«It’s been a hard day’s night» пели в период моей юности незабвенные Битлз, повествуя о трудной доле рабочего класса при капитализме. Мы со свойственным молодости легкомыслием и недальновидностью в те почти коммунистические времена и предположить не могли, что «вечер трудного дня» полвека спустя может воплотиться в реальность.
Вдруг (у нас иначе бывает нечасто) оказалось, что наша экономика, которая недавно росла темпами выше среднемировых и продолжающая прогрессировать, правда, на более медленных скоростях и почти победившая инфляцию, требует срочного спасения. Выход из ситуации предложил не зарубежный консультант, а наш собственный миллиардер. Выход, естественно, миллиардерский - увеличить рабочий день до 12 часов , а рабочую неделю сделать шестидневной. Ничтоже сумняшеся сей достойнейший сын отечества заявил, что это единственный способ спасти (именно, спасти!) экономику. Поскольку в молодости мы не только слушали песенки, но и изучали общественные науки, то помним, что метод назыв