Продолжение, начало ниже по ссылке:
***8***
«Лист№1092» «Открыть!»
«Нет! Зерно с криогенных хранилищ Посевного Фонда для приготовления виски я больше брать не буду! Оно пригодится для гидропонных ферм будущих Носителей Разума! Они умнеют прямо на глазах! Все! Все виды!
В 1964 году нейрофизиолог Роберт Галамбос предложил гипотезу, которая в то время казалась совершенно невероятной! По его мнению, основную роль в высших способностях мозга – мышлении, обучении, памяти, эмоциях – играют отнюдь не нервные клетки, нейроны, а так называемые глиоциты, или клетки глии. У человека их вдесятеро больше, чем нейронов (а нейронов десятки миллиардов!), и именно глиальные, а не нервные клетки занимают большую часть мозга любого млекопитающего.
Однако, несмотря на такое солидное представительство в черепной коробке, глия до недавних пор была второстепенным нейрофизиологическим персонажем. Глиальные клетки по размеру намного меньше нейронов. Они не образуют ни длинных отростков, ни заметных невооружённым взглядом ядер, ни проводящих путей. Они не порождают электрических импульсов, не образуют мощных скоплений, подобно некоторым разновидностям нейронов. Поэтому все способности, а также болезни мозга традиционно объясняли работой последних.
Немецкий биолог Рудольф Вирхов, который в 1846 году первым обнаружил глиальную ткань, счёл её своеобразным скелетом, поддерживающим и скрепляющим нейроны и пучки их отростков. Поэтому он так и назвал их.*11 Открытые Вирховым клетки мозга облепляют капилляры, через которые идут питательные вещества и сбрасываются шлаки. Поэтому среди учёных того времени утвердилось мнение, что глия находится «на подхвате» у нейронов, являясь их кормильцем, защитником и сборщиком отходов.
Поскольку при многих мозговых нарушениях глиальные клетки страдали больше, чем нейроны, словно брали «огонь на себя», то в функции «защитника» учёные тоже не сомневались.
Но и это оказалось не последней « профессией» глии. Её клетки предотвращают «короткие замыкания» между нейронами, посылающими электрические импульсы по своим отросткам, а для этого они одевают их изоляционным веществом-миелином, словно электропровод в резиновый кожух.
Первый и самый важный вопрос науки о мозге, заставивший по новому взглянуть на глию, заключён в следующем: как крошечный нейрон ухитряется за долю секунды «переварить» полученный через тысячи антенн-синапсов гигантский объём информации? И не только «переварить», но и разослать затем по «нужным адресам» нервной системы закодированную электрическим импульсами информацию?
Мои коллеги в Пенсильванском университете, работая над этими вопросами ещё задолго до Катастрофы, тратили недели бесперебойной работы университетского «Крея»*12 на дешифровку импульсных «переговоров» всего одной группы из нескольких десятков нейронов! А у человека их миллиарды! (У грызуна, кстати, не намного меньше).
Долгое время предполагалось, что нейрон думает, решает и помнит благодаря сложнейшим физико-химическим и электрическим взаимодействиям белковых молекул на его оболочке, возникающих при появлении импульсов от соседей.
Нейрон, стало быть, отождествлялся с единичной микросхемой ЭВМ. Электрическое сотрудничество миллиардов таких «микросхем» в черепной коробке и позволяло, в принципе, сравнивать работу нашего мозга с работой компьютерного процессора.
Но позже начал складываться другой подход к работе мозга. Русский физиолог академик П.К. Анохин считал, что хитросплетения потенциалов на оболочке нервных клеток есть лишь «дым» от химических процессоров, в которых нейрон на самом деле и перерабатывает информацию, которая в него поступает. Особенно, по теории Анохина, были важны превращения белков - «программ» и их коротких «огрызков» - пептидов.
Учёные-нейрофизиологи со всего мира пытались найти в головном мозге то, что отвечает за «долговременную», а не за «оперативную» память. Ещё в 20-м веке, когда русские безуспешно строили свой коммунизм, в НИИ нормальной физиологии имени П.К. Анохина Академии Медицинских Наук СССР провели серии любопытных опытов.
Впервые были получены грызуны с химическими повреждениями либо только нейронов, либо только в глии. Для этого прямо в мозг одним лабораторным крысам вводили антитела к белкам глии, а другим – антитела к нейрональным белкам. На первый взгляд, крысы с поражённой глией – почти ничем не отличались от крыс с поражёнными нейронами.
Но потом образцы запустили в Ф-образный лабиринт. От старта до финала можно было добежать лишь по одному из ходов, иначе подопытные животные наказывались (опять же ударами электротока). Критерия обученности (20 безошибочных маршрутов подряд) крысы с введёнными антителами и к глии, и к нейронам достигали позже, чем контрольные образцы.
Это значило, что и глия, и нейроны участвуют в обучении. Чтобы уточнить её роль, эксперимент продолжили. Процесс обучения разделили на несколько этапов. Прочность кратковременной памяти крыс после введения антител русские изучали на примере всё того же лабиринта, но призы зверькам за усердие сделали другими. За верный выбор пути животные стали получать не электрошок в наказание за ошибку, а воду в поилках в качестве премии. К поилкам грызуны могли бежать всего пять раз, причём опыт длился лишь несколько минут.
Почти все контрольные крысы к последнему забегу уверенно выбирали правильную дорогу. Значительно хуже дело обстояло у «глиальных» и «нейрональных» зверьков – они стали тугодумами. Так экспериментально было выяснено, что и глия и нейроны одинаково отвечают за кратковременную память. Но отличия от нейронов глии и её особенности так и не были обнаружены.
Лишь когда поведение крыс, надёжно обученных в лабиринте, проверили спустя сутки, обнаружилось, что зверьки с повреждёнными нейронами намного быстрее вспомнили секреты лабиринта. Зато все образцы, получившие глиальные антитела, сразу же заблудились, словно попали в лабиринт впервые. Выходило, что глия была ответственна за успех поведения, связанного с долговременной памятью»
***9***
«Лист№1095» «Открыть!»
«Сегодня третья годовщина «Дня Независимости людей от Бога». Я продолжаю называть этот день нашей человеческой глупости так. Я потребляю пинту «табуретовки» утром, полпинты днём и полпинты на ночь (хотя день и ночь в Сфере условны).
Мой покойный русский коллега, нейробиолог Ант-рюс-ш-ка просто лопнул бы от зависти, увидь он меня сейчас! Бедняга. Ровно три года назад он «растаял» там, наверху. Ух! Твоя память, то-ва-рис-тч! Земля тебе пухом, Небо – Светом!
Надо почитать историю нейрофизиологии, а то я уже стал забывать азы. Может быть, мне самому пора пройти курс МСБ - терапии?*13 На чём я остановился? Ах, да! НИИ имени Анохина. Так.
Русские из института Анохина выяснили, что именно было нарушено при введении антител к белкам в ячейках памяти. Крыс сначала обучали в лабиринте, а потом уже вводили антитела. Спустя сутки снова устроили экзамен. В числе неуспевающих оказались только ученики с поражением нейронов. Выходило, что хранение информации у крыс с ненарушенными глиальными клетками не пострадало.
Уникальность глии состояла как раз в отправке полученной мозгом информации в «базы данных» долговременной памяти. Было установлено, что получив сообщение «от соседей», нейрон обращается к «созвездию» своих глиоцитов, выделяя медиаторы и ионы. Обработка поступившей информации продолжается в глии. Синтезированные здесь пептиды и информационные РНК передаются обратно в нейрон. Изменяя химизм нервной клетки согласно смыслу полученного сообщения, они закрепляют информацию в памяти и заставляют нейрон учитывать её при отправке новых сигналов.
Таким образом, в основе процесса обработки информации в мозге, да и во всей его деятельности, лежат общие электрохимические взаимодействия в нейроне и его глиальных спутниках.
Особую роль в нервных клетках играют МСБ – Мозгоспецифические белки, найденные лишь в нейронах и глии. Ведь если считать химическую переработку информации чисто нейроглиальной профессией, то фундаментом её являются именно эти уникальные соединения. Ещё в 20-м веке таких веществ было открыто более сотни. А основные работы в то время проводились с МСБ «S-100», который синтезировался как раз в глии, а из неё транспортировался в нейроны. Своё название этот белок получил в честь того, что он лучше всего растворялся в 100% растворе сульфата аммония.
Введение антител к МСБ «S-100» ухудшало процесс обучения самым разным вещам, начиная от простейших функций жизнедеятельности, у всех подопытных образцов *14 В 1978 году в крови шизофреников были обнаружены синтезированные их собственными организмами антитела против МСБ «S-100».
Нейрон, как рядовой переработчик информации, входит в состав своеобразных думающих «ансамблей-процессоров». Многое зависит от изменений синаптической проводимости для импульсов. За счёт добавочного ветвления отростков или проторения уже существующих связей между нейронами возникают новые каналы для обмена импульсами. Удивительное богатство и разнообразные синаптических связей и определяет всю сложность работы мозга.
Хотя у человека десятки (больше сотни!) миллиардов нейронов, свой умственный потенциал он использовал даже не на четыре процента, как у нас ранее считалось, а менее чем на один!» И мне кажется, если «раскачать» мозг грызуна, то он ни в чём не уступит человеческому!
P.S. Я придумал название процессу, которым занимаюсь. «Нейроапгрейдинг». Правда, меня немного смущает «инговое» окончание, обозначающее не имеющий конечного результата процесс бесконечного делания. Но как всё-таки как романтичен и красив, богат и могуч наш родной английский язык!
***10***
«Лист№….» «Открыть!»
«Поразительно! Прошло так мало времени, реплицировалось всего каких-то несколько десятков поколений образцов, а уже такие успехи Проекта!
Крысам везёт больше – они изначально были более жестоки и иерархичны. Полуорганизованные стаи – отряды крыс согнали с наиболее удобных для жизни территорий и радиусов Лабиринта все остальные виды образцов. При этом крысы используют в качестве пищи не только получаемый из многочисленных раздатчиков сухой корм, но и поедают павших в бою леммингов и мышей, и даже своих собратьев из соседних кланов.
Интересно, «короткие белки» от «переваренных» врагов попадают в мозг победителей? Какие они все злые! На Жилые Уровни выпускать их ещё рано – уж больно агрессивны и тупы. Могут разворотить все законсервированные гидропонные фермы, и тогда их потомкам будет нечем питаться.
А как всё начиналось! Эх, хороша «табуретовка»! На днях научился делать её с идентичными натуральным ароматами сирени, жасмина и сакуры. Никак не удаётся синтезировать «табуретовку» с родным ароматом «кока-колы», но я продолжаю работать в этом направлении. О чём это я? Ах, да!
Искусственные аналоги природных пептидов, которые я вместе с пищей и водой даю всем образцам, укрепляют их память и повышают способность к обучению. Попутно они стимулируют двигательную активность животных. Но пока мне не до конца ясно – общая ли это закономерность, или случайные совпадения – грызуны прогрессируют крайне неравномерно!
Опыты показывают, что на животных с хорошей памятью стимуляторы почти не действуют, разве что когда образец находится в стрессовой ситуации (отчего временно как бы «глупеет»). А вот память бестолковых, плохо поддающихся обучению грызунов от стимуляторов сильно улучшается! Скорее всего, генетически врождённая «бестолковость» исходных образцов изначально вызывалось именно недостатком этих пептидов.
Препараты не просто улучшают память грызунов, но и выводят её на максимально возможный уровень для каждого отдельно взятого экземпляра! Вреда от возможной передозировки тоже вроде бы нет, хотя у образцов специально генетически подавлена существующая у всех млекопитающих мощная система разрушения лишних и вредоносных «коротких» белков. За несколько лет до Катастрофы нам удалось, наконец, «взломать» у грызунов гематоэнцефалический барьер*15
***11***
«Лист№…..» «Открыть!»
«Основная масса подопытных образцов (их уже тысячи, если не десятки тысяч! У меня кончается сухой корм!) добралась, несмотря на Обучающие Ловушки, уже до последнего радиуса Лабиринта!
«Естественный отбор» происходит в строгом соответствии с планом проекта «С.П.И.М.» и операции «Наследие». Доминантные признаки интеллекта наследуются, и поэтому молодые особи последних поколений стали не только коварны и агрессивны, но и слегка поумнели. «Слегка» - конечно с «натяжкой», но лиха беда начало!
И самое что забавное – у грызунов всё происходит почти так же, как и у нас, людей! «Одна обезьяна когда-то взяла палку, чтобы сбить банан и, трудясь целый день, насбивала их целую кучу. Вторая обезьяна подобрала ту же палку и ударила ей первую по голове! Один удар – и целая куча бананов!»
Повторю-ка я университетский курс нейрофизиологии, а то я стал забывать даже его! Иногда я ловлю себя на мысли, что я не совсем адекватно реагирую на происходящее в Сфере. Удивляюсь, как русские могли пить «табуретовку» на протяжении всей своей жизни, да ещё и передавать тягу к ней единственным доминантным наследственным признаком своим потомкам?
Хотя мой покойный коллега Ант-рюс-шка выглядел в свои последние дни намного лучше, чем я выгляжу сейчас. Наверное, это потому, что его геном за сотню поколений полностью адаптировался к «табуретовке» и перестал воспринимать её как чужеродное химическое вещество.
О чём это я? Ах, да. Многие окончания нейронов даже в зрелом мозгу лишены миелиновой оболочки. А без неё импульсы по ним едва «ползут». Но чем чаще возбуждается конкретное нервное окончание, тем больше оно выделяет веществ, к которым чувствительна глия. В ответ ближайшие глиоциты протягивают к нервному окончанию свои отростки и, обвиваясь вокруг него, прячут «ударника труда» в миелиновую изоляцию. Кстати, я стараюсь не использовать новомодных названий дендриты, аксоны и астроциты*16, а называю все нейрофизиологические понятия по старинке – так, как когда то давно учили меня.
У глиоцитов подвижны не только отростки. Перемещаются и они сами, правда, не так быстро – всего около 15 микрон в час. Когда у лабораторного кролика стимулировали электротоком участки коры мозга, моделируя работу определённой группы нейронов, то тотчас же рядом с этими нейронами собирались глиоциты. Часть их «приползала» неизвестно откуда, а другие появлялись в результате собственного деления – они начинали «ксериться», как сумасшедшие!
Компании глиоцитов, облепивших нейроны, замыкали и размыкали «контакты» между ними. Этакие микрорелейные станции! Чтобы приблизиться к пониманию работы нейронов как биохимического компьютера, нейробиологи начали обращаться к исследованиям по регуляции деятельности генетического аппарата нервной клетки. Были расшифрованы структуры многих генов, определяющих синтез пептидов, важных для функционирования мозга.
Поскольку мыслительные способности определяются не столько свойствами нервных клеток, сколько системой их взаимодействия, то нейробиологи всего мира искали способы закрепить наследование «разогнанных» нейронов и глиоцитов. Ведь тысячи процессоров с «черепашьей» тактовой частотой, работающих независимо друг от друга, или 1000 процессоров, разогнанных до «субсвета» и объединённых в одну «запараллеленную» логическую цепь отличаются очень сильно!
Ещё в сороковые годы 20-го века американские физиологии Алан Ходжнин, Эндрю Хаксли и Бернард Кац доказали, что нервная клетка генерирует электрические импульсы, а «электропередача» осуществляется через переходы ионов натрия, калия, хлора и других элементов через мельчайшие каналы в мембранных оболочках нейронов.
Каждый такой «нейрогенератор» образован белковыми молекулами трёх-четырёх разновидностей, которые «свёрнуты в трубочку». Гены, кодирующие эти белки, в конце 20-го века были расшифрованы, и искусственные нити молекул ДНК начали синтезировать «трубчатые белки» с увеличенной «тактовой частотой».
Чтобы расширить объём информации в нервной системе мозга, прежде всего, нужно было увеличить в ней количество связей. Поначалу считалось, что у млекопитающих каждый нейрон имеет не больше 10000 прямых «переключений» - контактов, а всего их в головном мозге около 10 триллионов.
Немецкий нейробиолог Гюнтер Палм в конце 20-го века доказал, что цепочка связей нейронов в коре головного мозга мыши редко охватывает больше четырёх клеток. Но в обоих случаях импровизированный мозговой ансамбль может «включать» почти любую комбинацию нейронов. *17
«Нейрональные ансамбли», как правило, «перекрываются» друг с другом, но было установлено, что существует механизм их «взаимного торможения». Если говорить проще – при запоминании более эмоционально важного события, и, соответственно, при его «выводе» из памяти – получается что-то типа этого: «через перекрёсток едет полицейская машина с сиреной и мигалкой, приоритет особой важности, всем срочно уступить дорогу!»
События представлены в памяти группами одновременно возбуждающихся нейронов. Когда их активность угасает, событие забывается. Если это событие было очень важно для обладателя мозга, то оно активирует достаточно большой объём мозгового вещества, и когда вся включённая в него группа нейронов вновь возбуждается, первоначальный опыт и память о событии снова восстанавливаются.
Идиоты археологи считали, что если объём головного мозга у кроманьонца и современного им человека был одинаков, то и разницы в нём никакой не имелось! Сравнили ламповую ЭВМ с кристаллочипом – спиновым ЭХО-процессором!*18 Или сравнили пятилитровый двигатель «самобеглой коляски» начала 20-го века с двухлитровым двигателем спортивной машины начала века 21-го, имеющим турбонаддув и электронный контроль впрыска топлива!
Любой нейробиолог, имея неповреждённый мозг кроманьонца, жителя позднего неолита, жителя средневековья и современного ему человека легко доказал бы, что всё дело в «апгрейде» связей! Полезные «связи» передавались человеком « по наследству», количество межнейронных взаимодействий и включаемых «ассоциативных ансамблей» постоянно увеличивалось! Причём – в геометрической прогрессии!
Каждый человек подсознательно «впитывал» память всех представителей своей Родовой Цепи! И если его предки интересовались в своей жизни хоть чем-то, кроме еды и секса, то и вся эта информация и все умения тоже наследовались, отправляясь в ДОП – хранилище долговременной памяти. Вот только извлечь эту информацию при обычной «тактовой частоте» работы головного мозга у нас не получалось!
А еще, глядя на своих подопечных, мне теперь почему то кажется, что у нас, ХОМО, количество межнейронных связей было поначалу таким же, как у наших лабораторных грызунов – «четыре с хвостиком»!
А в школьных учебниках, по которым учили моё поколение, было сказано, что наша эволюция остановилась, когда появились современные люди, HOMO-SAPIENS. Мол, они, возобладав над Природой, перестали приспосабливаться! А наоборот, сами стали «ломать» Природу под себя! И раз не меняется человек, то не меняется и его мозг!
Профессор Анохин подсчитал среднее количество связей обычного человеческого мозга 20-го века. Ответ ошеломил всех учёных мира. Это оказалась единица с таким количеством нулей, которые при стандартном размере печатного шрифта листа – составляют цепочку длиной в десять миллионов километров!
В сентябре 2005 года группа генетиков из Чикагского университета под руководством доктора биологии Брюса Лана опубликовала сенсационную работу, в которой было рассказано о том, что за размеры головного мозга отвечают двадцать различных генов. Учёные исследовали всего два из них, наиболее изученные – Микроцефалин и ASPM.
И обнаружили, что эти гены мутируют! Причём не случайно, а в результате естественного отбора, который быстро закрепляется, становится нормой и передаётся по наследству!
Расчёты Брюса Лана показали, что ген микроцефалин начал активно изменяться примерно 37000 лет назад. Как раз в это время на Земле появились наши предки-кроманьонцы*19
По данным археологов, именно эти кроманьонцы имели зачатки религии, первыми начали рисовать наскальную живопись на стенах пещер, производили каменные и костяные орудия труда и обладали развитой речью. А второй исследованный ген – ASPM, начал эволюционировать в мозгу людей примерно 5500 лет назад. Как раз тогда на Земле появилась первая письменность.*20
Британский археолог Ричард Клейн предложил после открытия Брюса Лана теорию, согласно которой генетические мутации в мозгу зависят исключительно от любознательности! Любознательности сперва обезьяны, а потом уже и человека!
***12***
«Лист№….» «Открыть!»
«Так вот, чем больше образец думает в критических ситуациях, тем больше «ансамблей» нейронов связываются друг с другом! Много-много параллельно работающих над задачей выживаемости особи различных «биопроцессоров»! Когда внешний раздражитель незнакомый, волны СВП*21 в коре головного мозга млекопитающего имеют огромную амплитуду, сканируя максимум «банков информации» для предотвращения возникшей угрозы! И чем глобальнее эта угроза, тем активнее, «сверхвысокочастотнее» эти волны!
Незадолго до Катастрофы наши нейробиологи совместно с генетиками нашли способы закрепить наследование «разогнанных» нейронов и глиоцитов, а также образовавшихся при жизни особи новых комплексов связей между нейронами и их «ансамблями». Так родился проект «С.П.И.М.»
Вот такое вот «Происхождение видов путем естественного отбора, или сохранение благоприятствуемых пород в борьбе за существование»!*22 Главное – вовремя дать «толчок» и выкинуть исходные образцы из Рая-клетки, где тепло, уютно, много жрачки и ничего не нужно опасаться. Поэтому и думать в Раю совсем не обязательно – ведь всё необходимое для удовлетворения «основных инстинктов» (включая самку) и так имеется!
СЛОВАРИК-ОБЪЯСНЯЛКА:
*11
Глион, в переводе с греческого – клей.
*12
CRAY VAX-1000 MULTICON, стратегический компьютер, своими 100 параллельно работающими процессорами осуществляет десятки миллиардов операций в секунду. Вы таки думаете, что это много? Вы плохо знаете свой собственный квантовый АУМ!
*13
МСБ – Мозгоспецифические Белки, они имеются только в нейронах и глии.
*14
Эта и есть та самая «секретная добавка» в различную колу, на которую её производителями получен патент! Также, с 1985 года, эта «секретная добавка» содержится в русской водке! Уипьем ещё уодки, товарисч?
*15
Функциональная защитная система организма любого млекопитающего, оберегающая головной мозг от вредных веществ. Она не пропускает «короткие белки», разрушенные «обрывки информационных белков», от периферийных частей тела к головному мозгу.
Поэтому, без снятия гематоэнцефалического барьера – введение нейропептидов ни через кровь, ни через желудок с пищей – просто невозможно. (Было невозможно)
В наших современных биолабораториях их вводят исключительно через нос. Ну, примерно как вы кокос нюхаете или прочую гадость, благодаря которой потом кормите Астральных Монстров своей похотью….
*16
Яндекс с Гуглом вам в помощь, уважаемый читатель!
*17
Ведь совсем не обязательно открывать все до единого файлы Интернета, если у вас установлена хорошая поисковая программа, по фрагменту слова (Яндекс с Гуглом вам в помощь!) или голографическо-ассоциативного изображения (как установить себе подобный поисковик, читайте далее в этой книге) подбирающая всю необходимую информацию, имеющуюся в ЛЮБОЙ «базе данных»!
*18
Сильная штуковина, уважаемый читатель! В нашей Вероятности исходный образец «спинового эхопроцессора» «сдох» от недостатка финансирования в конце 80-х годов 20 века в Ленинградском институте имени Бонч-Бруевича на кафедре САПР, у доктора наук Чекмарева.
*19
В самом сердце Египта, в 200 километрах к северу от Луксора вниз по течению Нила, расположен небольшой населённый пункт, Арабет-эль-Мадфунах. В глубокой древности это место называлось «ТА-УР», Великая Земля. Древние египтяне называли это место Абиджу, а древние греки – Абидос. (Большой такой «обидос» на что-то или на кого-то).
Недалеко от этого места, по представлению древних египтян, начиналось ущелье Пега и таинственные пути в загробный мир, которые назывались «РО-СЕТ-АУ». ИЛИ ЖЕ «RESET-АУ», «ПЕРЕЗАГРУЗКА АВТОПИЛОТА, АВТОМАТИЧЕСКОГО УПРАВЛЕНИЯ». (Примечание автора, подробности о «reset» читайте далее в этой книге).
В Абидосе расположен заупокойный храм фараона 19 династии Сети 1, правившего в 14 веке до н.э. Свой храм Сети I посвятил Семи Великим Богам Египта. Храм Сети 1 знаменит тем, что здесь сохранилось уникальное родословное древо фараонов, которое называют «Абидосским списком».
На стенах коридора вырезаны картуши (рамки), с именами 76 Египетских властителей, от фараона Менеса, объединившего Египет, до самого Сети 1. Попытки привести в порядок хронологическую последовательность правления фараонов предпринимались ещё в глубокой древности, но уцелело до наших дней только три таких труда.
Частично уцелел Абидосский список, но он отличается от двух остальных тем, что начинается с Менеса, тогда как Палермский камень и Туринский папирус уводят историю Египта далеко вглубь тысячелетий.
Палермский камень (хранится в музее города Палермо, Италия) создан в период V династии и датируется 25 веком до н.э., т.е. за 1000 лет до Сети 1. На этой диоритовой плите чёрного цвета вырезаны помимо первых пяти династий имена ещё 120 царей додинастической эпохи. Палермский камень – всего лишь фрагмент двухметровой диоритовой плиты, содержащей гораздо более длинную родословную, считают учёные, т.к. он не целый.
На Туринском папирусе (хранится в городе Турине) можно прочесть имена 10 Богов, правивших Египтом в эпоху Зеп-Тепи (или Се-Пта-Пи, или Септа-П, Первого Времени). Их имена вписаны в картуши, как и имена фараонов. В уцелевших фрагментах текста говорится о 9 династиях смертных царей, правивших страной до Менеса, т.е. до 25 века до н.э., и о Шемсу – Гор, последователей Гора, последнего из правивших Богов, сына убитого своим братом Сетом (Моисей описал их как Каин и Авель) Осириса. В конце текста суммируется итог: Почтенные Шемсу – Гор 13420 лет правления, правления до Шемсу – Гор 23200 лет, итого: 36200.
Учёные историки всего мира до сих пор не понимают, за что Сети 1 «впал в абидос» на своих божественных предков и «кастрировал» историю Египта. А что думаешь ты, уважаемый читатель? По-моему, где-то там же, примерно в это же время… (смотрите Библию, Исход).
*20
Именно тогда Хомо научились записывать Слова. Кстати, эта дата соответствует библейскому «от сотворения мира».
*21
СВП, средний возбужденный потенциал.
*22
Параноидальный бред Чарльза Дарвина, имеющего ДАР ВИНЫ, несчастного заблудшего Кромешника, изданный в 1859 году (кто такие Кромешники, читайте далее в этой книге)
Продолжение: