Село Полибино, Данковский район. Тихое место с великой историей — и большой несправедливостью.
В СМИ и на канале арбитражного суда появились публикации о том, что Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд оставил в силе решение об отказе фермеру Виталию Черногилю в иске о пересмотре границ земельного участка в селе Полибино. Заголовки подают это так, будто фермер пытается «оспорить» чужую собственность или помешать реставрации усадьбы. Но если разобраться в документах, картина вырисовывается совершенно иная.
Давайте разберёмся, что на самом деле происходит и за что борется Черногиль.
Что случилось в Полибино.
В селе Полибино Данковского района Липецкой области находится знаменитая усадьба Нечаевых-Мальцевых — объект культурного наследия федерального значения с уникальной Шуховской башней. Десятилетиями усадьба разрушалась. В 2024 году государство выставило на торги земельный участок площадью более 33 тысяч квадратных метров вместе с усадебным комплексом. Победителем аукциона стал петербургский .
Казалось бы — хорошая новость: инвестор пришёл спасать памятник. Но вот в чём проблема: при формировании этого земельного участка в его границы попали объекты, которые ему не принадлежат и принадлежать не могут.
За что именно борется Черногиль: три главных нарушения.
1. Дорога общего пользования оказалась «внутри» чужого участка
Через земельный участок проходит асфальтированная автомобильная дорога, построенная на бюджетные средства ещё как и советское время так и отремонтирована буквально недавно до торгов. По ней жители села десятилетиями добирались до леса, до парка, до социальных объектов. Эта дорога — единственный путь к Зданию Гостиницы и Зданию Столовой, которые принадлежат фермеру Черногилю.
После того как новый владелец усадьбы установил ограждение вокруг арендованного участка, доступ по этой дороге был перекрыт. Жители села об этом писали в коллективном обращении: «Складывается впечатление, что на территории России, в Данковском районе Липецкой области создается новое государство со своими правилами».
По закону, автомобильные дороги общего пользования не могут быть включены в границы частного земельного участка без надлежащей процедуры. Согласно судебной практике (Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 16.04.2024 по делу А03-28/2023), постановка на учёт земельного участка без учёта прохождения дороги общего пользования — это прямое нарушение закона.
2. Исторические пруды XVIII века — народное достояние, а не частная собственность.
В границы участка включены два каскадных пруда с плотинами, возведёнными ещё в XVIII веке на водотоке балки Ендова. Эти пруды — часть водотока, имеющего гидравлическую связь с рекой Дон, а значит, по закону они должны находиться в федеральной собственности.
Более того, пруды являются объектом культурного наследия (ЕГРОКН 511420035350066). Доступ к ним должен быть обеспечен всем гражданам в установленном законом порядке, а не зависеть от доброй воли арендатора.
Плотина — это гидротехническое сооружение. По закону она должна быть поставлена на учёт в Регистр сведений о гидротехнических сооружениях, должен быть разработан паспорт безопасности, аттестован персонал. Ничего этого не сделано. А ведь речь идёт о безопасности людей, живущих ниже по течению.
3. Здания фермера заблокированы без законного основания.
Черногиль владеет двумя зданиями: Столовой (год постройки 1963) и Гостиницей (год постройки 1968). Эти объекты существовали задолго до того, как был сформирован спорный участок. Доступ к ним всегда осуществлялся по той самой дороге, которая теперь оказалась за забором.
Столовая и Гостиница — это социально значимые объекты, предназначенные для обслуживания неопределённого круга лиц. Черногиль — индивидуальный предприниматель, и для ведения бизнеса ему необходим свободный доступ к ремонту данных зданий. Сейчас этот доступ зависит от того, захочет ли новый владелец усадьбы открыть ворота или нет.
Что предлагал Черногиль для мирного решения.
Мало кто знает, но фермер пытался решить вопрос без суда. Он предлагал собственнику усадьбы обменять свои здания Столовой и Гостиницы на полевые земельные участки сельхозназначения общей площадью 5 гектаров рядом со своей фермой, которые ранее входили в состав единого имущественного комплекса совхоз — и при одном условии: предоставить жителям открытый доступ к водным объектам!
То есть Черногиль был готов отдать собственную недвижимость ради того, чтобы односельчане могли свободно пользоваться прудами. Это поступок человека, который думает не только о себе.
Но, как показывают судебные споры, собственник усадьбы, опираясь на ресурсы ДОМ.РФ, заинтересован в дальнейшем ограничении доступа к водоёмам и объектам фермера.
Почему суды отказывают — и что они не исследовали.
Суд первой инстанции отказал Черногилю, сославшись на то, что он может защитить свои права через установление сервитута. Апелляция поддержала этот вывод.
Но вот что суды не учли и не исследовали (и это прямо указано в документах):
· Не был исследован межевой план — первичный документ, на основании которого сформированы границы участка. Без него невозможно проверить, были ли соблюдены требования закона при межевании.
· Не проверено, соответствовали ли кадастровые работы обязательным требованиямзакона, в том числе к образуемым земельным участкам.
· Обнаружены противоречия в ЕГРН: по данным архива БТИ, усадьба (как минимум водонапорная башня) находится на другом земельном участке с кадастровым номером 48:03:2240601:16, а не на том, границы которого оспариваются. Об этом стало известно только в декабре 2025 года — уже после решения суда первой инстанции.
· Суд предложил сервитут, но не исследовал, можно ли обеспечить доступ без сервитута — а ведь сервитут по закону устанавливается только как крайняя мера.
· Сервитут — это платная услуга. Получается, Черногиль должен будет платить за проезд по дороге, которая всегда была общедоступной. Суд фактически переложил бремя последствий незаконного межевания на плечи фермера.
Привлечение прокурора: это не личное дело одного фермера.
Черногиль обратился с ходатайством о привлечении к делу Прокурора Липецкой области. И вот почему: суд первой инстанции сам указал, что права фермера совпадают с правами «неопределённого круга лиц». То есть суд признал, что проблема затрагивает всё село, но при этом отказал фермеру, не обеспечив судебную защиту прав этих самых жителей.
По закону (п.3 ст.35 ФЗ «О прокуратуре РФ»), защита прав неопределённого круга лиц осуществляется прокурором. Рассмотрение дела без участия прокурора создаёт риск, что судебный акт, затрагивающий права всего села, будет принят без надлежащего представительства их интересов.
О чём на самом деле этот спор.
Этот спор — не о том, что фермер хочет «отнять» у кого-то землю или помешать реставрации усадьбы. Черногиль прямо заявляет: он не оспаривает право собственности Российской Федерации и владельца усадьбы на объекты недвижимости.
Его требование простое и законное: границы участка должны быть установлены правильно, с учётом:
· дороги общего пользования, по которой люди ходили и ездили с 1963 года;
· водных объектов, которые по закону должны быть общедоступными;
· прав собственников соседних зданий на проход и проезд;
· исторически сложившегося порядка землепользования.
Кто такой Виталий Черногиль.
Виталий Богданович Черногиль — глава крестьянского (фермерского) хозяйства в Данковском районе. Человек, который живёт и работает на этой земле. Он не корпорация, не олигарх — обычный фермер, который вкладывает свои силы в развитие села.
Он купил Столовую и Гостиницу не для перепродажи, а для того, чтобы создать в Полибино инфраструктуру для жителей и гостей. Он предлагал мирный обмен ради общего блага. Он обращается в суд не из корысти, а потому что у людей отняли дорогу и доступ к воде.
Когда жители села написали коллективное обращение о нарушениях, именно Черногиль поставил свою подпись — потому что не побоялся.
Что дальше.
Проигрыш в апелляции — это не конец. У фермера есть право на кассационную жалобу. Появились новые доказательства — противоречия в ЕГРН, данные архива БТИ. Заявлено ходатайство об истребовании первичных кадастровых документов, которые суд обязан изучить.
Пока в этой истории точка не поставлена. И пока есть люди, готовые отстаивать закон и права односельчан — надежда остаётся.
Статья подготовлена на основании материалов судебных документов по делу А36-6283/2025 и открытых публикаций СМИ.