Известный поэт-песенник рассказал, как поступил в Литературный институт, подружился с Вячеславом Добрыниным и заслужил уважение братков из 90-х
ДИКТАНТ С КИРГИЗСКИМ АКЦЕНТОМ
Поэт-песенник Симон Осиашвили шутит, что если песни автора вошли в эпиграммы, или их исполняют пьяные на улицах, то он уже оставил след в культуре. Впрочем, если говорить про судьбу этого мастера слова, он уже давно застолбил в культуре свое место.
А как может быть иначе, если его песни «Не сыпь мне соль на рану», «Дорогие мои старики», «Ты мой Бог» и многие другие хиты стали частью нашего культурного кода.
- Симон, у вас ведь есть интересная история поступления в Литературный институт...
- Да. Профилирующий экзамен был для русских школ. Естественно, сочинение. А вот для выпускников национальных школ, которые якобы плохо говорили по-русски и приезжали из соседних республик, - диктант.
Видать, из-за моей грузинской фамилии меня зачислили в выпускники национальных школ. Хотя я окончил русскую школу с золотой медалью. Однако оказался в числе тех, кто пишет диктант.
«Как замечательно. В сочинении важно раскрыл ты тему или нет. А тут пишешь то, что тебе надиктовали», - подумал я.
Как сейчас помню, нам диктовали отрывок из «Капитанской дочки». Со мной рядом сидел парень из Кыргызстана Турсун, который плохо говорил по-русски. И он сказал: «Буду у тебя списывать».
Через два дня вывешивают результаты. И я получаю «пятерку», а он – «двойку». Парень удивляется: «Как же так? Ведь я у тебя списал». А я отвечаю: «Турсун, ты, наверное, списал с киргизским акцентом». Вот таким образом я и поступил в Литературный институт.
ОТ МИГУЛИ К ТУХМАНОВУ
- Как вы написали свой первый хит?
- Я приехал продолжать свою учебу в Москву и пошел в Союз композиторов. Взял там справочник членов Союза, выписал оттуда адреса и телефоны тех композиторов, чьи песни были на слуху, и мне нравились.
Потом стал им отправлять свои стихотворные опусы и звонить. Все под тем или иным предлогом от меня отказывались, кроме одного – композитора Владимира Мигули.
И вот он говорит: «Да, интересно, мне понравилось, приезжайте». Я приезжаю к нему домой и вижу, как его письменный стол весь был завален стихами. Тогда как раз вышла его знаменитая песня «Трава у дома».
В тот период Мигуля был очень популярным композитором, и все слали ему свои стихи. Как он в этом потоке обратил внимание на мои опусы?! Мне просто повезло, наверное.
Помню, Владимир Мигуля сказал: «У меня есть готовая музыка. Может, напишите для нее стихи?». Я ответил: «Ну, конечно, конечно». Мне же хотелось работать с Мигулей. И я взял кассету, дома слушал – слушал, написал текст, который ритмически ложился на эту мелодию и отдал Владимиру Мигуле.
Он посмотрел и сказал: «Да, хороший текст, только я на него напишу другую музыку». Он сочинил другую музыку, и получилась песня «Дни летят», которая стала всесоюзно известной.
Конечно, я был радостный. А Владимир Мигуля мне сказал: «Слушай, та первая песня, на которую ты писал стихи, осталась без дела. Может, еще раз попробуешь?».
Я написал еще раз текст на его первую мелодию. Но Мигуле как-то не понравилось. А я уже знаю, что делать. У меня же был продюсер под названием «Почта СССР». И я отправил этот текст Давиду Тухманову.
Он написал на него песню «Старое зеркало», которую исполнила тогда молодая Ирина Аллегрова. И с этой композицией я получил свой первый диплом на «Песне года – 1986».
ХОЖДЕНИЕ В НАРОД
НАСЫПАЛ СОЛЬ НА РАНЫ
Потому что звонил «сове» с утра
- Как сложился творческий тандем с Вячеславом Добрыниным?
- Я ходил по разным редакциям и на радиостанции «Юность» я познакомился с Вячеславом Добрыниным. Мы разговорились, он дал мне свой телефон. Мол, давайте что-то напишем вместе. И я позвонил Вячеславу часов в одиннадцать утра. А он так холодно со мной говорит. Я извинился, положил трубку.
На следующее утро звоню еще раз часов в одиннадцать. И снова то же самое. Думаю: «Как же так? Сам велел звонить. А так разговаривает со мной, как будто я враг ему».
Думаю: «Ну еще последний раз позвоню. И если также будет, то больше не буду». И я позвонил ему в последний раз, как я тогда решил. Но получилось набрать только в шестнадцать часов. И Вячеслав так хорошо, приветливо со мной поговорил.
А уже потом, когда мы подружились и стали соавторами, я узнал, что он просто ночной человек. Он до пяти утра смотрел видеомагнитофон, а потом спал до обеда. Получается, что тогда я будил Вячеслава своими звонками, поэтому он был такой невежливый.
И мы вместе написали много разных песен, например, «Не сыпь мне соль на рану».
Вячеслав Добрынин спел ее, после чего стал суперзвездой отечественной эстрады.
- На вашу песню «Не сыпь мне соль на рану» Валентин Гафт даже сочинял эпиграмму. Как вы к этому отнеслись?
- Если какая-то строчка из моей песни вошла в пародию или эпиграмму, то это уже большая удача. Когда эта композиция только вышла, я еще ходил пешком, машины у меня не было.
И однажды я иду по улицам и вижу два нетрезвых человека. Один из них похлопал другого по плечу со словами: «Ну, что Вася, пойдем насыплем соль на рану». Тогда я подумал, что могу умирать спокойно. Свой след в русском языке я оставил.
Или вот еще случай. Однажды я наряду с другими артистами должен был выступать на открытии казино. А потом уже после концерта нас пригласили в отдельный кабинет, где мы выпивали и закусывали. И там же что-то отмечали хозяева заведения. Ну, вы понимаете, какие серьезные пацаны открывали казино в 90-е годы.
У них там было свое застолье, на нас не обращали внимания. А один из них говорит: «А сейчас я хочу спеть вам свою любимую песню». И начинает петь:
«Ну почему меня не лечит время,
ведь столько дней прошло с той черной ночи,
когда, захлопнув дверь, ушла ты в темень,
а рана засыхать никак не хочет».
Слово «Засыхать» он поет вместо «Заживать».
Я расхохотался. Он спросил: «Чего ты смеешься?». Я сказал, что надо петь: «Заживать», а не «Засыхать». Он спросил: «А ты откуда знаешь?». Я ответил, что это я написал.
«Братан!», - воскликнул он. – Если ты бы знал, сколько я на шконке под эту песню вспоминал волю».
СЛОВА И МУЗЫКА
ТАК РОЖДАЮТСЯ ХИТЫ
Песня, написанная без каких-либо усилий, живет уже сорок лет
- С чего началось сотрудничество с Алексеем Глызиным?
- Тогда Алексей Глызин еще пел в группе «Веселые ребята» и был он вот такой игровой, комедийный персонаж. А я подумал: «Как он замечательно поет. У него хорошая внешность. Алексей нравится женщинам». Просто он должен быть драматическим артистом, а не игровым.
Очень важно, когда ты правильно понимаешь имидж артиста, ту его харизму, которая от него идет. И если правильно написана песня, то у нее есть шансы на успех.
И мы с Виктором Чайкой написали целый альбом. На первом альбоме вышло песен тринадцать, а его заглавной композицией был «Зимний сад».
- Как вы написали свой хит «Дорогие мои старики»?
- Когда я сочинил к нему слова, Игорь Саруханов сказал мне: «Старик, ты сам не понимаешь, что ты написал». Взял гитару и тут же спел песню в том виде, в котором она и осталась.
И выходит, что ни я, ни он не потратили на нее никакого времени, никаких творческих усилий. А получилась песня, которая живет уже больше сорока лет.
© "Союзное Вече", апрель 2026