Пока мы с трепетом наблюдаем, что может сотворить ИИ с изображениями людей, белгородская предпринимательница ИП Соболевская К.О., не мудрствовав лукаво, олдскульным способом изготовила маски Сергея Безрукова на принадлежащей ей фабрике игрушек. Получившаяся продукция: пугающе реалистичная тканевая маска «Сергей Безруков» и «Карнавальная маска НА ЛИЦО Сергей Безруков» (так было написано в карточке товара, если что) предлагались на Wildberries и Ozon в канун Нового года.
В природе этого случая заложена своего рода логика сансары. Ну кто не захочет быть Безруковым? Сергей столько раз был для нас буквально всеми, и Есениным, и Высоцким, и Пушкиным, что неудивительно, когда кто-то захотел быть им. В домохозяйстве от этой маски тоже сплошная польза.
Такая, например, мизансцена: кричит в ярости жена мужу: «глаза б мои тебя больше не видали», а он раз, достал маску и обернулся артистом Безруковым.
Маруся от счастья слёзы льёт.
Как гусли, душа её поёт.
Опять же приятно, когда на кухне уютно рубит салатик не привычный имярек, а актер, известный и уважаемый человек.
Однако, Сергей Безруков предсказуемо ни масок, ни коммерческую хватку ИП Соболевской не оценил. Иск против нее был рассмотрен Хамовническим судом г. Москвы 20 января. Суд запретил ИП Соболевской использование персональных данных и изображения Сергея Безрукова, и постановил выплатить ему компенсацию морального вреда в размере 203 тысяч рублей. В своих исковых доводах артист ссылался не только на нарушение в использовании изображения по ст. 152.1 ГК РФ, но и на нарушения, связанные с использованием его персональных данных.
Довольно примечательно, что обе стороны по-своему сослались и на right of publicity, которое существует в РФ только между строк, а суд эти доводы развернуто прокомментировал, что подтверждает нашу давнюю мысль о том, что некоторые доктрины common law инкогнито проживают в наших широтах.
Сергей Берзруков, в частности, заявил, что его «имя, фамилия, изображение и известность используются без его согласия для успешной предпринимательской деятельности ответчика, маски никому неизвестного гражданина продавались бы хуже».
Ответчица парировала тем, что истец является популярным, публичным лицом, а его изображения размещены в сети «Интернет», на телевидении и в публичном пространстве. По ее логике, очевидно, это что-то вроде общественного достояния.
К тому же, согласно разъяснениям в п.44 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. № 25 обнародование и использование изображения гражданина без согласия допустимо в силу подп. 1 п. 1 ст. 152.1 ГК РФ, когда имеет место публичный интерес, в частности, если такой гражданин является публичной фигурой (занимает государственную или муниципальную должность, играет существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области), а обнародование и использование изображения осуществляется в связи с политической или общественной дискуссией или интерес к данному лицу является общественно значимым.
Суд, однако, резонно заметил, что «само по себе отнесение лица к числу публичных фигур недостаточно для применения указанного законоположения» и сформулировал вывод, который трудно не поддержать: согласие необходимо, если единственной целью обнародования и использования изображения лица является удовлетворение обывательского интереса к его частной жизни либо извлечение прибыли (отдельное наслаждение - стиль!).