Я и не знал, что так выгодно быть взрослым!
Услышав такую трактовку взрослости, Рассказчик не удержался на оставшемся сапоге и грохнулся на пол.
- Поправь меня, если я не прав, - проговорил он, отдирая себя от пола, а заодно и от шока, - правильно ли я вас с Кроликом понял, что условием взросления является обнаружение своей половинки? И лучше всего – половинки с шоколадкой?
- Правильно! – выпалил Кристофер Робин, наслаждаясь произведенным эффектом. - Кролик так и сказал, что пару нужно выбирать с пользой для себя. Это главное условие… этого, блин, как же его… ах, да - взрослого подхода к жизни!
- А что будет, если ты ее не найдешь, эту самую пару-половинку?! – все еще в шоке спросил Рассказчик. - Или же если тебе не будет от нее никакой пользы?!
- Как что, ну… - видимо вопрос застал Кристофера Робина врасплох, - я не знаю, наверное, тогда у меня не будет половины шоколадки. Вообще-то надо это у Кролика уточнить!
И Кристофер Робин быстро ретировался в свою комнату – по-видимому, уточнять у Кролика, как жить без половины шоколадки, да и вообще, стоит ли искать себе пару, если от нее никакой пользы.
Рассказчик в явном замешательстве некоторое время смотрел ему вслед, а потом понял, что ему срочно нужно выпить чашечку чая, а лучше рюмочку чего-то покрепче.
Кое-что покрепче подействовало, и уже через час Рассказчик как ни в чем не бывало сидел в своем любимом кресле, на сей раз придвинутом к письменному столу Кристофера Робина, а не к кровати как обычно – он вознамерился рассказать тому Дневную сказку. Ну а так как было обещано, что в сказке будет очень много шоколадок и еще больше «Любофф», Кристофер Робин, так и быть, согласился ее послушать и рядом с собою усадил плющевого Кролика.
Итак…
Дожди шли вот уже целую неделю. От них в Дремучем лесу все заметно подросло, особенно же подросла лесная речка. И к тому времени, когда речка добралась до края Леса, она очень сильно выросла – но все же ей хотелось быть еще больше и наконец-то уже стать взрослой рекою. Речка даже перестала прыгать и вертеться, как прыгают и вертятся все маленькие дети, и стала течь прямо и спешно – как будто бы она взрослая река и у нее очень много важных дел.
Речка говорила сама себе: «Я, конечно, уже подросла, но чтобы стать взрослой-превзрослой, одних только дождей мало - мне нужно найти себе пару…»
Все дело в том, что не так давно, а именно неделю назад, как раз перед дождями, Главный Експертус Дремучего Леса, он же Кролик, проводил на берегу этой самой речки чащобный Еминар про «Любофф». Народу на этот Еминар на столь животрепещущую тему набежало много, на полянке все не поместились, вот и пришлось перебираться на берег речки.
Выдался хороший солнечный денек и все жаждущие услышать про «Любофф» расселись и разлеглись на траве. Кролик забрался на большой камень, чтобы все смогли его услышать, а главное лицезреть, и начал вещать что-то про то, какая же распрекрасная жизнь начнется у всех обитателей вверенного его заботам Дремучего Леса, если только они найдут себе правильную пару, что он, Главный Експертус, им настоятельно рекомендует. А еще он рекомендует искать не абы какую пару, а пару с пользой для себя - вот тогда это будет правильной парой! Кролик так и сказал: нужен, мол, взрослый подход к «Любофф».
Кролик все вещал и вещал, а речка текла рядом и все слушала и слушала. В то время она, конечно, была поменьше и не все из слов Кролика поняла, но одно речка поняла: чтобы стать взрослой рекой, ей обязательно нужно найти свою вторую половинку - Кролик так и сказал: половинку!
«Странно, - подумала тогда речка, - я вроде как целая речка. Вот у меня правый берег, вот левый, так почему же я - половинка?» Но Кролик вещал так убедительно про то, что все мы - только половинки себя, кроме него, Кролика, конечно, что речка поверила.
И вот теперь она вовсю спешила найти эту самую половинку себя, без которой она никогда не станет целой, взрослой рекою! А вот ее многочисленные младшие собратья, маленькие ручейки, что плутали по Дремучему Лесу, все еще оставались маленькими – ведь они не посещали семинар Главного Лесного Експертуса и знать не знали, что представляют собой только половинки самих себя. А поэтому они, как и прежде, весело носились по всему Лесу взад и вперед, без устали мелькая то тут, то там.
«Ничего, это они Кролика еще не слышали. А как услышат – так сразу же позабудут про свое веселье, да быстренько побегут искать себе полезные пары!» - снисходительно думала о своих младших собратьях речка, надеясь их опередить.
Кроме речки и ручейков, в Лесу обитала еще и дорога. Дорога вела из Внешнего Мира в Лес, и, перед тем как попасть в Чащу, ей надо было перебраться через речку. Там, где речка и дорога встречались, стоял деревянный мостик с деревянными перилами по обеим сторонам. Иногда речка из-под мостика смотрела на дорогу и думала, а не она ли ее половинка - уж больно они были похожи.
Но ведь всем известно, что дорога не может быть половинкой речки: «От пары должна быть польза – так Кролик говорил, - думала речка. – А какая мне польза от дороги, да еще лесной?! Нет, она мне не пара!» Поэтому после мостика речка сразу же убегала в сторону от дороги: она текла дальше, в поля, надеясь уж там-то точно найти свою речную половинку.
- Вот! – заявил Кристофер Робин. – А я о чем тебе говорил! Даже наша речка прониклась идеей найти себе пару!
- Вне сомнения, Кролик может быть убедительным, - отозвался Рассказчик и пристально посмотрел на сидящего с важным видом на письменном столе Кристофера плюшевого Кролика. – Но ты уверен, что Пугало - твоя пара?!
- Конечно! Пара – это тот, от кого тебе польза – ты же сам сказал. А у Пугала есть шоколадка, много шоколадок!
При этих словах плюшевый Кролик радостно закивал головой.
- Это не я сказал, это сказал твой друг Кролик! – возразил Рассказчик. – Я вот только никак в толк взять не могу, а как польза связана с любовью? Или же польза с любовью никак не связана, а связана только с «Любофф»?! Ты не мог бы мне объяснить?
- Э… пусть лучше тебе Кролик объяснит!
Рассказчик послушно перевел взгляд на Кролика, но тот почему-то отвернулся…
Сегодня по дороге, которая так и не стала парой для речки, но почему-то об этом не переживала – наверное, потому что еще не слышала от Кролика о пользе нахождения своей пары, - шел Винни-Пух. Как и дорога, Пух тоже пребывал в радостном расположении духа, и это было тем более странно, что уж он-то точно присутствовал на том Еминаре по парным отношениям, что проходил неделю назад.
Но вот незадача: как только Кролик начал говорить о взрослении и о половинках, в ухо Пуху попала меховинка, и он ничего не услышал, но зато его коллеги по Еминару услышали его храп. Алешка-букашка, извечный завсегдатай кроличьих семинаров и главный фанат Кролика, попробовал было укусить Винни-Пуха за пятку, чтобы тот проснулся и перестал всем мешать своим храпом - но было поздно: к тому времени Кролик уже перестал тараторить и принялся собирать добровольное пожертвование в размере обязательных 9 пучков морковки с каждого. Конечно, Винни отдал морковку, но так и не понял за что: «Наверное, за то, что я хорошо выспался!» - решил он про себя и на этом успокоился.
В силу сего досадного инцидента с меховинкой Пух и по сей день пребывал в приподнятом настроении: светило солнце, погода была преотличная, и его совершенно не беспокоили поиски своей второй половинки, коими вот уже целую неделю как был занят весь Дремучий Лес. Винни же до сих пор даже не знал, что он – только половина Медведя!
А тем временем парная лихорадка охватила Дремучий Лес: его обитатели, неожиданно от Кролика узнавшие, что они – лишь половины зайчиков, птичек, насекомых и прочих лесных обитателей, принялись вовсю сновать по болотам, чащобам и полянам в поисках своих вторых половинок. Искали все и везде: звери и рыбы, птицы и насекомые, искали под кустами и в дуплах, в густой траве и на пустырях под корягами, в норах и даже в облаках. Ну кому ж хочется оставаться только частью самого себя: а вдруг выяснится, что ты – совсем даже не главная часть, а лишь второстепенная. А главная где-то там, одинокая и бездомная, бегает, травку щиплет и студеной водичкой запивает! А вот стоит только эту бедняжечку, свою половинку, найти – как трава станет зеленее, небо голубее, а солнце ярче!
К концу недели парная лесная лихорадка приняла такие размеры, что даже престарелая Сова соблаговолила покинуть свое уютное кресло и начать поиск выгодной партии. Правда, когда ее потом спросили, нашла ли она себе пару, Сова громко фыркнула и, пробормотав что-то там про то, что в этом Лесу нет ничего достойного ее внимания, с силой захлопнула за собой входную дверь.
Зато всех удивил Алешка-букашка: он принялся искать свою половинку в ушах самого Кролика, будучи глубоко уверенным, что решение всех его вопросов находится в Кролике. За это был пойман с поличным Главным Чащобным Експертусом и оштрафован на доселе невиданную сумму: 12 пучков морковки! Вы бы видели, как Алешка тащил к норе Кролика по одной морковке каждый день – отныне неповадно ему будет нарушать священные границы Главного Експертуса!
Но Пух все это веселие пропустил. Ну а так как Винни не только не нашел свою пару, но даже и не собирался ее искать, то он ничуточки и не повзрослел. Вот и сейчас, как вы думаете, чем он занят? – Детской забавой: Пух во всю старается сочинить какой-нибудь стишок про шишки, что во множественном числе валяются вокруг!
Винни поднял с дороги одну шишку, поднес ее поближе к глазам и сказал про себя: «Это очень хорошая шишка, но она одинокая, а поэтому она должна с кем-нибудь срифмоваться». Внезапно возникшая в его опилках мысль про одиночество так захватила Винни, что он даже остановился:
- Ты тоже одинок! - роем затараторили в его голове те опилки, что слушали Кролика неделю назад, когда Пух храпел. - Тебя тоже надо с кем-то зарифмовать!
- А зачем? – спросим Вини-Пух у своих же собственных опилок. – Я же не шишка!
- А затем! – лаконично ответили ему его же собственные опилки, но потом пояснили: - Ты помнишь, что говорил на Еминаре по парным отношениям Главный Чащобный Експертус, Кролик?
- Нет, не помню, - несколько смущенно ответил опилкам Пух. - Кролик вечно что-то говорит, всего и не упомнишь. А что он говорил на том самом Еминаре по гарным отношениям?
- Не по гарным, а по парным! – возмутились опилки, да так, что некоторые из них даже выпрыгнули от возмущения из Пуховых ушей. – А сказал он, что каждый обитатель Лесных Чащоб должен найти себе Чащобную пару!
- А зачем? – опять спросил Винни-Пух и на тот случай, если опилки опять возмутятся и начнут выпрыгивать у него из головы, прикрыл уши лапами.
- А для того, дубина эдаковая, чтобы у тебя случилась Чащобная «Любофф», и ты получил от этого пользу, - голосом Кролика заорали у него в голове опилки. Потом опилки успокоились и произнесли уже голосом самого Пуха: - На худой конец, Дремучая «Любофф», но тоже с пользой для тебя. В этом и состоит весь смысл чащобной жизни. А другого смысла в твоей бессмысленной жизни Медведя нет и быть не может!
Крик опилок был таким сильным, что Винни не решился уточнять про разницу между Дремучей и Чащобной «Любофф». Зато он решил уточнить, как «Любофф» связана со смыслом жизни:
- А я всегда считал, что смысл жизни Медведя в том, чтобы есть мед, - робко возразил опилкам Винни-Пух. - И у меня уже есть любовь - это мед!
Тут в голове Пуха началось нечто невообразимое: одни опилки, которые не слышали неделю назад Кролика, были за мед; а те, что Кролика слышали, напротив, с этим не соглашались и утверждали, что смысл жизни настоящего Медведя - в поиске себе пары! Опилки принялись яростно спорить друг с другом: Винни даже показалось, что между ними завязалась драка… Опилки начали одна за другой вылетать из всех щелей на голове: из ушей, из носа и даже изо рта Пуха. Да так активно, что Винни не успевал зажимать себе то уши, то рот, то нос…
Но вскоре все стихло, а потом заговорили победившие в этом споре опилки:
- Ты опять ничего не понял, дубина: не любовь, а «Любофф»! Произносится вот так, с придыханием и растягиванием слогов: «Люю-боо-фффф!». Люби себе мед, сколько хочешь. Но смысл твоей жизни как настоящего Медведя состоит только в том, чтобы найти свою «Любофф» (придыхание)! Ты понял?
Винни-Пух ничего не понял, но ему не хотелось, чтобы опилки вновь подрались и вновь посыпались изо всех щелей, и поэтому он сказал:
- Да, понял. Но я не понял как найти эту самую «Любофф», которая с придыханием: «Люю-боо-фффф»!
Винни спросил очень вежливо, но опилки ответили не очень вежливо:
- Срифмуй себя с кем-то, тупица!
- Люю-боо-ффф, лю-бо-фф, любофф! – принялся тренироваться Кристофер Робин. Он так сильно придыхал, что плюшевый Кролик свалился со стола на пол. Рассказчик поднял Кролика и, вертя того в руках, спросил:
- Кристофер, ты действительно считаешь, что смысл твоей жизни состоит в том, чтобы найти свою, как вы говорите: «Любофф»?
- Не знаю, - на минутку остановился придыхать Кристофер Робин, - но так Кролик говорит…
Кристофер забрал плюшевую игрушку из рук Рассказчика и с уважением на нее посмотрел:
- А еще Кролик говорит, что пока я не найду свою половинку, я не стану целым!
Рассказчик как будто ждал этого вопроса:
- Так значит сейчас ты не целый Кристофер Робин, а только его половинка: просто Робин, без Кристофера?! А вдруг ты – второстепенная половинка самого себя?
- Как это: Робин без Кристофера? И почему второстепенная? Я же Кристофер-Робин! Что за бред?!
- Конечно, бред, - Рассказчик улыбнулся. – Неужели ты думаешь, что если тебя будут называть Кристофером Робином-Пугалом, от этого ты будешь целостнее, чем есть сейчас?
У Кристофера Робина-без Пугала округлились глаза и, похоже, он не знал, что ответить:
- Ну… вряд ли, - нехотя согласился он.
Кристофер Робин беспокойно посмотрел на плюшевого Кролика, как бы ища у того поддержку и помощь. И, по-видимому, помощь была оказана, потому что Кристофер Робин оживился:
- Ну хорошо, пусть будет не половинка, а просто пара!
Рассказчик тяжело вздохнул и продолжил сказку.
Итак, наконец-то узнав от собственных опилок, о чем же был Еминар у Кролика неделю назад, Винни-Пух, по совету тех же опилок, принялся себя рифмовать. Сперва он ничего не мог придумать, и тогда опилки в его голове вновь принялись шуметь. Испугавшись, Пух выпалил первое, что пришло ему на ум:
Ах, растут на елке шишки
И все для одинокого Мишки!
Услышав рифму «шишки-мишки», опилки зашумели еще сильнее.
- Конечно, не для Мишки, я ошибся, - Пух поспешил успокоить свои опилки. – Хотя, мы с ними хорошо рифмуемся…
И тут ему пришел в голову новый стишок:
Не странно ли, что Волки
Не могут жить на елке?
Минут пять опилки молчали, но потом они вновь зашумели - оказалось, что они просто пребывали в глубоком обмороке. И тогда Винни-Пух поспешно добавил:
- Хотя «волки – елки» тоже неплохо рифмуются, волки не могут быть парой елкам, - Пуху не хотелось, чтобы опилки считали его идиотом.
Но получилось только хуже:
Живут на елках белки-
Хоть белки не для мишки,
Коль любит он лишь шишки!
- Ты что - идиот? – тут же завопили опилки. Пришлось Пуху срочно прекращать о чем-либо вообще думать, а еще и зажать уши ладонями.
- Срифмовать! – в восторге закричал Кристофер Робин. – Прекрасный способ проверить, твоя ли это пара – срифмоваться! Как так, «Пугало»… э... «Робинугало»?
- Прекрасная пара: «Пугало-Робинугало»! – поддержал рифму Рассказчик. - Отныне мы с мамой будем звать тебя Робинугалом: «Пугало-Робинугало», «Пугало-Робинугало»!
- Прекрати немедленно! – возмутился Кристофер Робин. – Какая глупость!
- Точно, Кристофер! Все это – чистой воды глупость! Пары - они уж точно не рифмуются!
- Я знаю! – возразил Кристофер Робин. – Кролик говорил, пары – они для пользы существуют!
- Для пользы говоришь? Ну что ж, посмотрим...
А тем временем дорога как раз подошла к речке и направилась на мостик, а вместе с нею на мостик отправился и Пух. Он так крепко зажимал уши лапами, что шишка, с которой он только что пытался себя срифмовать, выпала и упала прямо в воду.
- Обидно! - сказал Пух вслух, глядя, как шишка медленно проплывает в сторону моста.
Звук собственного голоса испугал Винни-Пуха и он тут же перешел на шепот, в надежде, что опилки его не услышат:
– А ведь какая рифма пропала: «мишки-шишки»! И с кем же мне теперь себя срифмовать?
Винни-Пух хотел было сходить за новой шишкой, которую тоже можно было срифмовать, но, вспомнив про опилки, подумал, что лучше просто поглядит на Реку, а то вдруг те опять начнут шуметь: «Ты тупица», «найди смысл в своей бессмысленной жизни», «срифмуй себя с кем-то», «шишка тебе не пара»...
Винни-Пух лег на пузо и стал смотреть на речку, как та медленно и плавно скользит под мостом... И вот тогда, глядя снизу вверх на лежащего на мосту Пуха, сердобольная речка решила было помочь бедному Мишке, запутавшемуся в собственных опилках: из самых лучших побуждений она погнала упавшую в воду шишку прямо к Пуху!
- Как интересно! – радостно, уже не боясь собственных опилок, вскричал Винни-Пух. - Я уронил шишку с той стороны моста, а она выплыла с этой! Интересно, а все шишки так делают? И значит ли это, что шишка и есть моя «Любофф» (придыхание)?
Винни-Пух пошел за второй шишкой. Да: эта шишка тоже так делала. Винни-Пух обрадовался: кажется, наконец-то, он нашел с кем себя срифмовать...
Но еще больше обрадовалась речка: та так и не нашла, с кем же себя срифмовать, но после трюка с шишкой она точно знала, что ей этого и не нужно: ее миссия в другом – находить пары для других! «Отныне я прославлюсь на весь Дремучий Лес тем, что создам множество-множество пар! - думала она о себе - Что там у нас плывет по воде? Шишка? Отлично. Будут «мишки-шишки»!»
Но радость и Пуха, и речки были недолгими: виноваты пуховы опилки, которые вновь принялись за старое:
- Что ты делаешь, – завопили они, да так, что даже речка услышала их вопль, - играешь? Тебе нужно искать себе пару! Что ты скажешь Кролику, когда он спросит, нашел ли ты свою Чащобную «Любофф» (придыхание), а?!
Речка сникла, сник и Пух. Пух хотел было сказать опилкам, что это он просто разминался перед тем, как отправится на поиски… как вдруг его осенило:
- Так ведь это же не просто игра, а игра в «Найди себе пару»! – заявил он собственным опилкам. - Как гадание на ромашке «любофф-не любофф», только на шишках!
- И что же показало гадание? – заинтересовались опилки.
- Гадание вот уже два раза как показало, что моя «Любофф» (придыхание) – это шишка, и что мы с ней отлично рифмуемся!
Но опилки сразу ему не поверили и потребовали доказательств, и поэтому Пух играл под их бдительным наблюдением в «шишки-мишки» аж целый час: он бросал шишку с одной стороны моста, а потом бежал к другой его стороне и ждал, появится ли она с этой стороны. И хотя каждый раз опилки в его голове вопили что-то вроде: «шишки тебе не пара», «мы Кролику пожалуемся» и все в таком роде, - все шишки каждый раз появлялись с другой стороны моста.
Конечно, как вы уже догадались, шишки могли там и не появиться – например, они могли причалить к берегу или же просто-напросто потонуть, - и тогда бы Пух проиграл своим опилкам, но ему вовсю подыгрывала речка, воодушевленная своей особой миссией находить всем пары. И вот когда Винни выиграл так 36 раз подряд, он окончательно убедился, что нашел себе пару.
- Пух что, совсем идиот, если считает шишку своею парой? – не выдержал Кристофер Робин. – «Шишки-мишки», скажешь тоже! Похоже, опилки в голове бедного Мишки умнее его самого! Какая ему польза от шишки?
- Ты думаешь, что тебе обязательно должна быть польза от своей пары? - спросил Рассказчик и хитро прищурился.
- Ну да, так Кролик…
- Да, я знаю, так Кролик говорил, - тут же подхватил Рассказчик. – Но видишь ли, Кролик вас обманул. На самом деле, пары не ищутся, а уж тем более с целью получения выгоды. Об этом вам Кролик не сказал. Как и не сказал он о своей выгоде, чтобы все считали, что свою пару якобы можно найти и что она обязательно будет полезной.
- А почему Кролику выгодно, чтобы мы так считали? – спросил Кристофер Робин и посмотрел на своего игрушечного Кролика, но тот почему-то отвернулся и сделал вид, что не слышит.
- Видишь ли, Кристофер, - ответил за Кролика Рассказчик, - «Найди свою пару» - это только игра, и чем больше в нее играют – тем больше у Кролика морковок, и тем сильнее его слава Чащобного Експертуса. В действительности свою пару не ищут, а уж тем более с корыстными побуждениями – ни в лесах, ни в полях, ни в облаках, ищи-не ищи. Пары просто образуются, сами по себе, и как правило как раз тогда, когда их никто не ищет. Ну а настоящая пара – это та, где нет никакой корысти!
Кристофер замолчал – он думал.
- А у вас с мамой так и было? – спросил он наконец-то.
- Конечно.
Все, казалось бы, стало хорошо: речка и Пух наконец-то остались довольными; речка – что нашла свою миссию, а Пух – пару. Вот только у пуховых опилок все еще сохранялись сомнения, а поэтому они срочно отправили Винни к Кролику: если тот одобрит, значит все нормально!
Кролик размышлял долго, но не над вопросом, является шишка парой для мишки или же нет. Кролик думал о другом: какую пользу ему может принести придуманное Пухом гадание-игра. А так как поначалу он никак не мог сообразить, выгодно ли оно или нет, он начал задавать наводящие вопросы:
- Гм, Пух, - начал Кролик, - так значит ты утверждаешь, что с помощью такого простого гадания нашел свою вторую половинку?
- Как половинку? – не понял Винни-Пух. – Так ведь я вроде как целый, невредимый. Вот смотри: две верхние лапы, две нижние лапы, один хвост и одна голова… Я нашел себе пару - шишку!
И Пух продемонстрировал Кролику полный медвежачий комплект. Но Кролику комплект показался неполным:
- Вот именно, у тебя одна голова… - хмыкнул Кролик. – Половинка, пара - это одно и то же, тупица.
Винни обомлел:
- А я и не знал, – с неподдельным удивлением сказал Пух. - Так ты думаешь, мне нужна вторая голова?
- Тебе точно не помешало бы ее заиметь, - небрежно заметил Кролик.
Но Винни-Пух принял его замечания близко к сердцу: он плюхнулся на землю и схватился за голову. Опилки в его голове радостно оживились и затараторили не хуже Кролика: «Мы же тебе говорили! Какая жизнь с одной головой?! Тогда нас будет в два раза больше!»
- Кролик, как ты думаешь, а шишка может быть моей второй головой? – отчаявшимся голосом спросил Винни. – Ты же сам говорил, что от пары должна быть польза. Вот я и подумал…
- Твоей второй головой? - хихикнул Кролик.– Шишка? Точно, может - разницы не будет, никакой!
Опилки в голове Пуха расстроенно замолчали: они никак не хотели шишку в свою компанию. Замолчал и сам Винни, а потом с робкой надеждой в голосе спросил:
- Так значит, мое гадание было правильным? И шишки действительно для мишки?! Коль шишка может стать моей второю головой?
Тут пришло время замолчать Кролику. Он понял, что сболтнул что-то не то, но отступать было некуда – и поэтому он согласился на гадание:
- Да, ты прав, и оно было верным! И полезным.
И вот тут-то Кролик наконец-то понял выгоду от придуманной Пухом игры в «Найди себе пару»: она может стать хорошей рекламой для его Еминара: «Особенно для таких тупиц, как Пух, – подумал Кролик про себя. – И тогда 10 пучков морковки мне обеспечены до конца жизни!»
Так Главный Чащобный Експертус одобрил игру-гадание «Найди себе пару», и в него стали играть все обитатели Дремучего Леса!
Это было просто и удобно: бросишь что угодно – веточку, палочку, шишку, тряпочку – с той стороны моста, и если она не утонет, а появится с этой стороны, значит – вот она, твоя пара. И не надо бегать туда-сюда по всему Лесу в поисках своей второй половинки: рыться в земле, ползать по траве, искать в кустах, лазить по деревьям и летать в облаках. Зачем, когда придумал рифму, проверил, хорошо ли она звучит, бросил в воду - бац, вот тебе твоя готовая пара! Тебя объявляют победителем, и ты уже взрослый!!
Казалось, все были довольны. Доволен был Кролик, потому что его Еминар пользовался отныне еще большой популярностью в Дремучем Лесу. Доволен был Пух – ведь игру-то придумал он! Довольна была и лесная речка – теперь она с утра до вечера была занята тем, что образовывала пары, подталкивая тот или иной предмет вперед. Довольны были даже опилки в пуховой голове – они наконец-то успокоились.
Правда, Кролик немного изменил правила игры в «Найди себе пару»: отныне играть в нее можно было сколько угодно раз – и раз, и два, и три, и даже много! А еще можно было менять предмет, с которым ты хотел бы себя срифмовать, чтобы он стал твоей парой – Кролик сказал, что «так интереснее», имея ввиду, что ему интереснее получить морковку за одну созданную пару не один раз, а много-много раз!
- Кролик, я не понял! - возмутился Кристофер Робин, обращаясь уже к самому плюшевому Кролику. – Так это все из-за желания получить морковку? Вся эта игра в «Найди себе пару»?
Кролик подозрительно молчал.
- Ну а как же тогда мне повзрослеть, без пары то? – не унимался Кристофер Робин.
Вот и пришлось Рассказчику отвечать за Кролика языком сказки…
Однажды Пух, Пятачок, Кролик и Крошка Ру играли в «Найди себе пару». По команде Кролика они бросали в воду разные предметы, а потом стремглав мчались на другую сторону моста и глядели вниз, ожидая, выплывут ли они с этой стороны. А тот, чей предмет выплывет из-под моста первым, объявлялся победителем: он первым нашел себе пару, а значит он самый взрослый среди них.
Правда, им все чаще приходилось подолгу ждать: это потому что речка стала ленивой – наверное, она устала от собственной миссии. Но все равно было увлекательно и занимало все свободное время.
- А вот моя булочка! - кричал Крошка Ру. - Нет, не моя, это вообще не булочка, а это желудь. Это не твой желудь, Пятачок? Нет, это не он! А это не твой ли горшочек с медом, Пух?
- Нет, - отвечал Винни-Пух, – увы! Мне никак не удается срифмовать себя с горшком с медом – он постоянно тонет! А ведь так хорошо звучит: «медведь - мед ведь!» - Пух неоднократно пытался поменять шишку на мед, но увы, горшок с медом все время тонул!
- Наверно, моя булочка пропала, - сказал Ру. - Кролик, моя пара - пропалка! А я так хотел с нею срифмоваться! Вот смотри: «Ру - ру-булка», правда, здорово? И вкусно! Пятачок, а твоя пара - пропалка?
- Пары, они такие, – авторитетно сказал Кролик. - Они всегда заставляют ждать дольше, чем вы думаете. Тут главное не сдаваться и постоянно быть в поиске подходящей тебе, полезной пары!
- Да! - радостно подпрыгнул Ру. - Моя булочка очень даже полезная!
- Пятачок, вон твой желудь! - вдруг крикнул Винни-Пух.
- Желудь был серовато-зеленоватым, - сказал Пятачок, сам не решаясь высунуться дальше перил из боязни свалиться в воду.
- Да-да, его я вижу, серовато-зеленоватого, - подтвердил Пух.
Кролик даже высунулся вперед, высматривая, что же всплывет первым: желудь Пятачка, горшок Пуха или же булочка Ру. Крошка Ру прыгал, как заводной, пища: "Булка, ру-булка, поскорей!". Пятачок ужасно взволновался, потому что вроде как первым показался его желудь, а это означало, что он выигрывает, и теперь будет считаться самым взрослым.
- Выплывает! Вон! - закричал Кролик.
- А ты уверен, что это мой желудь? - взволнованно запищал Пятачок. – А я ведь еще даже рифму под него не придумал. Может: «хрюшки-желушки»?
- Да-да, он! Он большой и серо-зеленый, очень большой и очень серо-зеленый... Ой, мамочки! Это не желудь... а Иа!
Из-под моста выплыл Иа: спокойно и величественно, задрав в небо все свои четыре ноги, серо-зеленый от речного холода.
- Иа! - закричали в ужасе все разом. В ужасе от самой себя была даже речка: кто захочет сделать своей парой вечно брюзжащего Иа?
- Это Иа! - запищал Крошка Ру вне себя от волнения и тут же грохнулся в обморок.
- Неужели? – подал голос Иа. Проплыв мост, он попал в небольшой водоворот и трижды плавно повернулся вокруг своей оси: - А я-то думал: «Кто это тут плывет и куда это он плывет?»
- Я не знал, что ты тоже ищешь себе пару - несколько разочарованно сказал Пятачок. – Но не надейся, ты - не моя пара: я кидал в воду желудь, а не Иа! И я не виноват, что они одного цвета! Что?! Не надо на меня так смотреть!
- Я не играю, - ответил Иа!
- А что же ты делаешь в воде, когда все играют в «Найди себе пару»? - спросил Кролик.
- Можешь отгадывать до трех раз, Кролик. Рою землю? Неправильно. Прыгаю по веткам молодого дуба? Нет, тоже неправильно. Жду, чтобы мне кто-нибудь помог выбраться из реки? Теперь правильно! Дайте Кролику время подумать, и он отгадает.
- Ой, Иа, - сказал Пух растерянно. - А мы... я хочу сказать, ты не думай, что мы...
- Да, - сказал Иа. - Конечно! Один из этих вариантов будет абсолютно правилен. Спасибо тебе, Пух.
- Ой, он плывет все кругом и кругом, - сказал Крошка Ру, только что пришедший в себя и готовый вновь грохнуться в обморок.
- Почему бы и нет? - холодно парировал Иа.
- Я тоже умею плавать, - гордо сказал Крошка Ру.
- Но не кругом, - сказал Иа. - Кругом гораздо труднее. Вообще-то я сегодня не собирался плавать, - продолжал он, медленно вращаясь, - но уж если пришлось, то легкое вращательное движение справа налево... Или, может быть, слева направо, - добавил он, попав в следующий водоворот. - При всех обстоятельствах это мое личное дело.
Наступило всеобщее молчание.
- Вообще-то, - начал было Кролик, подозревая, что появление Иа может спутать ему всю игру в «Найди себе пару», - если не мы бросили Осла в воду, то лучше оставить его плыть дальше. А вдруг он чья-то пара? Рано или поздно, его кто-нибудь, да вытащит из воды!
- Кажется, я придумал, - сказал наконец Винни-Пух. - Но я не уверен, что это будет хорошо.
- Я тоже, - согласился добрый Кролик.
- Выкладывай, Пух, - вмешался Иа.
- Ну, если мы все будем бросать камни в реку, с одного боку Иа подымутся волны, и эти волны прибьют его к берегу.
- Это очень хорошая Идея, - сказал Кролик вслух, но про себя подумал: «Есть шанс, что Осел потонет».
- Очень, - согласился Иа. - Когда я захочу, чтобы меня прибили, Винни-Пух, я тебе сообщу.
- Но тогда, согласно правилам игры, все брошенные в воду камни надо будет считать нашими парами, - завопил Кролик. – А я лично не хочу заиметь в пару камень!
Все опять замолчали. Перспектива зарифмовать себя с камнем никого не прельщала. Первым нарушил молчание Пятачок:
- А вдруг мы случайно попадем в него? - тревожно спросил он.
- Или же вдруг вы не попадете в него?! - добавил Иа. - Обдумайте все эти возможности, прежде чем вы начнете так развлекаться.
Но Винни-Пух его уже не слушал. Он притащил с берега самый большой камень, какой только смог поднять, и склонился над водой.
- Я его не брошу, я его просто уроню, Иа, - объяснил Пух. – И тогда это не будет считаться парой. И тут уж я не промахнусь, то есть я хочу сказать, что я не попаду в тебя.
Кролик почувствовал, что лавры командира уплывают от него. Он даже уже видел, как пучки морковки, с которыми он хотел навечно себя зарифмовать, так и уплывают от него вдаль по речке. И тогда он перехватил инициативу у Пуха.
- Ну, Пух, - сказал он, - когда я скажу: «Пора!» - ты можешь пускать камень. Иа, когда я крикну «Пора!», Пух пустит свой камень.
- Большое спасибо, Кролик, но я полагаю, что я это узнаю и без тебя.
- Пух, ты готов? Пятачок, отодвинься немного от Пуха, ты ему мешаешь. Ру, чуть-чуть назад. Все готовы?
- Нет!- заорал Иа.
- Пора! - крикнул Кролик.
Пух отпустил камень. Раздался громкий всплеск, и Иа исчез под водою...
Момент был волнующий, особенно для наблюдателей на мосту. Они глядели во все глаза... И даже вид желудя Пятачка, который выплыл наконец-то из-под моста, не так их развеселил, как можно было ожидать.
И вдруг - как раз в тот самый момент, когда Пух уж начал думать, что Кролик был прав, и Иа не стоило спасать, - что-то серое появилось на прибрежной отмели... Постепенно оно становилось все больше и больше... и наконец стало ясно, что это выходящий из воды Иа. С дружным воплем все кинулись с моста; они тащили, и тянули, и подталкивали Иа, и вскоре тот встал на твердую почву.
- Ой, Иа, до чего же ты мокрый! - сказал Пятачок, пощупав его.
Иа отряхнулся и попросил кого-нибудь объяснить Пятачку, что так происходит, когда вы находитесь в воде довольно долгое время.
- Ай да я! - великодушно сказал Кролик. - Да, мне пришла в голову неплохая Идея!
- Какая Идея? - спросил Иа.
- Прибить тебя к берегу.
- Прибить меня? - сказал Иа удивленно. - Прибить меня? Вы думаете, что прибили меня? Я просто занырнул! Пух запустил в меня огромным камнем, и, чтобы избежать удара в грудь, я нырнул и подплыл к берегу.
- Это неправда, - шепнул Пятачок Пуху, чтобы его утешить.
- По-моему, тоже, - нерешительно ответил Пух.
- Какая глупость, вся эта игра в «Найди себе пару»!- воскликнул Кристофер Робин и даже отвернулся от плюшевого Кролика.
- Верно! – ответил Рассказчик. – И она чуть не стоила Иа шкурки!
- И что, так всегда, со всеми парами? - спросил Кристофер Робин.
- Не всегда, а только тогда, когда в пару играют, – ответил Рассказчик.
- Ну а как же «Любофф»? – все никак не мог успокоиться Кристофер Робин.
- Во-первых, не «Любофф», а Любовь, и без придыхания, пожалуйста, - спокойно ответил Рассказчик. – А во-вторых, Любовь ничего общего не имеет с корыстью. Ну а в-третьих, ее не обрести посредством игры «Найди себе пару» - ни в дремучем лесном ее варианте, ни в каком-либо другом варианте! Любовь она просто любовь, и она приходит только сама.
- А как же мое Пугало?
- А что Пугало? – удивился Рассказчик. – Если ты хочешь общаться с ним – общайся, но зачем же использовать его в корыстных целях, и называть эту корысть своей «парой» или же «половинкой»? Вот это точно – не любовь!
Тут отвернулся уже и плюшевый Кролик.
Но Пух никак не мог утешиться, хотя Иа был уже не в речке, а на берегу. А тут еще как назло опилки в его голове вновь оживились:
- А мы говорили, что твоя игра ни к чему хорошему не приведет! - затараторили они.
- Но ведь я придумал только гадание, а найти пару предложил не я, а Кролик, - попытался было оправдаться Пух.
Но опилки его не слушали:
- Кролик, Кролик – а у тебя у самого голова на плечах зачем? Чтобы мед в нее есть?
Тогда Пух решил переменить тему и обратился к Иа:
- Как же ты упал в воду, Иа? - спросил он.
- Я не упал, - отвечал Иа. - На меня НАСКОЧИЛИ.
- Ой, - запищал взволнованный Ру, - тебя кто-нибудь толкнул?
- Кто-то на меня НАСКОЧИЛ. Я стоял на берегу реки и размышлял - я надеюсь, кто-нибудь из вас понимает значение этого слова, - как вдруг ощутил СИЛЬНЫЙ НАСКОК.
- Ой, Иа! - ахнуло все общество.
- А может быть, кто-то играл в «Найди себе пару» и СПЕЦИАЛЬНО скинул тебя в воду, чтобы проверить, ты ли его настоящая пара? - вмешался Кролик.
- Какая пара? – возмутился Иа. – Ах, да игра «Найди себе пару»... Но зачем же так грубо кидать меня в воду!
- Наверное кто-то счел, что ты его пара и хотел проверить, выплывешь ты или нет! – предположил Ру.
Все разом замолчали, даже Иа, раздумывая, кто бы мог быть таким сумасшедшим, чтобы выбрать себе в пару живого, серого, вечно всем недовольного, зануду Осла!
Речке, которая все это время с тревогой слушала весь этот разговор, захотелось заиметь голос и крикнуть: «Это не я, не я, не я!» - но, увы, голоса у нее не было. И тогда она решила, что никогда больше не будет заниматься таким мокрым делом, как создавать пары. Речка вынырнула из-под мостика и со всей скоростью, с которою только смогла, ринулась подальше отсюда, в поля…
- И правильно сделала! – поддержал речку Кристофер Робин. – Я бы сам убрался подальше от такого мокрого дела!
- Рад слышать, что игру в «Найди себе пару» ты наконец-то назвал мокрым делом! – искренне обрадовался Рассказчик. – У тебя еще будет возможность оттуда убраться, но не так, как речка – просто безответственно сбежав, а объяснив своим друзьям все, что ты понял из всей этой истории.
Итак, продолжим…
Тем временем друзья продолжили выяснение, кто же все-таки был виновником происшествия с Иа.
- Наверно, это был Тигра, - наконец-то догадался Пятачок.
- Слушай, Иа, - спросил Пух, - а может Тигра решил, что ты – его пара? Я хочу сказать...
- Я сам об этом все время спрашиваю, медвежонок Пух. Даже на самом дне реки я не переставал спрашивать себя: «Что это – коллективное помешательство на почве поиска своей пары или же запланированное убийство?» Но когда я всплыл на поверхность, я ответил себе: «Это мокрое дело» - если ты понимаешь, что я имею в виду.
Тут раздался громкий треск, и из камышей появился Тигра собственной персоной.
- Всем привет! - весело сказал Тигра.
Кролик вдруг ужасно надулся.
- Тигра, - сказал он вызывающе, - будь любезен, объясни нам, что сейчас произошло? Ты искал свою пару, и это - Иа?
- Я его не искал, - ошеломленно ответил Тигра.
- Может быть ты меня и не искал, но ты на меня наскочил, - мрачно сказал Иа. – Что одно и то же. Да еще на берегу речки! Значит, отныне я – твоя пара! Правда, Кролик?
- Нет, не наскакивал. Я вообще не искал себе пару, у меня просто был кашель, и я случайно кашлянул позади Иа: «ГРРРРР-ОПП-ПШШ-ШШЦ!"
- Что с тобой, Пятачок? - спросил Пух, помогая Пятачку встать и отряхнуть пыль. - Все в порядке?
- Это я от неожиданности, - сказал Пятачок дрожащим голосом.
- Вот это я и называю НАСКАКИВАТЬ, - настаивал Иа, - или же искать себе пару таким необычным способом. И у меня нет возражений против того, что Тигра считал меня своей парой. Так что, Тигра, ты не отвертишься - пошли со мною!
- Но возражения есть у меня! - сказал Тигра упрямо. - Я просто кашлял.
- Игра есть игра, Тигра, и все что брошено в воду и плывет на тебя, должно считаться твоею парой! – категорично заметил Иа и обратился за поддержкой к самому Кролику. – Кролик, что ты можешь сказать по поводу нашего с Тигрой спора. Ведь это ты придумал всю это игру в «Найди себе пару»!
- Нет, нет, не я, а Пух! – тут же испуганно завопил Кролик, уже догадываясь, что Тигра ни за что не согласится, чтобы Иа стал его парой, а Иа от своего не отступится, а значит будет драчка. - Вот его и спрашивайте! Итак, Пух, что ты можешь сказать по этому поводу в свое оправдание?
- Все, что я мог сказать по этому поводу... Ах, вот идет Кристофер Робин - пусть он скажет.
Кристофер Робин шел по лесной дорожке в самом что ни на есть безоблачном настроении, как будто бы он уже нашел себе пару и ему только и оставалось, как дождаться, когда он станет взрослым. Но когда он подошел к мосту и увидел озабоченные морды своих друзей, он понял – что-то пошло не так...
- История такова, Кристофер Робин, - начал Кролик. - Тигра...
И все заговорили одновременно. Тогда Кролик поднял лапу и громко приказал всем замолчать:
- Тихо! Так что же думает обо всем этом Кристофер Робин? Вот в чем вопрос.
- Я думаю, что мы больше не будем играть в «Найди себе пару»! – отозвался живой Кристофер Робин. – Вот, что я думаю!
- Отлично, Кристофер! – похвалил того Рассказчик.
- Вот только… я не знаю, как быть со взрослением… - решил уточнить под конец Кристофер Робин, у которого Кролик уже не сидел на письменном столе.
- А взросление – вот оно, ты сам его сейчас продемонстрировал, - ответил Рассказчик. – Продемонстрировал тем, что взял на себя ответственность. Ибо взрослость – это не наличие пары, это наличие только одного – умения отвечать за свои поступки.
После слов Кристофера Робина обитатели Дремучего Леса больше не играли в «Найди себе пару». Друзья тут же переделали игру в «Игру в веточки» и стали просто пускать веточки по воде, ожидая, чья же выплывет первой. И это было весело и радостно!
Крошка Ру два раза свалился в реку: первый раз случайно, а второй раз нарочно, потому что он увидел, что из Лесу выходит Кенга, и понял, что ему все равно придется сейчас отправляться спать. Кролик сказал, что он пойдет с ним, Тигра и Иа тоже ушли вместе, потому что Иа решил объяснить Тигре, как выигрывать в веточки: «Надо пускать веточку с подковыркой, если ты понимаешь, что я хочу сказать, Тигра». И только Кристофер Робин, Пух и Пятачок остались на мосту.
Долгое время они глядели вниз на реку, ничего не говоря, и речка, освободившаяся от своей миссии, тоже ничего не говорила.
- Хорошо то, что хорошо кончается, - сказал Пятачок.
- Да уж, - ответил Кристофер Робин.