Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Витальный исход

Текст ниже я написал в 2019 году

Несколько лет до этого и после были непростыми. Я переживал потери, учился радости, надежде, смирению. Меня до боли трогали библейские сюжеты. И я много раз их использовал в своём творчестве. Сейчас всё хорошо. Иногда настолько хорошо, что даже не верится. Я долгое время думал, что счастье надо заслужить и выстрадать. Оказалось, что не надо. Страстная пятница – день скорби и потери. А ещё день призрачной, но стойкой надежды на воскресение. И я люблю этого день. А дальше идёт текст. *** А я теперь уставший и немой, Несусь вперёд, как пьяные по трассе. Омыло время прошлое водой. И образ твой – пробел в иконостасе. ⠀ Ты будешь отречением Петра, Что трижды неуверенно и робко Промямлил «нет» у тусклого костра, И я теперь затычка в ране, пробка. ⠀ И я теперь валун, что у ворот, Скрываю то, что, может быть, воскреснет. И третий день дождина в бездну льёт, И вздрагиваешь вдруг от каждой вести. ⠀ Лишь только крик замёрзшего осла, И только лишь гудение трамвая. И чувство страха, где не счест

Текст ниже я написал в 2019 году.

Несколько лет до этого и после были непростыми. Я переживал потери, учился радости, надежде, смирению. Меня до боли трогали библейские сюжеты. И я много раз их использовал в своём творчестве.

Сейчас всё хорошо. Иногда настолько хорошо, что даже не верится. Я долгое время думал, что счастье надо заслужить и выстрадать. Оказалось, что не надо.

Страстная пятница – день скорби и потери. А ещё день призрачной, но стойкой надежды на воскресение. И я люблю этого день. А дальше идёт текст.

***

А я теперь уставший и немой,

Несусь вперёд, как пьяные по трассе.

Омыло время прошлое водой.

И образ твой – пробел в иконостасе.

Ты будешь отречением Петра,

Что трижды неуверенно и робко

Промямлил «нет» у тусклого костра,

И я теперь затычка в ране, пробка.

И я теперь валун, что у ворот,

Скрываю то, что, может быть, воскреснет.

И третий день дождина в бездну льёт,

И вздрагиваешь вдруг от каждой вести.

Лишь только крик замёрзшего осла,

И только лишь гудение трамвая.

И чувство страха, где не счесть числа,

А может, счесть. Но я его не знаю.