Три недели и три дня спустя Роберт Уайт и Вольфовиц покинули последнее помещение, оборудованное кондиционерами. Палящее солнце Африки не делало исключений для белых мистеров и поджаривало их по полной программе. Единственным спасением была теплая вода в пластиковой фляге; она отчетливо пахла виски, которым Роберт дезинфицировал емкость.
Небольшой караван — два груженых грузовика и новый японский внедорожник — медленно выбирался за пределы города.
— Куда направляемся? — спросил Роберт.
Ветер шумел в открытых окнах, заставляя говорить громко и отрывисто.
— На базу. Недалеко по местным меркам — километров двести, — ответил Вольфовиц. Он уверенно крутил руль, подпрыгивая на ухабах. — Я познакомлю с персоналом. Представлю. Вы будете кем-то вроде миссионера. Ваша официальная задача — медицинская помощь.
Вольфовиц на мгновение отвлекся от дороги:
— Там есть переводчик, мой человек, Бонгани. Житель соседней деревни, на него можно полагаться. Второй важный персонаж — местный шаман Вавабуду. Тот еще перец. Ваш конкурент, кстати. Лечит все болезни куриным пометом.
В голосе Вольфовица сквозила странная смесь иронии и уважения.
— Надо было предупредить, — буркнул Роберт, — я бы тоже прихватил пару мешков с собой.
— Ваши пациенты — это совсем другое, — посерьезнел Волфи. — Огнестрельные ранения, ожоги, подрывы на минах. Задача минимум — снизить смертность хотя бы на треть.
— Почему их не везут в город, в нормальный госпиталь?
— Им не стоит там светиться. Их убеждения расходятся с государственной идеологией, и в тюрьму они не торопятся.
— Это бандиты? — Роберт вытер пот со лба.
— Это твои пациенты, — отрезал Вольфовиц. — И тоже люди. Если тебе так легче, считай их повстанцами. Местная власть тоже установилась в результате переворота. Кто тогда бандиты? Если победят — просто поменяются названиями. В этом вся суть. Всем выгодны эти правила, и всем нужна медицина. Ты для них — ангел-спаситель. Это твоя единственная гарантия безопасности.
— Мне было бы спокойнее, если бы у меня было оружие.
— Тебе приходилось им пользоваться?
— Нет.
— Тогда оно тебе ни к чему. Хочешь безопасности — не отходи далеко от базы. Могут сожрать… львы, гиены....
Роберт замолчал, обдумывая ответ. Один вопрос мучил его сильнее хищников, но он не решался задать его напрямую. Вольфовиц, заметив его заминку, громко расхохотался:
— Нет, это перебор! Поверь, скоро тебя перестанут беспокоить глупости. Вся эта суета просто исчезнет. Роберт, это другой мир. Он примет тебя, если ты примешь его. Ты еще успеешь им насладиться.
Голова Вольфовица раскачивалась в такт прыжкам машины — дорог здесь просто не существовало. Он довольно улыбался, явно впитывая новые, неизвестные запахи, влетающие в окно. Роберт, напротив, свое окно закрыл — пыль и чужая романтика его не прельщали.
— Что-нибудь еще, что я должен знать?
— Пока всё. Я вернусь через три-четыре месяца. К тому времени ты станешь другим человеком. Тебе понравится. Через месяц определись с заказом — инструменты, лекарства, что посчитаешь нужным. Отправишь список через Бонгани. Доставлю всё, хоть черную икру с шампанским.
— Телевизор там есть?
— Ты сначала спроси, есть ли там электричество! — Вольфовиц снова зашелся смехом. — Электричество есть, но показывать нечего. Слишком далеко от передатчиков. Есть японский видеомагнитофон, пара кассет... Но поверь, они тебе не понадобятся. Всё, что тебе действительно будет нужно — это мыло и зубная щетка. Остальное — лишнее.
На этот раз Вольфовиц не смеялся. Он неожиданно погрустнел и долго ехал молча, глядя на бескрайнюю саванну. Роберт выпил остатки горячей воды и провалился в тяжелую дрему.